Sukta 17

Mantra 1

ब्रह्मजाया। तेऽवदन् प्रथ॒मा ब्र॑ह्मकिल्बि॒षेऽकू॑पारः सलि॒लो मा॑त॒रिश्वा॑ । वी॒डुह॑रा॒स्तप॑ उ॒ग्रं म॑यो॒भूरापो॑ दे॒वीः प्र॑थम॒जा ऋ॒तस्य॑

«Жена Брахмана» — так они изрекли. Прежде всего, в проступке против брахмана (brahma-kilbiṣa) — безбрежный потоп, Матари́шван. Снимающие стыд, грозен жар подвига (tapas), несущие благо: Воды, богини, перворождённые Риты (ṛta), Порядка.

Mantra 2

सोमो॒ राजा॑ प्रथ॒मो ब्र॑ह्मजा॒यां पुनः॒ प्राय॑च्छ॒दहृ॑णीयमानः । अ॒न्व॒र्ति॒ता वरु॑णो मि॒त्र आ॑सीद॒ग्निर्होता॑ हस्त॒गृह्या नि॑नाय

Сома-Царь первым вновь возвратил Жену Брахмана, сам не разгневавшись. В должном сопровождении были Варуна и Митра; Агни, хотар, взяв её за руку, повёл.

Mantra 3

हस्ते॑नै॒व ग्रा॒ह्यऽआ॒धिर॑स्या ब्रह्मजा॒येति॒ चेदवो॑चत्। न दू॒ताय॑ प्र॒हेया॑ तस्थ ए॒षा तथा॑ रा॒ष्ट्रं गु॑पि॒तं क्ष॒त्रिय॑स्य

Лишь рукой следует принимать её залог, если произнесут: «Она — Жена Брахмана». Её не должно отсылать к посланцу: так она стояла; так охраняется царство кшатрия.

Mantra 4

यामा॒हुस्तार॑कै॒षा वि॑के॒शीति॑ दु॒च्छुनां॒ ग्राम॑मव॒पद्य॑मानाम्। सा ब्र॑ह्मजा॒या वि दु॑नोति रा॒ष्ट्रं यत्र॒ प्रापा॑दि श॒श उ॑ल्कु॒षीमा॑न्

Ту, кого зовут Таракой — «Растрёпанноволосой», — когда она, с дурным недугом, нисходит на селение; она, Жена Брахмана, разрывает царство, там, куда вступил заяц, отмеченный ulkuṣa.

Mantra 5

ब्र॒ह्म॒चा॒री च॑रति॒ वेवि॑ष॒द् विषः॒ स दे॒वानां॑ भव॒त्येक॒मङ्ग॑म्। तेन॑ जा॒या मन्व॑विन्द॒द् बृह॒स्पतिः॒ सोमे॑न नी॒तां जु॒ह्वं१ न दे॑वाः

Брахмачарин ходит, дрожа, неся яд; он становится единым членом Богов. Этим Ману обрёл жену; Брихаспати — Сомой — повёл её, как Боги (ведут) жертвенную ложку.

Mantra 6

दे॒वा वा ए॒तस्या॑मवदन्त॒ पूर्वे॑ सप्तऋ॒षय॒स्तप॑सा॒ ये नि॑षे॒दुः । भी॒मा जा॒या ब्रा॑ह्म॒णस्याप॑नीता दु॒र्धां द॑धाति पर॒मेव्योऽमन्

Боги об этом изрекли; древние Семь Риши, что аскезой восседали в торжественном собрании. Грозна жена брахмана, когда её уносят: она накладывает злую долю даже на высочайшего — так они постановили.

Mantra 7

ये गर्भा॑ अव॒पद्य॑न्ते॒ जग॒द् यच्चा॑पलु॒प्यते॑ । वी॒रा ये तृ॒ह्यन्ते॑ मि॒थो ब्र॑ह्मजा॒या हि॑नस्ति॒ तान्

Какие зародыши отпадают, какой установленный порядок мира повреждается и что утрачивается, уносимое к погибели; какие сыновья сокрушаются во взаимной распре — тех поражает жена брахмана.

Mantra 8

उत यत् पत॑यो॒ दश॑ स्त्रि॒याः पूर्वे॒ अब्रा॑ह्मणाः । ब्र॒ह्माचेद्धस्त॒मग्र॑ही॒त् स ए॒व पति॑रेक॒धा

И ещё: хотя в древности у женщины было десять мужей — мужей не-брахманов; если же брахман брал её за руку, то он — он один — был мужем, единым, без разделения.

Mantra 9

ब्रा॒ह्म॒ण ए॒व पति॒र्न रा॑ज॒न्यो॒३ न वैश्यः॑ । तत् सूर्यः॑ प्रब्रु॒वन्ने॑ति प॒ञ्चभ्यो॑ मान॒वेभ्यः॑

Только брахман — муж, не раджанья и не вайшья. Это, возвещая, Солнце разносит среди пяти родов сыновей Ману.

Mantra 10

पुन॒र्वै दे॒वा अ॑ददुः॒ पुन॑र्मनु॒ष्या अददुः । राजा॑नः स॒त्यं गृ॑ह्णा॒ना ब्र॑ह्मजा॒यां पुन॑र्ददुः

Воистину, вновь боги отдали её; вновь люди отдали её. Цари, держась за истину, снова возвратили жену брахмана.

Mantra 11

पु॒न॒र्दाय॑ ब्रह्मजा॒यां कृ॒त्वा दे॒वैर्नि॑किल्बि॒षम्। ऊर्जं॑ पृथि॒व्या भ॒क्त्वोरु॑गा॒यमुपा॑सते

Снова возвратив жену брахмана и вместе с богами заставив грех уйти в небытие, они, разделив питающую силу Земли, садятся рядом и почитают Уругāю — Широковоспетого.

Mantra 12

नास्य॑ जा॒या श॑तवा॒ही क॑ल्या॒णी तल्प॒मा श॑ये । यस्मि॑न् रा॒ष्ट्रे नि॑रु॒ध्यते॑ ब्रह्मजा॒याचि॑त्त्या

Ни одна его жена — благодатная, дарующая сотню даров — не ложится на брачное ложе в том царстве, где удерживают (в узде) за намерение, обращённое к жене брахмана.

Mantra 13

न वि॑क॒र्णः पृ॒थुशि॑रा॒स्तस्मि॒न् वेश्म॑नि जायते । यस्मि॑न् रा॒ष्ट्रे नि॑रु॒ध्यते॑ ब्रह्मजा॒याचि॑त्त्या

В том доме не рождается ни с рассечёнными ушами, ни с широкою головою; в том царстве, где удерживают (в узде) того, кто замышляет о жене брахмана.

Mantra 14

नास्य॑ क्ष॒त्ता नि॒ष्कग्री॑वः सू॒नाना॑मेत्यग्र॒तः । यस्मि॑न् रा॒ष्ट्रे नि॑रु॒ध्यते॑ ब्रह्मजा॒याचि॑त्त्या

У него не выступает впереди его сыновей слуга-страж с украшенной шеей; в том царстве, где удерживают (в узде) того, кто замышляет о жене брахмана.

Mantra 15

नास्य॑ श्वे॒तः कृ॑ष्ण॒कर्णो॑ धु॒रि यु॒क्तो म॑हीयते । यस्मि॑न् रा॒ष्ट्रे नि॑रु॒ध्यते॑ ब्रह्मजा॒याचि॑त्त्या

У него не возвышается и не процветает белое, с чёрными ушами животное, впряжённое в ярмо; в том царстве, где удерживают (в узде) того, кто замышляет о жене брахмана.

Mantra 16

नास्य॒ क्षेत्रे॑ पुष्क॒रिणी॒ नाण्डीकं॑ जायते॒ बिस॑म्। यस्मि॑न् रा॒ष्ट्रे नि॑रु॒ध्यते॑ ब्रह्मजा॒याचि॑त्त्या

В его владении не найдёшь лотосного пруда; не рождается там и лотосное волокно — в том царстве, что заперто и удерживается в заточении умыслом, посягающим на жену Брахмана.

Mantra 17

नास्मै॒ पृश्निं॒ वि दु॑हन्ति॒ येऽस्या॒ दोह॑मु॒पास॑ते । यस्मि॑न् रा॒ष्ट्रे नि॑रु॒ध्यते॑ ब्रह्मजा॒याचि॑त्त्या

Для него пёстрая корова не даёт молока тем, кто ждёт её доения, — в том царстве, что заперто и удерживается в заточении намерением, посягающим на жену брахмана.

Mantra 18

नास्य॑ धे॒नुः क॑ल्या॒णी नान॒ड्वान्त्स॑हते॒ धुर॑म्। विजा॑नि॒र्यत्र॑ ब्रह्म॒णो रात्रिं॒ वस॑ति पा॒पया॑

Нет у него благой дойной коровы; ни один бык-упряжник не вынесет ярма — там, где раздор, и где брахман проводит ночь во злом обычае.