
Dakṣiṇa-Paścima-digvyavasthā: Giridroṇī-vanasthalī-tīrtha-varṇanam
Ancient-Geography (Purāṇic cosmography) / Sacred Ecology
В наставительном диалоге Варахи (Varāha) и Притхиви (Pṛthivī) эта глава (в данном фрагменте приписываемая Рудре, Rudra) выступает как дидактический перечень земных пространств, образующих сакрализованную экологию. Сначала описывается южная сторона: горные долины, леса, изобилующие плодами и птицами, реки со сладкой водой и ашрам (āśrama) Кардамы Праджапати (Kardama Prajāpati). Далее говорится о великом озере, полном лотосов, о центральной вершине с дорогой из драгоценностей и городе Видьядхар (Vidyādhara), которым правит Пуломан (Puloman), а также о манговых рощах, посещаемых дэвами (deva) и гандхарвами (gandharva). Перечисляются иные стхали (sthalī), например Бильвастхали (Bilvasthalī), благоухающие леса и святилище Адитьи (Āditya) с мотивами «нисхождения», связанными с календарём. Затем следует запад: область вечного космического огня без топлива, недоступные плодовые земли, озёра и долины, обители богов (Вишну Viṣṇu, Шива/Умапати Śiva/Umāpati, Индра Indra), и в завершение — списки новых плато, рощ и опасных горных зон, намекающие, что равновесие Земли устроено через охраняемые, исполненные священной силы ландшафты.
Verse 1
रुद्र उवाच । अथ दक्षिणदिग्व्यवस्थिताः पर्वतद्रोण्यः सिद्धाचारिताः कीर्त्यन्ते । शिशिरपतङ्गयोर्मध्ये शुक्लभूमिस्त्रिया मुक्तलतागलितपादपम् । इक्षुक्षेपे च शिखरे पादपैरुपशोभितम् । उदुम्बरवनं रम्यं पक्षिसङ्घनिषेवितम् ॥ ८०.१ ॥
Рудра сказал: Ныне описываются горные долины, расположенные в южной стороне света, — места, посещаемые совершенными существами. Между Шиширой и Патангою лежит светлая полоса земли, украшенная деревьями, с которых свисают гроздья свободно растущих лиан. А на вершине, называемой Икшукшепа, украшенной деревьями, находится прекрасная роща удумбары (смоковницы гроздевой), где обитают стаи птиц.
Verse 2
फलितं तद्वनं भाति महाकूर्मोपमैः फलैः ॥ तद्वनं देवयोन्योऽष्टौ सेवन्ते सर्वदैव ॥ ८०.२ ॥
Тот лес сияет, отягчённый плодами, по величине подобными большим черепахам; и восемь существ божественного происхождения непрестанно посещают и почитают этот лес.
Verse 3
तत्र प्रसन्नस्वादुसलिला बहूदका नद्यः वहन्ति । तत्राश्रमो भगवतः कर्दमस्य प्रजापतेः । नानामुनिजनाकीर्णस् तच्च शतयोजनम् एकं परिमण्डलं वनं च । तथा च ताम्राभस्य शैलस्य पतङ्गस्य चान्तरे शतयोजनविस्तीर्णं द्विगुणायतं बालार्कसदृशराजीवपुण्डरीकैः समन्ततः सहस्रपत्रैरविरलैरलङ्कृतं महत्सरः । अनेकसिद्धगन्धर्वाध्युषितम् ॥ ८०.३ ॥
Там текут многие реки с прозрачной, сладкой водой, изобилующие потоками. Там находится ашрам почтенного Праджапати Кардамы, наполненный множеством мудрецов; и есть также круглый лес, простирающийся на сто йоджан. Также между горами Тамрабха и Патанга лежит великое озеро: сто йоджан в ширину и вдвое длиннее, украшенное со всех сторон густыми тысячелепестковыми лотосами и белыми лотосами, подобными восходящему солнцу, и населённое многими сиддхами и гандхарвами.
Verse 4
तस्य च मध्ये महाशिखरः शतयोजनायामस्त्रिंशद्योजनविस्तीर्णोऽनेकधातुरत्नभूषितः तस्य चोपरि महती रथ्या रत्नप्राकारतोरणा । तस्यां महद् विद्याधरपुरम् । तत्र पुलोमानामा विद्याधरराजः शतसहस्रपरिवारः । तथा च विखाखाचलेन्द्रस्य श्वेतस्य चान्तरे सरः । तस्य च पूर्वतीरे महदाम्रवनं कनकसंकाशैः फलैरतिसुगन्धिभिर्महाकुम्भमात्रैः सर्वतश्चितम् । देवगन्धर्वादयश्च तत्र निवसन्ति ॥४॥
В середине этого возвышается великий пик, сто йоджан в длину и тридцать йоджан в ширину, украшенный множеством руд и драгоценных камней. На нём проложена широкая царская дорога, с драгоценными стенами и воротами. Там находится великий город Видьядхар. Там живёт царь-видьядхара по имени Пулома, окружённый свитой в сто тысяч. А между владыками гор Вихакха и Швета есть озеро. На его восточном берегу — обширная манговая роща, со всех сторон наполненная чрезвычайно благоуханными плодами, золотистыми на вид и величиной с большие кувшины. Там обитают дэвы, гандхарвы и другие.
Verse 5
सुमूलस्याचलेन्द्रस्य वसुधारस्य चान्तरे । त्रिंशद्योजनविस्तीर्णे पञ्चाशद्योजनायते ॥५॥
Между горным владыкой с крепкими корнями и Васудхарой, несущей землю, это простирается на тридцать йоджан в ширину и на пятьдесят йоджан в длину.
Verse 6
बिल्वस्थली नाम । तत्र फलानि विद्रुमसंकाशानि तैश्च पतद्भिः स्थलमृत्तिका क्लिन्ना । तां च स्थलीं सुगुह्यकादयः सेवन्ते बिल्वफलाशिनः । तथा च वसुधारारत्नधारयोरन्तरे त्रिंशद्योजनविस्तीर्णं शतयोजनमायतं सुगन्धिकिंशुकवनं सदाकुसुमं यस्य गन्धेन वास्यते योजनशतम् । तत्र सिद्धाध्युषितं जलोपेतं च ॥६॥
Есть место, именуемое Билвастхали (Bilvasthalī). Там плоды по виду подобны кораллу; и, падая, они увлажняют почву. Эту местность посещают существа, такие как Сугухьяки (Suguhyaka), питающиеся плодами билвы. А между областями Васудхара (Vasudhārā) и Ратнадхара (Ratnadhārā) простирается лес благоухающих кимшука (kiṃśuka), всегда цветущий, шириной в тридцать йоджан и длиной в сто; его аромат наполняет благоуханием пространство в сто йоджан. Там обитают сиддхи (Siddhas), и место также богато водами.
Verse 7
तत्र चादित्यस्य देवस्य महदायतनम् । समासे मासे च भगवानवतारति सूर्यः प्रजापतिः । कालजनकं देवाऽऽदयो नमस्यन्ति । तथा च पञ्चकूटस्य कैलासस्य चान्तरे सहस्रयोजनायामं विस्तीर्णं शतयोजनं हंसपाण्डुरं क्षुद्रसत्त्वैरनाधृष्यं स्वर्गसोपानमिव भूमण्डलम् ॥७॥
Там находится великое святилище божества Адитьи (Āditya). На стыке времен года и в каждом месяце, как говорится, является Благословенный — Сурья (Sūrya), Праджапати (Prajāpati), Владыка существ. Боги и иные существа поклоняются ему как породителю времени. И далее, между Панчакутой (Pañcakūṭa) и Кайласой (Kailāsa) лежит область земли: тысяча йоджан в длину и сто в ширину, белая, как лебедь, недоступная мелким тварям, словно лестница на небо на лике земного круга.
Verse 8
अथ पश्चिमदिग्भागे व्यवस्थिताः गिरिद्रोण्यः कीर्त्यन्ते । सुपार्श्वशिखिशैलयोर्मध्ये समन्ताद् योजनशतमेकेन भौमशिलातलं नित्यतप्तं दुःस्पर्शम् । तस्य मध्ये त्रिंशद् योजनविस्तीर्णं मण्डलं वह्निस्थानम् । स च सर्वकालमनिन्धनो भगवान् लोकक्षयकारी संवर्तको ज्वलते । अन्तरे च शैलवरयोः कुमुदाञ्जनयोः शतयोजनविस्तीर्णामातुलुङ्गस्थली सर्वसत्त्वानामगम्या । पीतवर्णैः फलैरावृताऽसती सा स्थली शोभते । तत्र च पुण्यो ह्रदः सिद्धैरुपेतः । बृहस्पतेस्तद्वनम् । तथा च शैलयोः पिञ्जरगौरयोरन्तरेण सरोद्रोणी ह्यनेकशतयोजनायता महद्भिश्च षट्पदोद्घुष्टैः कुमुदैरुपशोभिता ॥८॥
Теперь описываются горные долины, расположенные на западной стороне. Между горами Супаршва (Supārśva) и Шикхи (Śikhi) простирается со всех сторон на сто йоджан каменистая поверхность, вечно раскаленная и трудная для прикосновения. В ее середине — круглая область в тридцать йоджан, место огня. Там Господь — Самвартакa (Saṁvartaka), совершающий гибель миров, пылающий без топлива, — горит во все времена. А между превосходными горами Кумуда (Kumuda) и Анджана (Añjana) лежит равнина Атулунга (Ātuluṅga) шириной в сто йоджан, недоступная всем существам; покрытая желтыми плодами, она сияет красотой. Там же есть благочестивая заводь-озеро, окруженная сиддхами: это роща Брихаспати (Bṛhaspati). Также между горами Пинджара (Piñjara) и Гаура (Gaura) находится озерная долина, тянущаяся на многие сотни йоджан, украшенная лотосами кумуда и гулко звучащая от жужжания больших роев пчел.
Verse 9
तत्र च भगवतो विष्णोः परमेश्वरस्यायतनम् । तथा च शुक्लपाण्डुरयोऽपि महागिर्योरन्तरे त्रिंशद्योजनविस्तीर्णो नवत्यायत एकः शिलोद्देशो वृक्षविवर्जितः । तत्र निष्पङ्का दीर्घिका सवृक्षा च स्थलपद्मिनी अनेकजातीयैश्च पद्मैः शोभिता । तस्याश्च मध्ये पञ्चयोजनप्रमाणो महान्यग्रोधवृक्षः । तस्मिंश्चन्द्रशेखरोमापतिर्नीलवासाश्च देवो निवसति यक्षादिभिरीड्यमानः । सहस्रशिखरस्य गिरेः कुमुदस्य चान्तरे पञ्चाशद्योजनायामं विंशद्योजनविस्तृतमिक्षुक्षेपोच्चशिखरमनेकपक्षिसेवितम् । अनेकवृक्षफलैर्मधुरस्त्रवैरुपशोभितम् । तत्र चेन्द्रस्य महानाश्रमो दिव्याभिप्रायनिर्मितः । तथा च शङ्खकूटऋषभयोर्मध्ये पुरुषस्थलीरम्या । अनेकगुणानेकयोजनायता बिल्वप्रमाणैः कङ्कोलकैः सुगन्धिभिरुपेता । तत्र पुरुषकरसोन्मत्ता नागाद्याः प्रतिवसन्ति ॥९॥
Там же находится святилище Бхагавана Вишну (Bhagavān Viṣṇu), Верховного Господа. А между великими горами Шукла (Śukla) и Пандура (Pāṇḍura) лежит каменистый участок, тридцать йоджан в ширину и девяносто в длину, лишенный деревьев. В том месте есть длинный водоем, чистый и без ила; есть также лотосовый пруд на твердой земле, украшенный лотосами многих видов. В его середине стоит великий ньягродха (nyagrodha, баньян) величиной в пять йоджан. Там пребывает божество — Чандрашекхара (Candraśekhara), владыка Умы (Umā), в синем одеянии, восхваляемый якшами (Yakṣa) и другими. Между горой Сахасрашикхара (Sahasraśikhara) и Кумудой (Kumuda) находится высокий, остроконечный край, пятьдесят йоджан в длину и двадцать в ширину, посещаемый множеством птиц и украшенный многими деревьями, плодами и сладко текущими соками. Там же есть великий ашрам Индры (Indra), созданный божественным замыслом. А между Шанкхакутой (Śaṅkhakūṭa) и Ришабхой (Ṛṣabha) лежит прекрасное место Пурушастхали (Puruṣasthalī), простирающееся на многие йоджаны и наделенное множеством достоинств, с благоухающими деревьями канкола (kaṅkola) величиной с плод билвы. Там живут наги (Nāga) и другие, словно опьяненные прикосновением Пуруши (Puruṣa), божественного присутствия.
Verse 10
तथा कपिञ्जलनागशैलयोरन्तरे द्विशतयोजनमायामविस्तीर्णा शतयोजनस्थली नानावनविभूषिता द्राक्षाखर्जूरखण्डैरुपेता अनेकवृक्षवल्लीभिरनेकैश्च सरोभिरुपेता सा स्थली । तथा च पुष्करमहामेघयोरन्तरे षष्टियोजनविस्तीर्णा शतायामा पाणितलप्रख्या महती स्थली वृक्षवीरुधविवर्जिता । तस्याश्च पार्श्वे चत्वारि महावनानि सरांसि चानेकयोजनानाम् । दश पञ्च सप्त तथाष्टौ त्रिंशद्विंशति योजनानां स्थल्यो द्रोण्यश्च । तत्र काश्चिन्महाघोराः पर्वतक्षयाः ॥१०॥
Между горами Капинджала (Kapiñjala) и Нага (Nāga) лежит область земли длиной в двести йоджан и шириной в сто, украшенная разнообразными лесами, с рощами винограда и финиковых пальм, изобилующая деревьями, лианами и многими озерами. Также между Пушкарой (Puṣkara) и Махамегхой (Mahāmegha) находится великая равнина шириной в шестьдесят йоджан и длиной в сто, уподобляемая ладони, лишенная деревьев и растительности. Рядом с ней — четыре великих леса и озера, простирающиеся на многие йоджаны. Есть также равнины и долины мерой в десять, пять, семь и восемь йоджан, а также в тридцать и двадцать. В той местности имеются некоторые чрезвычайно грозные горные ущелья и обрывы.
Verse 11
В середине того места возвышалась великая вершина: длиной в сто йоджан и шириной в тридцать йоджан, украшенная множеством руд и драгоценностей. На её вершине пролегала широкая дорога, с драгоценными стенами и воротными арками. Там находился великий город Видьядхар. В нём пребывал царь Видьядхар по имени Пулома, окружённый свитой в сто тысяч. Также между владыкой гор Вихакхой и горой Швета было озеро. На восточном берегу того озера раскинулся большой манговый лес, повсюду усыпанный плодами, сияющими как золото, необычайно благоухающими и величиной с большие кувшины. Там обитали также дэвы, гандхарвы и иные существа.
Verse 12
Между горным владыкой Сумулой и горой Васудхарой простиралась область шириной в тридцать йоджан и длиной в пятьдесят йоджан.
Verse 13
Это место называлось Бильвастхали. Там плоды были подобны красному кораллу, и от падающих плодов земля становилась влажной и размокшей. Эту Бильвастхали посещали сугухьяки и другие, питающиеся плодами бильвы. Также между горами Васудхарой и Ратнадхарой простирался благоуханный лес кимшука, шириной в тридцать йоджан и длиной в сто йоджан, всегда цветущий; его аромат разносился на сто йоджан. Там обитали сиддхи, и была вода.
Verse 14
Там находится великое святилище божества Адитьи. По мере смены времен и месяцев Бхагаван — Сурья, Праджапати — нисходит и являет себя. Боги и прочие поклоняются ему как породителю времени. А между Панчакутой и Кайласой простирается область длиной в тысячу йоджан и шириной в сто, белая, как лебедь‑хамса, недосягаемая для низших существ, словно лестница в небеса на лике земли.
Verse 15
Затем, в западной стороне, описываются горные долины. Между горами Супаршва и Шикхи лежит каменное плато, окружностью в сто йоджан, вечно раскалённое и нестерпимое на ощупь. В его середине — круг шириной в тридцать йоджан, место огня. Там во все времена пылает без топлива Бхагаван Самвартка, совершающий гибель миров при разрушении. А между двумя горами Кумуда и Анджана находится долина Атулунга шириной в сто йоджан, недоступная для всех существ; покрытая жёлтыми плодами, она сияет красотой. Там же есть священный пруд, посещаемый сиддхами; это лес Брихаспати. Также между горами Пинджара и Гаура простирается великая озёрная долина на многие сотни йоджан, украшенная кумудами и оглашаемая гулом больших пчёл.
Verse 16
Там же находится обитель Бхагавана Вишну, Всевышнего Владыки. А между двумя великими горами Шукла и Пандура есть каменистый участок шириной в тридцать йоджан и длиной в девяносто, лишённый деревьев. Там — чистый пруд без ила и рядом наземный лотосовый водоём с деревьями, украшенный лотосами многих видов. В его середине стоит великий ньягродха высотою в пять йоджан. Там пребывает бог Чандрашекхара, Владыка с Умой, в синем одеянии, прославляемый якшами и прочими. Между горой Сахасрашикхара и Кумудой возвышается пик, высокий, как сахарный тростник, длиной в пятьдесят йоджан и шириной в двадцать, посещаемый множеством птиц и украшенный деревьями и сладкими соками плодов. Там находится великий ашрам Индры, созданный по божественному замыслу. А между Шанкхакутой и Ришабхой лежит прекрасная Пурушастхали, простирающаяся на многие йоджаны и исполненная достоинств, с благоухающими билвами и канколаками; там обитают наги и другие, словно опьянённые прикосновением руки Пуруши.
Verse 17
Также между горами Капинджала и Нага простирается область в двести йоджан длиной и шириной, и в ней — равнина в сто йоджан, украшенная различными лесами; богатая виноградом и финиками, с множеством деревьев и лиан и со многими озёрами — такова эта равнина. А между Пушкарой и Махамегхой находится большая равнина шириной в шестьдесят йоджан и длиной в сто, подобная ладони, без деревьев и вьющихся растений. По её краю — четыре великих леса и озёра, простирающиеся на многие йоджаны. Есть равнины и долины мерою в десять, пятнадцать, семь, восемь, тридцать и двадцать йоджан. Там случаются некоторые крайне ужасные разрушения гор.
Within the Varāha–Pṛthivī instructional frame (with this manuscript segment attributing the descriptive voice to Rudra), the chapter opens as a digvyavasthā-style ordering of terrestrial space, beginning with the southern quarter and treating geography as a sacralized, regulated ecology.
A didactic catalogue of the southern and then western quarters: mountain-valleys (giridroṇī) and sthalīs are enumerated with their rivers, lotus-lakes, fruit-forests, bird-filled groves, and resident āśramas/āyatanas (Kardama Prajāpati’s āśrama; Āditya shrine; divine residences of Viṣṇu, Śiva/Umāpati, Indra). The narrative highlights a jeweled roadway on a central peak leading to a Vidyādhara city ruled by Puloman, and contrasts accessible abundance with restricted or hazardous zones (fuel-less cosmic fire region; treeless heated stone plateaus; inaccessible fruit-lands).
The climax is the western-quarter boundary imagery: the anindhana saṃvartaka-like fire region and other agamyā/hazard landscapes that function as cosmographic ‘limits,’ resolving the catalogue by showing Earth’s order as a balance of fertility, sanctity, and prohibition—spaces protected by divinity, siddhas, or intrinsic danger.
Southern and western directional regions (dakṣiṇa-dik, paścima-dik); named mountains and inter-mountain corridors: Tāmra, Pataṅga, Vikhyākha, Śveta, Sumula, Vasudhārā, Ratnadhārā, Pañcakūṭa, Kailāsa, Supārśva, Śikhi, Kumuda, Añjana, Piñjara, Gaura, Sahasraśikhara, Śaṅkhakūṭa, Ṛṣabha, Kapiñjala, Nāga, Puṣkara, Mahāmegha; forests/lands and waters: Udumbaravana, Āmravana, Bilvasthalī, Sugandhikiṃśukavana, Atuluṅgasthalī, multiple saraḥ/hrada/dīrghikā; settlements and sacred residences: Kardama Prajāpati’s āśrama, Vidyādharapura (ruled by Puloman), Āditya āyatana, Viṣṇu āyatana, Indra āśrama; notable landscape features: lotus-lake with sahasrapatra padmas, svarga-sopāna-like expanse, anindhana saṃvartaka fire zone, vṛkṣa-vivarjita stone plateaus.
The text’s instruction is conveyed through cosmographic description: Earth (Pṛthivī) is presented as an ordered system of protected landscapes—forests, waters, and mountain-valleys—whose sacralization (āyatanas, āśramas, divine/ṛṣi habitation) implicitly regulates human approach, access, and restraint. The chapter frames environmental abundance and danger-zones alike as parts of a balanced terrestrial design.
A calendrical marker appears in connection with the Āditya shrine: the Sun (Sūrya/Āditya Prajāpati) is said to ‘descend’ in specific months—samāsa and māsa—indicating ritual or observance timing tied to monthly cycles rather than explicit tithi lists in this excerpt.
Balance is articulated through spatial partitioning (digvyavasthā) and ecological diversification: sweet-water rivers, fertile fruit forests, fragrant groves, lotus lakes, and restricted/inaccessible zones (agamyā sthalīs; vṛkṣa-vivarjita heated stone; perpetual fire region) together form a managed Earthscape. The narrative implies stewardship by marking certain regions as sanctified, inhabited by siddhas/devas, or hazardous—thereby limiting exploitation.
The excerpt references Kardama Prajāpati (as an āśrama-holder), Puloman (as Vidyādhara-rāja with a large retinue), and divine figures whose residences structure the landscape—Viṣṇu (parama-īśvara), Śiva as Umāpati/Candraśekhara, Bṛhaspati (associated with a forest), Indra (with an āśrama), and Āditya/Sūrya (with an āyatana).
Answers come straight from the texts, with the shlokas they draw on. Ask in your own words.
A free sign-in with Google or Apple keeps your chat saved across web and the app.