Anuvaka 4
Защитное и восстановительное действие мани и лекарственных растений (oṣadhi): процветание, отражение враждебных сил и исцеление истощения/лихорадки с восстановлением medhā. Подтемы: пауштика‑приумножение скота и благополучия дома (sphāti); darbha/kuśa как царственное апотропейное растение и как связанный амулет; jāṅgiḍa‑maṇi как всеобщий хранитель и целитель; изгнание yakṣma, rakṣasas, yātudhānīs и силы проклятия (śapatha); наделение царя/деятеля varcas, bala, ojas, sahas; лекарственные смолы и иные средства.
Suktas in Anuvaka 4
Sukta 31
Этот паустика-гимн наделяет амулет (маṇи) из древесины удумбары силой порождать и утверждать благополучие — прежде всего приумножение, здоровье и процветание (sphāti) скота в собственном гоṣṭha (коровнике). Савитṛ, призываемый как vedhas (мудрый Устроитель и побудитель достатка), просят прочно «установить» изобилие; амулет также восхваляется как губитель соперников, чтобы приобретённое не оспаривалось и не утрачивалось.
Sukta 32
AV 19.32 — гимн о дарбхе (куше), где эта трава мыслится как грозная, владычественная оṣadhi, чья власть простирается над тремя небесами и тремя землями, и потому она пригодна для «одоления» враждебных сил. Ею «привязывают» защиту и долголетие, одновременно подчиняя соперников — прежде всего придавливая язык врага и обезвреживая проклятия, клевету и обвинительную речь. Сукта соединяет охранительную силу травы-амулета с абхичарическим связыванием речи, представляя дарбху и щитом, и оружием.
Sukta 33
AV 19.33 — гимн-маṇи, освящающий траву дарбха и связанный из неё амулет как сосредоточенную, божественную оджас (жизненную мощь) для защиты и долголетия. Сукта проходит путь от восхваления дарбхи как царственной силы, соединяющей жизнь, к её установлению как очистителя на ритуальной площадке и, наконец, к привязыванию на тело свирепой силы, поражающей яд и демонов, ради свасти (благополучия) и джарас (зрелой старости).
Sukta 34
AV 19.34 — гимн о маṇи Джāṅгиḍа, в котором освящается и применяется трава/амулет Джāṅгиḍа как всеобъемлющий защитник и целитель. Джāṅгиḍа предстает как живая апотропейная сила, «оскверняющая осквернителя»: она обезвреживает kṛtyā (колдовство), arāti (враждебный умысел) и названные болезни, безопасно проводя жизненную силу больного вперед.
Sukta 35
AV 19.35 — охранно-целительный гимн-оберег, который утверждает Джангиду как живую, бдительную стражу вокруг больного или дома. Он обосновывает чары божественным прецедентом (боги и риши, укреплённые Именем Индры), а затем разворачивает защиту в полное космическое ограждение — небо, землю, срединное пространство, растения, существ, грядущее время и все направления. Его сила апотропейна: разрушать дурной глаз и враждебные воздействия, окружая произносящего всеобъемлющей, всесторонней охраной.
Sukta 36
Этот краткий гимн о маṇи возводит амулет на престол как силу «стократно-отвращающую», изгоняющую якшму (истощающую болезнь), ракшасов и повторяющиеся одержимости духами. Соединяя маṇи с теджасом (огненной мощью) и варчасом (сияющим престижем), он возвращает телесную крепость, общественную честь и охранительное сияние вокруг носящего. Повторяющаяся формула «сто» служит ритуальным усилением, утверждая всецелое, многовекторное отвращение.
Sukta 37
AV 19.37 — поздний атхарванический гимн наделения силой, который «вкладывает» в человека (обычно правителя или царского служителя) и/или в царский предмет varcas (сияние), bala (силу), ojas (жизненную мощь), sahas (напор) и abhibhūti (побеждающее превосходство). Переходя от Агни как дарователя героических сил к их внутреннему усвоению практикующим и ритуальному «ношению вокруг» (paryūhana), гимн запечатывает посвящение формулой долголетия «на сто осеней», стремясь к устойчивому владычеству и способности поддерживать царство.
Sukta 38
Этот краткий целительный гимн использует гуггулу (ароматическую лекарственную смолу) как атхарваническое bheṣaja, чтобы изгнать якшму (истощение/чахотку) и обезвредить враждебные śapatha (проклятия). Соединяя гуггулу с очищающими солями и «схватывая имя» лекарства, сукта утверждает, что болезнь и злонамеренные влияния не могут закрепиться на больном. Сила гимна действует через аромат, смешение и nāman (силу имени) как ритуальную печать ariṣṭatāti — невредимой безопасности.
Sukta 39
AVŚ 19.39 — это целительный и изгоняющий демонов заговор, призывающий гималайскую траву Куштху как живого божественного спасителя, чтобы уничтожить всякую форму такмана (лихорадки) и отразить ятудханий (вредоносных, ведьмовских существ). Гимн утверждает действенность Куштхи через космический миф о происхождении — рождённой из Ашваттхи в «третьем небе», стоящей вместе с Сомой, — а затем обращает этот авторитет в прямые повеления, изгоняющие болезнь прочь, вниз и за пределы сферы больного.
Sukta 40
Этот поздний атхарваведийский гимн — краткое заклинание-восстановление медхā: разума, памяти и способности к ритуальной речи, когда ум и голос ощущаются «пробитыми» или рассеянными из‑за возбуждения. Он взывает к Бṛхаспати — в согласии с Сарасватī и Вишве Девāḥ — чтобы вновь собрать и вернуть то, что было унесено, и завершает действие шāнти для дīkṣā и тапаса, а также ашвинским питанием, «переправляющим через тьму».
Read Atharva Veda in the Vedapath app
Scan the QR code to open this directly in the app, with word-by-word meanings, Sanskrit recitation where available, and more.