Anuvaka 3
Освобождение (mokṣaṇa) от aṃhas/pāpa — ритуально-нравственной стеснённости, «греховной» скверны и сжимающей беды — и укрепление благополучия и царской власти через божественное «развязывание» и сплочение. Подтемы: снятие уз греха, тоски и повторяющейся неудачи (muñc-); царская мощь, покорение соперников и утверждение кшатрийского владычества; умилостивление Рудры и охрана владений (Бхава–Шарва); воды и боги бури как очистители; вселенское исповедание перед Дьяусом и Притхиви; благополучие скота и его безопасное возвращение.
Suktas in Anuvaka 3
Sukta 21
AV 4.21 — гопауштика‑гимн (о благополучии стада), который ритуально «возвращает гурт домой», утверждает его в гоṣṭхе (коровнике) и обеспечивает плодородие, обилие молока и безопасный выпас. Коровы восхваляются как движущееся богатство дома; призываются всепроникающая бесстрашность Индры и ограждающее оружие Рудры, чтобы предотвратить преследование, силки, кражу и враждебную речь, способные умалить стадо.
Sukta 22
AV 4.22 — гимн царского подчинения, в котором Индру просят умножить мощь кшатрия-покровителя, сделать его единственным «быком» среди родов и сокрушить либо связать всякого соперника. Он соединяет благословение (космическое изобилие от Неба-и-Земли) с принудительным абхичарой, нацеленной на политическое укрепление: враги поражаются, сопротивление усмиряется, а враждебные ресурсы втягиваются под власть царя.
Sukta 23
AV 4.23 — гимн Агни Джатаведасу о «освобождении» (muñc-), где aṃhas — тоска, стесняющая беда и грехоподобная скверна — мыслится как нечто, что можно развязать посредством ритуального посредничества Агни. Напоминая о космическом владычестве Агни и о его роли в мифических победах над враждебными силами, гимн превращает хвалу в действенное лекарство: Агни несёт приношения, приносит божественную благосклонность (sumati) и ослабляет узы страдания.
Sukta 24
Атхарваведа 4.24 — гимн папамочана (развязывание греха и бедствия), обращённый к Индре — убийце Вритры, носителю силы и дарителю богатства — с мольбой «развязать» почитателя от аṃхаса (гнетущей вины, скверны или несчастья). Повторяющаяся, как припев, просьба представляет избавление как милостивый дар Индры тому, кто приносит дары и возливает Сому, возвращая бодрость, действенность обряда и успех в состязании (гавишти). Сила гимна — в соединении хвалы (стома/арка/брахман) с воинскими и благодатно-изобильными эпитетами Индры, так что освобождение от аṃхаса становится условием обновлённой удачи.
Sukta 25
Этот семистишный гимн — заклинание pāpamocana («освобождение от греха и беды»), призывающее сопряжённые силы Вāю (очищающее жизненное дыхание) и Савитара (побудитель, размыкающий узы), чтобы избавить произносящего от aṃhas — нравственной вины, гнетущего несчастья и их демонических остатков. Он соединяет искупление с апотропеической мощью: злые деяния (duṣkṛta), ракшасы и силы śimidā изгоняются прочь, а «наилучшие благословения» утверждаются и стоят непоколебимо в ритуальном пространстве.
Sukta 26
Этот гимн — заклинание исповеди и освобождения, обращённое к Дьява̄‑Притхивӣ (Небу и Земле), с просьбой ослабить и снять aṃhas — греховную скверну, стеснение и жгучую муку. Он прославляет космических родителей как неизмеримое, жизнедающее основание богатства и устойчивости и молит их стать надёжным прибежищем. Повторяющийся рефрен «te no muñcatam aṃhasaḥ» действует как апотропейная печать, обращая космический порядок в личное очищение от вины, недуга и вреда, причинённого людьми.
Sukta 27
AV 4.27 — это папамочана, заговор на освобождение от греха и бедствия, призывающий сонм Марутов вместе с очищающим круговоротом Вод — океаном, небом, дождём и землёй — чтобы развязать aṃhas (нравственно-ритуальную вину и её мучительные последствия). Через прошения, скреплённые рефреном, гимн превращает буревую силу в лекарство: то, что свирепо в битве, становится защитой от внутреннего и внешнего вреда. Его действенность выражена как космический цикл очищения, где те же воды, что поднимаются и нисходят, уносят также вину, опасность и изнуряющее несчастье.
Sukta 28
AV 4.28 — гимн-«освобождение» к Бхаве–Шарве (Рудре в парном облике), направленный на размыкание pāpa/aṃhas — нравственной вины, связывающей тяготы и бедствий — со всего удела жертвователя. Он многократно утверждает двойное владычество Рудры как простирающееся на «двуногих и четвероногих», делая заговор одновременно целительным для дома и охранительным для стада. Вместе с тем гимн обращает рудрийскую свирепость вовне, прося обоих поражать враждебные, оккультные или рожденные битвой угрозы и тем восстановить благой порядок.
Sukta 29
Этот семистишный гимн Митре—Варуне действует как нравственно-ритуальное «развязывание», испрашивая освобождение от aṃhas — греха, бедствия и стеснения, возникающего вслед за обманом, обвинением или нарушенной истиной. Он восхваляет божеств как хранителей ṛta и союзников правдивого, напоминая об их прежних спасениях прославленных людей, чтобы призвать ту же защитную власть для произносящего. Припевоподобная мольба «освободите нас от aṃhas» обрамляет сукту как pāpmamocana (освобождение от греха) и rakṣā (охранительная защита) в условиях социально-правового конфликта.
Sukta 30
AV 4.30 — гимн о верховной власти и сплочённости в самодекларативном стиле «aham», где Рāṣṭrī (Рāṣṭradevī) говорит как объединяющая сила, поддерживающая богов и тем самым укрепляющая царство. Отождествляя мощь мантры с космической всепроникаемостью и божественным оружием, гимн сакрализует царскую власть, связывает народ в единое политическое целое и обращает карательную силу против нарушителей брахмана и общественного порядка.
Read Atharva Veda in the Vedapath app
Scan the QR code to open this directly in the app, with word-by-word meanings, Sanskrit recitation where available, and more.
