Sukta 92

Mantra 1

यज्ञस्य वो रथ्यं विश्पतिं विशां होतारमक्तोरतिथिं विभावसुम् । शोचञ्छुष्कासु हरिणीषु जर्भुरद्वृषा केतुर्यजतो द्यामशायत ॥

Возничего вашего жертвоприношения, владыку народов, хотара племён, гостя ночей, всесияющего — его (воспеваем). Пылая, он трудится среди сухих растопок; могучий лучезарный знак, достойный поклонения, простёрся до неба.

Mantra 2

इममञ्जस्पामुभये अकृण्वत धर्माणमग्निं विदथस्य साधनम् । अक्तुं न यह्वमुषसः पुरोहितं तनूनपातमरुषस्य निंसते ॥

Этого Агни, быстрого в помазании сиянием, обе стороны (небо и земля) сделали опорой дхармы, совершителем ведатхи (собрания). Как ночной огонь, стремительный, он поставлен впереди Ушасами (Зарями); Танӯнапāt, Рудого, утверждается.

Mantra 3

बळस्य नीथा वि पणेश्च मन्महे वया अस्य प्रहुता आसुरत्तवे । यदा घोरासो अमृतत्वमाशतादिज्जनस्य दैव्यस्य चर्किरन् ॥

Мы размышляем о вождениях его силы и о вскрытии (ломке) Пани; его птицы — стремительные силы — были посланы, чтобы пожирать. Когда грозные достигли бессмертия, тогда они и впрямь заставили божественный род звучать победным кличем.

Mantra 4

ऋतस्य हि प्रसितिर्द्यौरुरु व्यचो नमो मह्यरमतिः पनीयसी । इन्द्रो मित्रो वरुणः सं चिकित्रिरेऽथो भगः सविता पूतदक्षसः ॥

Ибо широкое небо, далеко простирающееся, — это устремление вперёд Ṛta. Поклон великой Арамати, наипрекраснейшей. Индра, Митра, Варуна вместе это распознали; также Бхага и Савитар — с очищенным разумением.

Mantra 5

प्र रुद्रेण ययिना यन्ति सिन्धवस्तिरो महीमरमतिं दधन्विरे । येभिः परिज्मा परियन्नुरु ज्रयो वि रोरुवज्जठरे विश्वमुक्षते ॥

Вперёд, с Рудрой — побудителем — движутся реки; они простирают великую Арамати по всей земле. С теми, с кем странствующий обходит широкие склоны, громко рыча, — он орошает всё, что заключено в чреве (в удерживающей глубине).

Mantra 6

क्राणा रुद्रा मरुतो विश्वकृष्टयो दिवः श्येनासो असुरस्य नीळयः । तेभिश्चष्टे वरुणो मित्रो अर्यमेन्द्रो देवेभिरर्वशेभिरर्वशः ॥

Могучие Рудры, Маруты всех племён, небесные ястребы, обители Асуры, — ими взирают Варуна, Митра, Арьяман, Индра; богами, стремительными, вечно стремительными.

Mantra 7

इन्द्रे भुजं शशमानास आशत सूरो दृशीके वृषणश्च पौंस्ये । प्र ये न्वस्यार्हणा ततक्षिरे युजं वज्रं नृषदनेषु कारवः ॥

В Индре они обрели мощь, возрастая в владычестве; Солнце — в видении, и Бык — в мужской силе. Те мастера, достойные его, выковали для него сопряжённую молнию-ваджру в обителях человеческой души.

Mantra 8

सूरश्चिदा हरितो अस्य रीरमदिन्द्रादा कश्चिद्भयते तवीयसः । भीमस्य वृष्णो जठरादभिश्वसो दिवेदिवे सहुरिः स्तन्नबाधितः ॥

Даже сияющее Солнце и его быстрые кони приводимы им в движение; перед превосходящей мощью Индры — кто же устоит без страха? Из чрева грозного Быка восходит могучее дыхание силы; день за днём неодолимая стойкость напирает вперёд, непобеждённая.

Mantra 9

स्तोमं वो अद्य रुद्राय शिक्वसे क्षयद्वीराय नमसा दिदिष्टन । येभिः शिवः स्ववाँ एवयावभिर्दिवः सिषक्ति स्वयशा निकामभिः ॥

Ныне сложите для Рудры, мудрого, гимн-стому — для Владыки, утверждающего героическую силу; принесите его с поклоном. Теми силами, которыми он благ и самовластен, он простирает с неба свои самосияющие мощи — по истинной воле сердца.

Mantra 10

ते हि प्रजाया अभरन्त वि श्रवो बृहस्पतिर्वृषभः सोमजामयः । यज्ञैरथर्वा प्रथमो वि धारयद्देवा दक्षैर्भृगवः सं चिकित्रिरे ॥

Ибо они принесли для человеческого становления широкую славу Слова: Брихаспати, Бык, сродник Сомы. Жертвами Атхарван первым утвердил установления; боги, искусные, Бхригу, пришли к цельному распознаванию.

Mantra 11

ते हि द्यावापृथिवी भूरिरेतसा नराशंसश्चतुरङ्गो यमोऽदितिः । देवस्त्वष्टा द्रविणोदा ऋभुक्षणः प्र रोदसी मरुतो विष्णुरर्हिरे ॥

Ибо они — Небо и Земля, богатые творящим семенем; Нарашанса, четырёхчленная сила; Яма и Адити; божественный Тваштар, дарователь богатства, Рбхукшан; и Маруты, и Вишну — все они заслужили и утвердили широкие миры для идущей вперёд души.

Mantra 12

उत स्य न उशिजामुर्विया कविरहिः शृणोतु बुध्न्यो हवीमनि । सूर्यामासा विचरन्ता दिविक्षिता धिया शमीनहुषी अस्य बोधतम् ॥

И пусть нас услышит далеко странствующий провидец — Змей, Будхнья — в час возлияния. Пусть Солнце и Луна, движущиеся в небесной обители, силой озарённой мысли Шами и Нахуши пробудятся к этому (нашему зову) и сделают его сознаваемым в нас.

Mantra 13

प्र नः पूषा चरथं विश्वदेव्योऽपां नपादवतु वायुरिष्टये । आत्मानं वस्यो अभि वातमर्चत तदश्विना सुहवा यामनि श्रुतम् ॥

Да поведёт вперёд наш путь Пушан; да хранит Всебожество; да оберегает Апам Напат; да поможет Ваю в избранном стремлении. Воспой Дыхание, обращающееся к более светлому благу; и да услышат это Ашвины, легко призываемые, в своём шествии.

Mantra 14

विशामासामभयानामधिक्षितं गीर्भिरु स्वयशसं गृणीमसि । ग्नाभिर्विश्वाभिरदितिमनर्वणमक्तोर्युवानं नृमणा अधा पतिम् ॥

Мы вдохновенными гимнами воспеваем Самосияющего, воцарённого над всеми этими бесстрашными племенами. Со всеми гна́бхи — божественными силами — утверждаем Адити, невредимую, непадшую, юную в рассвете, радующуюся мужам, истинного Владыку.

Mantra 15

रेभदत्र जनुषा पूर्वो अङ्गिरा ग्रावाण ऊर्ध्वा अभि चक्षुरध्वरम् । येभिर्विहाया अभवद्विचक्षणः पाथः सुमेकं स्वधितिर्वनन्वति ॥

Здесь первородный по рождению Ангирас возгласил вдохновенный клич; камни для выжимания, поднятые вверх, взирали на жертвоприношение. Этими средствами Просторный стал прозорливым; путь утвердился — как топор внутреннего распознавания, прорубающий чащу.