
मण्डल 8
The Kanva Collection
Мандала 8 — собрание раннего слоя, тесно связанное с поэтическими родовыми линиями Кāṇва и Аṅгирас и особенно отмеченное восторженной хвалой Индре, сопряжённой с ритуалом выжимания сомы. Гимны вновь и вновь призывают Индру к выжиманию, прося бесстрашного изобилия, скота и победы; при этом заметное место занимают также Маруты и Агни, а изредка — Варуна–Митра и другие божества. Отличительный метрический облик включает частые структуры прагāтха, придающие многим гимнам диалогический, перекличечный характер.
Sukta 8.1
Этот гимн — сосредоточенный призыв вновь и вновь восхвалять одного лишь Индру, в соприсутствии выжатой Сомы, чтобы в певцах возрастали сила, мужество и победоносная мощь. Двигаясь между землёй и широким сияющим небом, он изображает ощутимую мощь Индры и то, как его присутствие «наполняет» почитателя полнотой, питанием и устремляющей вперёд энергией. Тем самым сукта служит и ритуальным призывом при сомапрессовании, и внутренним боевым кличем к стойкой, единодушной хвале.
Sukta 8.2
RV 8.2 — гимн сомного возлияния, вновь и вновь призывающий Индру — также именуемого Васу — испить свежевыжатый сок и взамен излить на певцов бесстрашное изобилие, силу и победу. Провидцы Каṇвы восхваляют Индру как несравненного «стопомощника», усиливая возлияние и хвалу, пока гимн не развернётся в торжество питательного приращения и обновлённого становления (janitva).
Sukta 8.3
Этот гимн — приглашение Сомы и хвала Индре: его побуждают пить выжатый сок, войти в общее опьянение (sadhamāda) и охранять певцов своей вдохновенной силой (dhī). Воспевается несравненная мощь Индры (indriya), ведущая к Свету; в завершение следует более эзотерическое размышление с призыванием Рохиты/Пāкасthāmā как щедрого, дарующего силу начала, союзного индровой мощи.
Sukta 8.4
Этот гимн Индре призывает бога со всех сторон света, побуждая его стремительно прийти к выжиманию Сомы, и прославляет его как победоносного сокрушителя преград. В нём соединяются ритуальная неотложность (адхварью побуждают дать Соме течь) и космическая роль Индры как убийцы Вритры; завершается же он образами изобилия, где даже устойчивые силы природы словно «раздают» приумножение.
Sukta 8.5
Этот гимн из канвийского собрания открывается светозарными образами Ушас — истинной Зари, приходящей издалека и во все стороны простирающей свои лучи, пробуждая жизнь и правильное движение. По мере развития гимна рамка хвалы расширяется до обращённой к Ашвинам мольбы о процветании — о скоте, потомстве, силе и питательной «иш» (приросте) — и завершается противопоставлением истинного пути приобретения пустому показному блеску, восхваляя щедрых покровителей (Цедаясов) как образцы правого продвижения.
Sukta 8.6
RV 8.6 — гимн Каṇвов Индре, возвеличивающий его ojas (победоносную мощь) и дождеподобную щедрость; он побуждает Индру возрастать от хвалы и быстро прийти, чтобы защитить почитающие его роды. Гимн колеблется между космическими образами (Индра как сила, расширяющая пути и высвобождающая изобилие) и ритуальной непосредственностью (сомные возлияния и общинный призыв), завершаясь примером в духе dānastuti, где прославляются возвышение через дарение и слава.
Sukta 8.7
Этот гимн главным образом призывает Марутов как могучее, по горам странствующее воинство, которое пробуждается и укрепляется поэтической хвалой в размере триштубх, принося бодрость, защиту и победоносный порыв. Канвийские словесные построения представлены как питательные «потоки» (iṣaḥ), подобные топлёному маслу, призванные умножить мощь Марутов и через них — благополучие жертвователя. В заключительном движении взор обращается к Агни — древнему, сияющему ведающему, чьё пламя-солнце расставляет силы по их местам, запечатывая обряд светозарным порядком.
Sukta 8.8
Этот гимн — настойчивый предрассветный призыв к Ашвинам: их просят как можно скорее прибыть на своей колеснице, облачённой в солнечный блеск, и даровать полные дары — здоровье, защиту и успешное совершение обряда. Их восхваляют как близнецов с глубоким видением, идущих путями ṛta (космического порядка), близких к живым существам, и просят не оставить молящихся на порицание или неудачу в сезонном, должным образом упорядоченном деле.
Sukta 8.9
Этот гимн настойчиво призывает Ашвинов поспешить на помощь провидцу Ватсе и его людям, испрашивая неприступную, широкую защиту и изгнание враждебных сил. Он расширяет их покровительство от ближайшего убежища до космической охраны — движущегося мира, тела и будущего детей, — завершаясь более внутренней, созерцательной нотой: Близнецы «восседают» через вдохновенную мысль и благословение.
Sukta 8.10
Этот краткий гимн рода Кāṇва призывает Ашвинов со всех космических стоянок — от сияния неба, из океанского жилища и из срединного пространства — и побуждает их быстро прибыть на обряд певца. Он восхваляет их как всеведущих благодетелей, движущихся по собственной свадхā, и пьющих сому-мёд, тем самым укрепляющих жертвоприношение и провидцев.
Sukta 8.11
Этот гимн восхваляет Агни как вратопу — хранителя священного порядка, который по собственной воле приходит к смертным и становится наидостойнейшим призывания в жертвоприношении. Вновь и вновь Агни призывается как древний, но вечно новый хотар; его просят охранять, взращивать и даровать саубхагу — благую, счастливую долю — через его посредничество в жертве.
Sukta 8.12
Этот гимн — настойчивый призыв к Индре на сому, восхваляющий опьяняющий «мада», который разжигает его мощь и побуждает его сокрушить пожирающего свет противника. Поэты вновь и вновь зовут Индру к их выжатой соме, даже если он «далеко», и в завершение просят благополучия в классических ведийских формах — героической силы, коней и скота, — обретаемых через правильное приношение и древнее жреческое знание.
Sukta 8.13
Этот гимн — развернутое сомное призывание Индры, восхваляющее его как могучего Ваджрина, приходящего к выжатой Соме и делающего kratu (волю, решимость, вдохновенный разум) почитателя ясным и действенным для гимна. Вновь и вновь он связывает «многоцветные помощи» Индры (citrā ūtayaḥ) с ростом: укреплением внутренних, подобно земле, сил, расширением вместимости и тем, что сама хвала возрастает в ответ.
Sukta 8.14
Этот гимн восхваляет Индру как владыку богатства и победы, сокрушающего преграды, освобождающего сокрытый Свет («коров») и возвращающего жертвователю правильный ход и направление. В нём личное устремление — «если бы я мог повелевать богатствами, как ты» — соединяется с мифическим воспоминанием о деяниях Индры ради Ангирасов и о его низвержении Валы и враждебных, нежертвующих сил. Цель — призвать сомную мощь Индры, чтобы даровать процветание, вдохновение и торжество над внутренним и внешним сопротивлением.
Sukta 8.15
Этот гимн — бодрящее призывание Индры, «многократно призываемого» и «многократно восхваляемого»: его просят приблизиться, привлечённого вдохновенной песнью, и пребывать с почитателем как победоносная сила. В нём прославляются безмерное индрийя (верховное могущество) Индры, его шу́шма (порывистая мощь) и крату (правильно направленная воля), и всё завершается молитвой о том, чтобы все виды силы вошли в общину ради приумножения, устойчивого обитания и торжества.
Sukta 8.16
Этот гимн — ликующее славословие Индре как вселенскому владыке народов; его призывают свежей, вдохновенной речью, чтобы он даровал силу, победу и изобилие. Завершается он прямой мольбой: пусть Индра ведёт почитателей по верному пути и ниспошлёт внутреннюю радость (sumna) вместе с материальными полнотами.
Sukta 8.17
Этот гимн из канвийской традиции — приглашение Индре к соме: его зовут на приготовленное сиденье из бархиса, чтобы он испил хорошо выжатое приношение и пробудил свою победоносную мощь. В нём восхваляется могучий облик Индры и его сила, поражающая Вритру, — устраняющая преграды и высвобождающая свободное течение света, силы и приумножения для почитателя.
Sukta 8.18
Этот гимн представляет собой непрерывную мольбу к Адитьям о их súmna (милостивом благоволении), защите (śárman) и нравственном освобождении от enas (вины/греха). В нём Адитьи показаны как хранители ṛta, способные развязать человеческую вину, даровать безопасный проход через опасности и продлить жизнь смертным, связанным смертью.
Sukta 8.19
Этот гимн сосредоточен на Агни как на правильно движущемся вожде и носителе возлияния, которого сами боги «приводят в движение», чтобы приношение вознеслось в божественную сферу. Он многократно благословляет жертву как bhadra — благую и счастливую в огне, даре, обряде и хвале, связывая верное ритуальное движение с благополучием. К концу тон смещается к dānastuti: вспоминаются покровители и общественные награды, сопутствующие удачной жертве и щедрости.
Sukta 8.20
RV 8.20 — гимн Марутам: он призывает грозное воинство выступить в единстве — не для вреда, но чтобы укрепить жертвователя и общину. Воспевается их неодолимая сила и безмерная щедрость; затем та же мощь обращается внутрь как молитва об исцелении — с просьбой к Марутам утишить смятение, исправить сбившееся с пути и восстановить целостность.
Sukta 8.21
Этот гимн — мощное призывание Индры как вечно обновляющегося защитника и дарителя ваджи (победоносной силы, полноты), с просьбой приблизиться к певцам и даровать скот, коней и обильное богатство. Индра восхваляется как истинный владыка, радующийся выжиманию сомы и стройной хвале, чья щедрость достигает меры «тысячи» и «десяти тысяч», подобно дождю, изливаемому Парджанья.
Sukta 8.22
Этот гимн — настойчивый предрассветный призыв к Ашвинам (Насатьям): пусть их чудесная колесница поспешит, принося исцеление, защиту и изобилие. В нём вспоминается их готовность прийти к Сурье, и вновь и вновь их просят взойти на колесницу с золотым сиденьем и даровать молящемуся «полную пищу/питание» (iṣaḥ) и светозарное богатство.
Sukta 8.23
Этот гимн представляет собой развернутое возжигание и восхваление Агни как Джатаведаса — всеведущего огня, принимающего приношения, охраняющего обряд и несущего молитвы к богам. Вновь и вновь он просит Агни о богатстве (васу), силе и должным образом устроенной жертве, изображая его как неуловимое пламя, чей дым поднимается как зримый знак действенного почитания. В заключении подчеркивается Агни как слава деяния и призыватель Митры и Варуны, сообразующий ритуал с Ритой (космическим порядком).
Sukta 8.24
Этот гимн — общинный призыв «привести в движение» вдохновенное Слово (brahman) ради Индры Ваджрина, восхваляя его как дерзкую, самую мужественную силу, сокрушающую преграды и дарующую победу. Он вновь и вновь связывает мощь Индры с выжиманием и приношением Сомы, побуждая адхварью лить более опьяняющий напиток, чтобы вечно возрастающий Герой укрепился. На заднем плане — мотив Валы: скрытые заграждения и тайные деяния, которые Индра способен пронзить, чтобы высвободить светозарных «коров» (богатство, свет, прозрение).
Sukta 8.25
RV 8.25 — преимущественно молитва к Митре–Варуне как вселенским стражам, поддерживающим Ṛta (истинный порядок), охраняющим почитателя и расширяющим внутреннее и внешнее «пространство» (vārya), необходимое для праведной жизни. Гимн чередует хвалу их бдительной защите и просьбы о безопасном пути, общественном согласии и освобождении от стеснения, утверждая эти дары в их нравственном владычестве и союзной дружбе.
Sukta 8.26
Этот гимн главным образом призывает Ашвинов (Насатьев), зовёт их стремительную колесницу к хвале жертвователя и просит о победоносной силе, защите и светлом благополучии. Почитание изображается как украшающее, подобное одежде действие, которое «облекает» божественных Близнецов дарами и служением, принося śubha — сияющую благость. В заключительном стихе кратко обращаются к Ваю, прося умственного воодушевления, энергической полноты (vāja) и правильного приведения вдохновенных мыслей в действие.
Sukta 8.27
Этот гимн открывается утверждением Агни как первейшей жреческой силы в жертвоприношении и затем расширяет призывание на союзные божественные силы — Марутов, Брахманаспати и Всех-Богов — ради защиты и успешного приношения. В середине он обращается к возносящему, рассветному побуждению Савитара, приводящему все существа в целенаправленное движение, изображая космический порядок как ежедневное пробуждение заново. Завершается гимн общинным выбором божественной помощи — подобно сыну, выбирающему сильного защитника, — с просьбой о «лучшем» (vasu/vasīyas) через правильно возлитые возлияния.
Sukta 8.28
Этот краткий гимн призывает Вишведевов — мыслимых как «тридцать три» божественные силы — занять свои должным образом упорядоченные места на жертвенной траве и поддержать правильное устроение обряда. Он просит этих всебогов стать всеобъемлющими хранителями со всех сторон (спереди, сзади, сверху, снизу) и завершается семеричным (семикратным) видением божественных сил, чьи огни, оружия и сияния прочно и безупречно установлены.
Sukta 8.29
Этот гимн созерцает единую героическую божественную Силу — «Единого», — который движется особым образом, облекается в золотое сияние и знает тайные пути и внутренние «сокровища». Он связывает Единого с вдохновенным песнопением риши (саманом), посредством которого скрытый свет выводится в явленность и Солнце заставляют воссиять, намекая на эзотерическую победу озарения над сокрытием.
Sukta 8.30
Этот краткий гимн Вишведевам (Всем Богам) утверждает, что среди божественных сил нет «малых»: все они велики в истинном бытии и способны даровать защиту. Он молит собор богов охранять почитателя, говорить за него, удерживать его в согласии с путём человеческих предков и даровать широкое прибежище и благополучие (скот и коней), с особым упоминанием всеобщей огненной силы — Вайшванары.
Sukta 8.31
Этот гимн сосредоточен на радости Индры от должным образом совершённого жертвоприношения: Сома выжат, возлияния сварены, и брахман — вдохновенная священная речь — произнесён верно. В нём внешний обряд связывается с внутренней готовностью; испрашиваются защита, сила и победа — и всё завершается мыслью, что преданный яджамана одолевает «нежертвующих» силы беспорядка, как внутри, так и вовне.
Sukta 8.32
Этот гимн канвов призывает Индру к выжиманию сомы и перечисляет его свершённые деяния, прося, чтобы его победоносная сила стала присутствующей через вдохновенную песнь. В нём подчёркивается взаимность и полнота обряда — хвала, приношение и божественный ответ, — чтобы в жертве ничто не оставалось «неоплаченным», а почитатели получили силу, защиту и победу.
Sukta 8.33
RV 8.33 — призыв к Индре из канвийской традиции, сосредоточенный на выжимании сомы: поэты, очистив сому через фильтр, рассаживаются вокруг Индры и зовут его нисойти в их прояснённый поток хвалы и приношения. Гимн вновь и вновь побуждает Индру быстро прийти со своими рыжевато-бурыми конями, опередить соперничающих претендентов на жертву и даровать почитателям силу, победу и восходящее движение.
Sukta 8.34
Этот гимн — настойчивый призыв к Индре: пусть он прибудет на своих рыжевато‑пегих конях, примет сому и вдохновит искусно сложенную хвалу провидца из рода Кāṇва (kaṇvasya). Повторяющийся припев зовёт Индру «из того неба повелевающего порядка» в нынешнее поле жертвователя, прося его укротить стремительные силы и обратить движение в победоносную, истину поддерживающую мощь.
Sukta 8.35
Этот гимн — настойчивый призыв на заре к Ашвинам: их просят быстро прибыть и пить выжатую Сому в согласии со всем сонмом богов — Агни, Индрой, Адитьями, Рудрами, Васу, Зарёй и Солнцем. Ашвины изображены как вселенские помощники, приходящие с ṛta/дхармой, откликающиеся на зов певца и воздающие жертвователю «ratnāni» (сокровища, изобилия). Повторяющийся зов («ā yātam… ā gatam») оформляет сукту как ритуальное приветствие и мольбу о защите, жизненной силе и благополучии.
Sukta 8.36
Этот гимн — приглашение Сомы Индре, особенно Индре «с Марутами» (marutvān): его просят испить выжатую Сому и, опьянев ею (mada), даровать жертвователю спасение, победу и широкую силу. Не раз подчеркивается право Индры на возлияние («доля, назначенная тебе») и его испытанная мощь — выигрывать битвы, побеждать даже в водах/глубинах и поддерживать действенность вдохновенной речи (brahmāṇi). В заключительном стихе мольба становится личной: назван Шьявāшва, а также припомнена прежняя помощь богов Атри и царю Трасадасью, чтобы нынешняя надежда опиралась на памятный прецедент.
Sukta 8.37
Этот гимн призывает Индру к мādхьяндина — полуденному выжиманию сомы, побуждая его пить и простирать свои «всепомощи» (viśvābhir ūtibhiḥ) над жрецом-выжимателем и над покровителем жертвы. Он напоминает о битвах Индры с Вритрой и о его силе отгонять осаждающие силы, а затем завершается призывом к его прежней отзывчивости к риши — особенно к Шьявāшве и Атри — и к его защите Трасадāсью, когда Индра умножает кшатру (суверенную мощь).
Sukta 8.38
Этот гимн в размере гāятрī призывает Индру и Агни вместе — как двойных жрецов-ṛтвидж и победоносные силы, делающие жертвоприношение действенным и плодотворным во всех «делах силы» (vājeṣu karmasu). Поэт просит их пробудиться к приношению, принять стройную хвалу, идущую по «пути» гāятрī, и даровать защиту и вдохновенную речь; ближе к концу прямо призывается укрепляющее присутствие Сарасватī.
Sukta 8.39
Этот девятистишный гимн восхваляет Агни как вдохновенного провидца и внутреннего вестника, движущегося между человеческими и божественными собраниями, несущего приношения и приближающего Богов. Он просит Агни освятить почитателей, укрепить обряд и отогнать враждебные силы «в иное владение». Гимн завершается утверждением космического величия Агни — его пребывания в тройственных основаниях — и призывом к нему почитать божественные сонмы (Трёх и Одиннадцати) и умножить силу и благополучие жертвователей.
Sukta 8.40
Этот гимн призывает Индру-и-Агни как единую силу победы и защиты, испрашивая rayi (полноту/богатство), дарующую стойкость и торжество в «прочно утверждённых» столкновениях. Он вновь и вновь молится, чтобы противники были рассеяны на том же поле борьбы, тогда как внутренний огонь (Агни) прорывается сквозь препятствия, как ветер в лесу. В завершение гимн связывает нынешнюю хвалу с древними риши и просит «троекратно основанный» мир и владычество над полнотами.
Sukta 8.41
Этот гимн восхваляет Вару́ну вместе с Мару́тами как всеведущие силы, утверждающие правый порядок (ṛta) и охраняющие человеческую общину, скот и благополучие. Вновь и вновь звучит просьба, чтобы божественные силы «воссияли» в высшей гармонии; Вару́на изображён как связывающий, в котором сходятся вдохновенные деяния и чьей опорой миры удерживаются раздельными и поддерживаются.
Sukta 8.42
Этот краткий гимн открывается величественным изображением Варуны как всеведущего Асуры, утвердившего небо, измерившего землю и правящего всеми мирами посредством своего нерушимого ṛta — своих «законов» (vratāni) космического порядка. В поздних строфах акцент переносится в обстановку сомного жертвоприношения: призываются Ашвины (Насатьи) прийти к выжиманию и испить Сому, согласуя движения обряда в уравновешенном единстве.
Sukta 8.43
Этот гимн — непрерывная хвала Агни как вдохновенному жрецу и безошибочному совершителю жертвы, который пробуждает божественную волю и переносит человеческую речь и приношения к богам. Вновь и вновь Агни просят откликнуться на зов почитателя, войти в «дом» жертвователя и даровать прочное, избранное богатство и защиту своим неизменным дарением.
Sukta 8.44
Этот гимн Агни разжигает жертвенный огонь как божественного Гостя (атитхи), пробуждаемого топлёным маслом и призываемого принять приношения и донести их до богов. Он прославляет космическое величие Агни — главу неба и владычную вершину земли, — который приводит к жизни и явлению сокрытые «семена» вод. Гимн завершается охранительной молитвой: пусть Агни, вдохновенный провидец, перенесёт жизнь и богатство почитателя за пределы зла и враждебных сил.
Sukta 8.45
Этот гимн — непрерывное приглашение Индре прийти на выжимание сомы, испить выжатый напиток и даровать совершающим жертву силу, победу и желанное богатство. Он начинается с утверждения надлежащего ритуального условия — Агни разожжён и бархис расстлан, — при котором Индра становится юным другом почитателей; затем следует череда повторных призывов к Индре к опьяняющему воодушевлению (mada) и щедрости, и завершается просьбой о наилучшем сокровище, известном по прежним дарам Индры.
Sukta 8.46
Этот гимн представляет собой непрерывное восхваление Индры как защитника общины, её вождя и дарителя приумножения; его призывают быстро прийти на жертвоприношение со своими силами (хариями) и даровать мощь, благополучие и победу. В нём раскрывается союз Индры с Марутами как динамическая сила, продвигающая человеческое стремление и успех обряда; завершается же он ярким образом возвращающейся женственной силы, приносящей владычество и светозарное верховенство, — намекая, что плоды помощи Индры суть и внешнее, и внутреннее достижение.
Sukta 8.47
Этот гимн вновь и вновь призывает Адитьев — прежде всего Вару́ну и Ми́тру — как безбрежных, безупречных хранителей, ограждающих почитателя от обмана, враждебности и всякой доли зла. Он просит богов утвердить в жертвователе все виды благополучия — мир, прибежище, «тройственную» защиту — и завершается настроем победы и очищения, отгоняя страх и злые сны с восходом Зари.
Sukta 8.48
Этот гимн Соме прославляет вкушаемую «сладость» (madhu) Сомы как животворящую силу, проясняющую ум, расширяющую внутреннюю свободу и собирающую богов и смертных вокруг единой питающей сущности. Сома восхваляется как внутренний хранитель, восседающий в каждом члене, его просят простить отступления от должного деяния (vrata) и призывают даровать всестороннюю защиту и доступ к солнечному миру (svar). Так гимн движется от экстатического переживания к этическому примирению и далее — к всеобъемлющему ограждению Сомой/Инду.
Sukta 8.49
Этот гимн восхваляет Индру — грозного и щедрого Магхавана, чья неиссякаемая сила и богатство возносят и «воспитывают» певца, так что вдохновенные мысли текут, как вода из полного меха. Он вспоминает прежние случаи помощи Индры риши Каṇва и союзным народам, а затем обращает эту память о поддержке в нынешнюю мольбу о сияющем благополучии — в скоте и золоте — и о победоносном покровительстве.
Sukta 8.50
Этот гимн — канвийское славословие-призывание Индры, прославленного и щедрого победителя, который умножает благополучие жертвователя и обеспечивает успех в состязании и в обряде. В нём неоднократно связывается мощь Индры с выжиманием Сомы и щедрым дарением; его просят приумножить желанное богатство «словно тысячекратным излиянием» и раскрыть для певца сияющих «коров» (свет/дары), как он делал это для прежних провидцев.
Sukta 8.51
Этот гимн призывает Индру к выжиманию Сомы, напоминая о прежних образцах, когда Индра пил Сому вместе с предками и у дружелюбных хозяев. Он прославляет Индру как дарителя, который «воспитывает» почитателей в щедрости и тем дарует богатство, силу и расширение. В заключительном видении сам обряд становится полем приумножения: вдохновенная песнь, струящиеся капли Сомы и возрастание vṛṣṇya śavas (бычьей мощи) внутри поклоняющихся.
Sukta 8.52
Этот гимн Индре из канвийской традиции приглашает бога к нынешнему выжиманию Сомы, напоминая, как он охотно пил и принимал хвалу на древних жертвоприношениях Ману, Вивасвата и Триты. Он прославляет Индру как дарителя богатства и приумножения (rāyaḥ, poṣa) и завершается видением Индры, приводящего в движение великие изобилия, — согласующего землю и солнце, пока светлые силы Сомы опьяняют и воодушевляют его.
Sukta 8.53
Этот гимн Индре из канвийской традиции призывает Индру как высшую щедрую силу — старшего среди могучих, разрушителя крепостей и обретателя «коров» (лучей/богатства) — дабы стяжать полноту даров и защиту. Его просят сокрушить враждебные силы, испить Сому до насыщения и провести почитателя через жизненное состязание к победе, стадам и конской мощи (силе и стремительности).
Sukta 8.54
Этот гимн Индре восхваляет vīrya (героическую мощь) бога как то, к чему приходят через вдохновенную речь и светозарное прозрение — так, как «древние» достигали его. Затем поэт обращает хвалу в практическую мольбу: пусть Индра пробудится к певцам как их спутник в общей радости и утвердит для них прочное, неоскудевающее изобилие — особенно для Прасканвы.
Sukta 8.55
Этот краткий гимн Kāṇva к Индре прославляет явный напор его vīrya (героической силы), который «идёт навстречу» почитателю, принося rādhas (щедрый дар) усердно стремящемуся просителю. Через выразительные перечисления «сотен» и «четырёх сотен» он изображает дар Индры как избыточное изобилие — материальное, ратное и жизненное. Завершается гимн образом Индры, утверждающего семикратный порядок и отгоняющего тёмные, преграждающие силы за пределы путей, расчищая дорогу славе, видению и успеху.
Sukta 8.56
Этот краткий гимн Kāṇva главным образом прославляет Индру как «волкоподобного» могучего защитника, чья обширная, неистощимая щедрость становится явной преданному искателю. В нём воспевается зримое благополучие (скот, служение, средства) как знак расширяющейся силы Индры, и завершается он светлым ритуальным поворотом: Агни пробуждается как знающий носитель возлияния, заставляя сияние Солнца явиться — связывая дары Индры с откровением жертвенного огня.
Sukta 8.57
Этот краткий гимн — приглашение Ашвинам (Насатьям) прибыть на своей могучей колеснице и испить «третье выжимание» Сомы. Он восхваляет их дивные деяния по всему небу и земле, утверждает, что их назначенная доля приготовлена, и просит их, силою своих действенных мощей (śacī), хранить и умножать благополучие жертвователя.
Sukta 8.58
Этот краткий гимн — созерцательное вопрошание о самом яджне: как множество ритуальных устроений, жрецов и функций всё же направлено к единому, цельному жертвоприношению. Он выражает поразительное видение единства — один Агни, одно Солнце, одна Заря, — являющихся во множестве обликов, а затем переходит к призыву Ашвинов, связанному с питьём Сомы и светозарным образом «колесницы» стремительной помощи.
Sukta 8.59
Этот краткий гимн призывает двуединных богов Индру и Вару́ну как совместных хранителей выжимания сомы, прося их поспешить к каждой жертве и принять свои законные доли. Он связывает их внешнее космическое владычество и победоносную мощь с внутренним устроением жертвователя — наставляя его к Ṛta (правильной мере) и даруя благополучие, потомство и долгую жизнь.
Sukta 8.60
Этот гимн — призыв к Агни как к избранному хотару: его просят прийти, сесть на бархис и совершить жертвоприношение, доставляя подношения богам. Вновь и вновь у Агни просят защиты — прежде всего от ракшасов (враждебных/тёмных сил), яту (колдовства), препятствий, недуга и голода, — а также молят о силе, приумножении и успешных приобретениях (ваджас). В целом Агни предстает и как жрец обряда, и как близкий, надёжный хранитель, обеспечивающий путь жертвователя.
Sukta 8.61
Этот гимн — прямое, настойчивое приглашение Индре услышать зов поэта «с обеих сторон» и приблизиться к питью Сомы, укреплённый вдохновенной мыслью (dhī). Он восхваляет Индру как могучерукого сокрушителя преград и укреплённых оград (purandara), вновь и вновь прося его прийти, принять приношение и высвободить богатство, защиту и победоносную силу. Заключительный образ сосредоточивает мощь Индры в занесённой ваджре, готовой разбить сопротивление и утвердить торжествующий порядок.
Sukta 8.62
Этот гимн Индре побуждает общину выжимателей сомы вознести возвышенную хвалу, ибо Индра радуется стройно сложенным stotra и uktha и отвечает «bhadrā rātayaḥ» — благими, благоприятными дарами. В нём прославляются божественно дарованные героизм Индры и его охранительство над всем становлением; противопоставляются процветание и «многие огни», даруемые приносящим сому, и суровое воздаяние тем, кто пренебрегает сомным обрядом.
Sukta 8.63
Этот гимн продолжает поток восхваления Индры в 8-й мандале, изображая Индру как древнего «искателя», к которому обращаются целенаправленные силы (kratu), и как божественные врата, через которые человеческое устремление и вдохновенная мысль входят в область богов. Он связывает общинный призыв (пятикратную человеческую общину) с ритуальным действием расстилания бархиса (священного сиденья) и завершается охранительной мольбой: Рудры и все боги, с Индрой во главе, поддерживают почитателя в борьбе, где поражается Вритра, — как во внешней битве, так и против внутреннего препятствия.
Sukta 8.64
Этот гимн — мощное сомное призывание к Индре: да возрадуют его хвалебные песни, чтобы он даровал изобилие (rādhas) и сокрушил силы, ненавидящие священное Слово (brahma-dviṣ). Индра изображён несгибаемым, юным быком мощи, к которому трудно приблизиться иначе как через истинное brahman (вдохновенное изречение); гимн завершается настойчивым призывом: «приди скорее и пей» светлую Сому ради героической, пылающей силы.
Sukta 8.65
Этот гимн — настойчивый, обращённый во все стороны призыв к Индре: пусть он придёт быстро, как немедленная помощь, всякий раз и везде, где его зовут. Индра восхваляется как единственный по своей «доступности» даже среди вечных сил; у него просят мощи, защиты и славы через божественную щедрость. В заключении тон расширяется к сияющим излучениям Индры («напатаḥ»), подчёркивая тысячекратную помощь и славу среди богов.
Sukta 8.66
Этот гимн — энергичное призывание Индры при возлиянии Сомы, как находителя богатств и помощника в битве; его зовут к жертве широким песнопением и прояснённым намерением. В нём восхваляются подвижные силы Индры, которые «находят усладу в деяниях» (vayuneṣu), и его просят принять стому, выступить вперёд со светозарным разумением и отогнать истощающую тьму, чтобы могли действовать сила и благополучие.
Sukta 8.67
Этот гимн обращается с мольбой к Адитьям — царственным хранителям ṛta (космического порядка) — о прибежище, милости и успешном достижении целей. Переходя от призывания к настоятельной просьбе о защите в опасности и далее к всеобъемлющему изгнанию ненависти, греха и гнетущего бедствия, он изображает Адитьев как стражей закона и как целителей общественного и внутреннего разлада.
Sukta 8.68
Этот гимн призывает колесницу Индры к жертвоприношению, восхваляя его как величайшего хранителя ṛta (космического правопорядка), побеждающего всякое нападение и приносящего «sumná» (целостность, благополучие). Через yajña и вдохновенную речь поэт просит Индру вновь явить свою древнюю помощь — даровать vāja (победоносную силу, изобилие) и безупречную защиту своим союзникам. Заключительный тон подчёркивает безукоризненность божественного деяния: ни один смертный хулитель не сможет успешно возложить вину на индрийское сообщество.
Sukta 8.69
Этот гимн сосредоточен на Соме как вдохновителе и дарующем силу, которого вновь и вновь выдвигают вперёд в триштубховом песнопении и поддерживают Пурандхи — силой полноты, «наполняющей» жертву и ум приращением. Он разворачивает образы тщательного, без пролива, приготовления и возлияния Сомы — чтобы напиток удерживался ровно для питья Индры, — и подчёркивает дисциплинированный ритуальный порядок (подстриженный бархис, правильно установленные энергии) как условие достижения древнего, изначального «продвижения вперёд».
Sukta 8.70
Этот гимн — мощное славословие-призыв Индре как владыке народов и непобедимому ратнику, побеждающему всякую битву и сокрушающему Вритру. Его призывают как всегда доступную силу, к которой взывают и в ближних, и в дальних местах — «в глубинах» и «в просторах» — ради победы, мощи и щедрых даров. Заключительный стих сохраняет также память в духе покровительского дара (Karṇagṛhyā), связывая щедрость Индры с конкретными подношениями и ритуальным благополучием.
Sukta 8.71
Этот гимн Агни — охранительная и призывающая благополучие молитва: певцы просят бога Огня его великими силами ограждать их от нужды, враждебности и человеческой ненависти. Агни восхваляется как законный владыка богатств (vasu), тот, чьё дарование не должно быть отогнано нечестивыми силами, и как защитник рода, приносящий мир, благоденствие и надёжное жилище для вдохновенных сил провидцев.
Sukta 8.72
Этот гимн — литургическое наставление и хвала, сосредоточенные на правильном совершении обряда адхварью: приготовлении хависа, движении по установлению (praśāsana) и продвижении жертвоприношения так, чтобы оно «достигало» своей цели. Через яркие образы возлияния (вливание в глубокий, широко-обходящий сосуд) он связывает точность ритуального действия с космическим круговоротом сомы/приношения и поддерживающим порядком яджни. Заключительное видение намекает на более глубокий слой: «стоянка/ступень» (pada) желанной силы распространяется вокруг неба языком — что указывает на Вач (сакральное слово) как тонкую силу, завершающую обряд.
Sukta 8.73
Этот гимн Ашвинам вновь и вновь призывает близнецов-божественных врачевателей подняться, впрячь колесницу и приблизиться, чтобы их помощь была «близко и восседала» в самом почитателе. Настойчивым, почти припевным повтором он просит о скором спасении, укреплении и о сокрушении преграждающей тьмы, словно при штурме крепости. Общая цель — немедленная поддержка: исцеление, защита и восстановление ṛta (правого порядка) в жизни и в уме.
Sukta 8.74
Этот гимн главным образом прославляет Агни как Атитхи — божественного Гостя — и как Джатаведаса, внутренний домашний огонь, которого каждый род радушно принимает и устанавливает как подателя силы, изобилия и благой, счастливой тишины мира. Через близкие, почти осязаемые образы поэт просит, чтобы Агни принял сладчайшую хвалу и креп, питаясь ею, обеспечивая почитателям благополучие. В заключительном движении также призывается великая река Парушни, связывая мотивы силы и защиты гимна с конкретным ландшафтом ведийской жизни и пути.
Sukta 8.75
Этот гимн призывает Агни именно в его облике Хотара (жертвенного жреца): того, кого боги лучше всего призывают, кто восседает на обряде и с искусством и древней властью переносит приношения. Наряду с литургическим приглашением поэт молится о защите среди вражды — чтобы натиск окружающих врагов не поразил почитающих, как волна поражает лодку. Сукта завершается сыновним доверием: помощь Агни известна «издревле», как поддержка отца, и вновь испрашивается его благосклонная милость (sumná).
Sukta 8.76
Этот гимн призывает Индру «вместе с Марутами» как непобедимого владыку силы, побуждая его прийти на жертвоприношение, испить сому и даровать почитателям победу и приумножение. Наряду с воинственным и ритуальным призывом звучит и созерцательная нота: вдохновенная речь (Вач) возникает через Индру, связывая внешнее завоевание с внутренним становлением через ṛta — истинный порядок.
Sukta 8.77
Этот гимн восхваляет Индру с самого его рождения как решительного, многомощного героя, ищущего достойных союзников и тотчас обращающегося к битве и добыче. Он напоминает о том, как Индра разверз горы, чтобы выпустить питание и богатство, и прославляет его безупречно выкованные оружия и руки как орудия победоносного космического порядка. Цель — призвать Индру услышать и помочь: даровать силу, защиту и изобилие жертвователю и общине.
Sukta 8.78
Этот гимн Индре обращается к богу победоносной силы с мольбой принести обильную сому-радость, богатство и «стада» света, поддерживающие жизнь и прозрение. Он прославляет Индру как неослабевающего и не поддающегося обману — того, кто предвидит и обуздывает смертный гнев и враждебный умысел. Сукта завершается доверительным жестом: даже серп вверяется руке Индры, и его просят наполнить жатву — будь то свежесобранную или хранимую в запасе.
Sukta 8.79
Этот гимн восхваляет Сому как непобедимую, всепобеждающую силу, которая размыкает запертое и озаряет поэта-провидца вдохновенным видением. Сома предстает исполнителем истинных целей: он ведет ищущих к дару дарителя и обращает беспокойную жажду в удовлетворение. В завершение звучит царственная мольба к Соме, восседающему среди богов: взглянуть вниз на кривые помыслы и отогнать враждебные и препятствующие силы.
Sukta 8.80
Этот гимн — настойчивое воззвание к Индре как к непревзойдённому могучему и целителю, способному «исправить» всё сломанное, даруя милость, победу и благополучие. Его просят прибыть на своей колеснице, приносящей полноту даров, устранить препятствия и сделать почитателей победителями. В заключительном стихе видение расширяется: бессмертные и богини сообща умножают божественный свет, готовя восхваляемые «rādhas» (щедрость/слава) и быстрое, подобное рассвету, пришествие вдохновенного богатства.
Sukta 8.81
Этот девятистишный гимн — прямое пригласительное славословие Индре: его просят приблизиться и «схватить» для почитателей яркую, обильную долю силы, богатства и победоносной мощи. Подчеркивается действенность правостороннего действия (дакшина), воспеваемого самана, который Индре надлежит услышать, и стремительный приход его светозарных ваджа (полнот, изобилий), чтобы довести до зрелости рост и успех.
Sukta 8.82
Этот гимн Индре — стремительный призыв к Вṛтрахану прийти из близи и дали и принять сладкое подношение Сомы, приготовленное для его опьяняющего восторга. Он прославляет выжимание Сомы, радость и силу Индры и напоминает миф о Соме, принесённой шьеной (соколом), побуждая Индру пить как владыку её мощи.
Sukta 8.83
Этот гимн призывает совокупных Девов — прежде всего царственных Адитьев (Варуну, Митру, Арьямана) — как великую, охраняющую Помощь (avaḥ), избранную молящимся для внутренней и внешней силы. Он восхваляет их бодрствующее сознание, нравственное владычество и способность отражать зло, завершаясь обращением к щедрому сонму богов во главе с Индрой.
Sukta 8.84
Этот гимн восхваляет Агни как самого любимого «Гостя» жертвоприношения — дружелюбного, близкого и действенного носителя (словно колесница) намерения обряда. Он также обращается внутрь с размышляющим вопросом о правильном умственном приношении и надлежащем обращении в поклонении и завершается тем, что защита Агни дарует надёжное благополучие (kṣema) и рост героической силы (suvīrya). В целом это краткое призывание к верной жертве, правильному настрою и охраняемому процветанию под стражей Агни.
Sukta 8.85
Этот краткий гимн Ашвинам вновь и вновь призывает Насатьев быстро явиться на зов поэта и пить медовый Сому. Он просит божественных Близнецов принести надежную защиту (chardiḥ), укрепить вдохновенную речь певца и сделать обряд плодотворным своим своевременным приходом и помощью.
Sukta 8.86
Этот краткий гимн в размере джагати призывает Ашвинов — дивных близнецов-целителей и дарителей радости — прося их «сформировать воплощённое существо» (tanūkṛ-) и сохранить нерушимой узы дружбы. В повторяющихся мольбах риши Вишвака вспоминает благодеяния Ашвинов и представляет их помощь как охрану жизненной целостности, благополучия и неизменной дружеской верности под властью Ṛta (космического порядка).
Sukta 8.87
Этот краткий гимн Ашвинам призывает близнецов‑божественных врачевателей быстро прибыть на выжимание Сомы: сияющая хвала «окропляет» и призывает их. Их просят сесть на бархис, испить медовой Сомы и даровать силу, удачу в обретении богатства/мощи (vājasāti) и чуткий слух на вдохновенный зов поэтов.
Sukta 8.88
Этот краткий гимн Индре восхваляет чудотворного, радующегося Соме воина, который по своей воле, силе и действенным подвигам превосходит всех рождённых существ. Поэты (Гаутамы) устремляются к нему речью, как коровы к своему телёнку, прося его пробудиться на их песнопение и даровать безмерную щедрость, защиту и победу в обретении могущества.
Sukta 8.89
Этот краткий гимн призывает Марутов воспеть «бṛхат» (великую, обширную) хвалу, пробуждающую Индру, убийцу Вритры, чтобы он высвободил свет, воды и широкий сияющий мир (svaḥ). В разных стихах Индру побуждают смело выступить вперёд, расколоть преграждающую силу и привести в движение космический порядок — чтобы солнце, воды и укрепляющие истину энергии двигались согласованно. Цель двойная: ритуальная (вдохновить Индру на победу и дождь) и внутренняя (пробудить божественную мощь, разрушающую инерцию и приносящую ясность).
Sukta 8.90
Этот шестистишный гимн призывает Индру присутствовать «во всех битвах», приблизиться к мантрам поэтов и к выжимкам сомы и сокрушить препятствующие силы (вритру), мешающие победе и благополучию. Он восхваляет Индру как правдивого, несгибаемого, вооружённого громовым оружием, прося его приблизить богатство и распространить свою защиту, как широкий покров. Гимн завершается стремлением обрести Индру как дальновидного Асура (владычную силу), чью милость (сумна) и прибежище надлежит достигнуть.
Sukta 8.91
Этот краткий гимн изображает Сому как найденное и перенесённое сокровище, выжатое особо для Индры — победоносной силы, что пьёт приношение и дарует мощь. Повествование переходит от яркого мифического образа обретения Сомы к настрою надежного призывания: «быть может» Индра совершит деяние к нашему благу, — и завершается эпизодом об Апале, где очищающая сила Индры обновляет и озаряет.
Sukta 8.92
Этот гимн Индре — непрерывная стотра, побуждающая певцов восхвалять и «подгонять вперёд» Индру посредством Сомы, чтобы его победоносная сила (вритрахан, «убийца Вритры») проявилась среди почитателей. В нём Индра прославляется как покоритель мира и самый щедрый к народам; вновь и вновь звучит просьба, чтобы его опьяняющая мощь и дарующий силу восторг вошли в общину.
Sukta 8.93
Этот гимн — призыв на заре: Сūрья прославляется как восходящая, победоносная сила, «переносящая за пределы», тогда как хвала одновременно насыщена ярко выраженной индрийской речью о завоевании, защите и даровании благ. Просят пробуждения, силы и благополучия — прежде всего преодоления препятствий (вритроподобных уз), изобильной жизненной мощи и победной силы (vāja) для почитателей.
Sukta 8.94
Этот гимн призывает сонм Марутов как светозарные, стремительные силы, прорывающие преграды и несущиеся, подобно струящимся водам, принося мощь, ясность и победный напор. Их космическая буревая энергия сопрягается с обрядом Сомы: их, восседающих на горах и исполненных мужской силы, зовут вкусить выжатую Сому и придать жертвователю восхождение и славу.
Sukta 8.95
Этот гимн — призывание Индры, сосредоточенное на сомном возлиянии: говорится, что светлые выжимки струятся к Индре, и его побуждают пить приготовленную сущность и войти в деяния жертвователя. Через хвалу (giraḥ, ukthāni) поэты «умножают» Индру, прося обрести его многочисленные силы — богатство, победу и мощь (vāja), сокрушающую преграды, подобные Вритре. Выраженный, почти припевный акцент на «чистоте» (śuddha) Индры представляет его как очищенную, проясняющую силу, дарующую сокровища и уничтожающую препятствия.
Sukta 8.96
Этот гимн восхваляет Индру как силу, дарующую безопасную «переправу» — от ночи к заре, от преграды к проходу, — при содействии Ушас (Зари) и питающих Вод/Рек (Апас/Синдху). Он просит Индру нести вдохновенное Слово (укта) и направлять понимание ищущего, словно лодку, к дальнему берегу, завершаясь образом Индры — убийцы Вритры, искусного, быстрого в явлении помощника.
Sukta 8.97
Этот гимн — приглашение Индре прийти к выжатой Соме, принять сладостный напиток и умножить силы певца и хорошо подготовленных жертвователей. Он напоминает о могуществе Индры, добывающего сияющие блага «солнечного мира» у враждебных асурических сил, просит защиты через ṛta (истинный порядок) и молится, чтобы нас перенесли за пределы duritā (бедствий/обид) в изобильное, всем приносящее благо процветание.
Sukta 8.98
Этот краткий гимн Индре — призыв воспеть Саман для великого провидца Индры, восхваляемого как установителя дхармы и дарителя победоносной силы. Поэты «приводят в движение» к нему свои великие устремления, подобно бурным водам, и в конце просят о сувирье — благородном, действенном героизме и мощи для праведного деяния.
Sukta 8.99
Этот гимн Индре — настойчивый призыв к Ваджраносцу услышать певцов и быстро откликнуться на их зов, как прежде он укреплялся их хвалой. В нём Индра прославляется как вселенский победитель, сокрушающий враждебные преграды и ложную речь, дарующий вновь и вновь помощь и праведный исход усердному почитателю.
Sukta 8.100
Этот гимн прославляет Индру как решающего победителя, сокрушающего преграду (Вритру) и освобождающего живительные реки; при этом призываются Вишведевы и союзники — такие как Вишну и Дьяус, — чтобы расширить космическое пространство для его громовой палицы. Поэт приближается с ощущением, что его ведут и поддерживают боги, и просит Индру «установить долю» (bhāga), дабы могли совершиться героическое деяние и благополучие. Так сукта соединяет личное укрепление сил, общинный призыв к единению и архетипический миф о поражении Вритры в единое ритуально‑психологическое движение от стеснения к освобождению.
Sukta 8.101
Этот гимн прежде всего призывает Митру и Варуṇу как двойных хранителей ṛta (космического порядка), прося поставить их «впереди» в качестве защитников, чтобы жертвоприношение и жертвователь могли процветать. По ходу он затрагивает родственные жертвенные силы (особенно Ваю и очищенный поток Сомы) и завершается выразительным почитанием Вач как божественной Коровы — речи/прозрения, которую нельзя ни ранить, ни отгонять. В целом гимн сплетает социально-нравственный порядок, ритуальную правильность и вдохновенную речь в единое видение защиты и благоденствия.
Sukta 8.102
Этот гимн Агни восхваляет его как юного, мудрого «владыку дома», дарующего жертвователю широкую жизненную силу, защиту и верное руководство. Агни призывается как могучая, победоносная сила — подобная коню-победителю, — и как митроподобный устроитель, отгоняющий враждебность и беспорядок. Гимн завершается внутренним актом возжигания: смертный разжигает Агни умом и пробуждённой мыслью, сообразуясь со светлым порядком.
Sukta 8.103
Этот гимн восхваляет Агни как высшего «обретателя пути» (gātuvittama), того, в ком утверждены установления ṛta и через кого речь жертвователя достигает богов. Он призывает певцов приблизиться к Агни с искусно сложенной хвалой, описывая его как необъятного, с ярким пламенем, щедрого и союзного Марутам/Рудрам. Гимн завершается явным приглашением Агни прийти на питьё Сомы, радуясь хвале Собхарьясов и укрепляя благородный рост, согласный с правильным порядком.
It is strongly tied to the Kāṇva and Aṅgiras families, shows frequent Pragātha-style composition, and is associated with the Vālakhilya appendix—together indicating both performative metrical habits and layered compilation.
Indra dominates, most often addressed in the context of the Soma-pressing: the hymns invite him to drink Soma and to grant fearless abundance, cattle, and victory to the patrons and priests.
It points to an accretive transmission history: a compact set of short hymns circulated as a recognizable sub-collection and was preserved alongside Mandala 8 material, reflecting how Rigvedic books could grow through curated additions.