
त्रयस्त्रिंशः सर्गः — Civic Lament and Rama’s Dutiful Approach to Daśaratha
अयोध्याकाण्ड
В этом сарге Рāма и Лакшмана, сопровождаемые Ситой, совершают щедрые подаяния брахманам и направляются к Дашаратхе, показывая изгнание как поступок, совершаемый в рамках ритуальной благопристойности и общественного долга. Сита украшает оружие братьев цветочными гирляндами — домашним и вместе с тем священным жестом, который переосмысляет оружие как орудие дхармы и обязанности, а не завоевания. Улицы переполнены и непроходимы, и горожане поднимаются на крыши, чтобы увидеть тревожное нарушение царского порядка: Рāма идет пешком, без царского зонта. Они высказывают горькие упреки: Дашаратха должен быть «одержим», раз говорит об изгнании; царю не подобает изгонять любимого сына, тем более того, чье поведение «покорило мир». Народ перечисляет шесть достоинств (ṣaḍguṇa) Рāмы — непричинение вреда, сострадание, ученость, благонравие, сдержанность и самообладание — и представляет его как самую сущность дхармы, «корень» человечества, от которого общество — ветви и плод. Их скорбь становится природной метафорой — как водные существа в засуху, как дерево, срубленное у корня; а верность доходит до готовности оставить дома и последовать за Рāмой в лес, словно меняя местами город и чащу как нравственные пространства. Рāма слышит эти голоса, но остается непоколебим; войдя во дворец, он видит удрученного Сумантру и велит ему объявить царю о своем прибытии, сохраняя спокойствие и решимость, продиктованную долгом.
Verse 1
दत्त्वा तु सह वैदेह्या ब्राह्मणेभ्यो धनं बहु।जग्मतुः पितरं द्रष्टुं सीतया सह राघवौ।।।।
Раздав вместе с Вайдэхи множество богатств в дар брахманам, два Рагхавы с Ситой отправились увидеть своего отца Дашаратху.
Verse 2
ततो गृहीते दुष्प्रेक्षे त्वशोभेतां तदायुधे।मालादामभिराबद्धे सीतया समलङ्कृते।।।।
Затем, когда были взяты в руки те два оружия, ослепительные для взора, они засияли ещё ярче, украшенные Ситой гирляндами и цветочными связками.
Verse 3
ततः प्रासादहर्म्याणि विमानशिखराणि च।अधिरुह्य जनश्श्रीमानुदासीनो व्यलोकयत्।।।।
Тогда состоятельные горожане поднялись на дворцы и палаты, на вершины и высокие террасы многоэтажных зданий и, с тяжёлым сердцем, в скорбной отрешённости, смотрели оттуда.
Verse 4
न हि रथ्याः स्म शक्यन्ते गन्तुं बहुजनाकुलाः।आरुह्य तस्मात्प्रासादान् दीनाः पश्यन्ति राघवम्।।।।
Ибо улицы, переполненные множеством людей, стали непроходимы; потому народ, униженный скорбью, поднялся на дома и смотрел на Рагхаву.
Verse 5
पदातिं वर्जितच्छत्रं रामं दृष्ट्वा जनास्तदा।ऊचुर्बहुविधा वाच श्शोकोपहतचेतसः।।।।
Увидев Раму идущим пешком, без царского зонта, люди, чьи сердца были поражены скорбью, заговорили многими разными словами.
Verse 6
यं यान्तमनुयाति स्म चतुरङ्गबलं महत्।तमेकं सीतया सार्धमनुयाति स्म लक्ष्मणः।।।।
Того, кого прежде при выступлении сопровождало великое четырёхчастное войско, ныне, когда он идёт один, сопровождает лишь Лакшмана вместе с Ситой.
Verse 7
ऐश्वर्यस्य रसज्ञः सन् कामिनां चैव कामदः।नेच्छत्येवानृतं कर्तुं पितरं धर्मगौरवात्।।।।
Хотя он знает вкус царского благополучия и исполняет желания просящих, Рама, из почтения к дхарме, не желает сделать отца неверным своему слову.
Verse 8
या न शक्या पुरा द्रष्टुं भूतैराकाशगैरपि।तामद्य सीतां पश्यन्ति राजमार्गगता जनाः।।।।
Ту, которую прежде едва могли узреть даже существа, странствующие по небу, ныне видят люди, идущие по царской дороге, — саму Ситу.
Verse 9
अङ्गरागोचितां सीतां रक्तचन्दनसेविनीम्।वर्षमुष्णं च शीतं च नेष्यन्त्याशु विवर्णताम्।।।।
Сита, привыкшая к благовонным умащениям и красному сандалу, теперь встретит дождь, зной и холод — и они скоро лишат её лица прежнего сияния.
Verse 10
अद्य नूनं दशरथस्सत्त्वमाविश्य भाषते।न हि राजा प्रियं पुत्रं विवासयितुमर्हति।।।।
Воистину, сегодня Дашаратха говорит так, словно им овладела тёмная сила; ведь царю не подобает изгонять собственного любимого сына.
Verse 11
निर्गुणस्यापि पुत्रस्य कथं स्याद्विप्रवासनम्।किं पुनर्यस्य लोकोऽयं जितो वृत्तेन केवलम्।।।।
Как можно было бы отправить в изгнание даже сына, лишённого добродетелей? Тем более — Раму, который одним лишь своим поведением покорил весь этот мир.
Verse 12
अनृशंस्यमनुक्रोशः श्रुतं शीलं दमश्शमः।राघवं शोभयन्त्येते षड्गुणाः पुरुषोत्तमम्।।।।
Ненасилие, сострадание, учёность, благонравие, обуздание чувств и внутренняя тишина — эти шесть добродетелей украшают Рагхаву, лучшего из людей.
Verse 13
तस्मात्तस्योपघातेन प्रजाः परमपीडिताः।औदकानीव सत्त्वानि ग्रीष्मे सलिलसङ्क्षयात्।।।।
Потому, когда ему причиняют вред, подданные мучаются невыносимо — как водные существа летом, когда иссякает вода.
Verse 14
पीडया पीडितं सर्वं जगदस्य जगत्पतेः।मूलस्येवोपघातेन वृक्षः पुष्पफलोपगः।।।।
Когда он — владыка мира — страдает, весь мир страдает вместе с ним; как дерево, полное цветов и плодов, гибнет, когда поражён его корень.
Verse 15
मूलं ह्येष मनुष्याणां धर्मसारो महाद्युतिः।पुष्पं फलं च पत्रं च शाखाश्चास्येतरे जनाः।।।।
Он, сияющий, сама сущность дхармы, поистине корень человечества; прочие люди — как его цветы, плоды, листья и ветви.
Verse 16
ते लक्ष्मण इव क्षिप्रं सपत्न्य स्सहबान्धवाः।गच्छन्तमनुगच्छामो येन गच्छति राघवः।।।।
Пойдём же, как Лакшмана, поспешно вслед за Рагхавой, вместе с нашими жёнами и родичами, по какому бы пути он ни направился.
Verse 17
उद्यानानि परित्यज्य क्षेत्राणि च गृहाणि च।एकदुःखसुखा राममनुगच्छाम धार्मिकम्।।।।
Оставив сады, поля и дома, разделяя одну скорбь и одну радость, пойдём вслед за Рамой праведным, стоящим в дхарме.
Verse 18
समुद्धृतनिधानानि परिध्वस्ताजिराणि च।उपात्त धनधान्यानि हृतसाराणि सर्वशः।।।।रजसाभ्यवकीर्णानि परित्यक्तानि दैवतैः।मूषकैःपरिधावद्भिरुद्बिलैरावृतानि च।।।।अपेतोदकधूमानि हीनसम्मार्जनानि च।प्रणष्टबलिकर्मेज्यामन्त्रहोमजपानि च।।।।दुष्कालेनेव भग्नानि भिन्नभाजनवन्ति च।अस्मात्त्यक्तानि वेश्मानि कैकेयी प्रतिपद्यताम्।।।।
Пусть Кайкейи вступит во владение домами, которые мы оставляем: домами с разорёнными дворами, с выкопанными тайными кладами, с унесённым богатством и зерном, повсюду оголёнными и опустошёнными. Пусть они стоят в пыли, покинутые богами, кишащие крысами и покрытые их норами; без воды и без кухонного дыма, не подметённые, где умолкли подношения, богослужение, мантры, огненные возлияния и чтения,—словно жилища, сломленные голодом, усыпанные разбитой утварью. Пусть такие дома достанутся ей.
Verse 19
समुद्धृतनिधानानि परिध्वस्ताजिराणि च।उपात्त धनधान्यानि हृतसाराणि सर्वशः।।2.33.18।।रजसाभ्यवकीर्णानि परित्यक्तानि दैवतैः।मूषकैःपरिधावद्भिरुद्बिलैरावृतानि च।।2.33.19।।अपेतोदकधूमानि हीनसम्मार्जनानि च।प्रणष्टबलिकर्मेज्यामन्त्रहोमजपानि च।।2.33.20।।दुष्कालेनेव भग्नानि भिन्नभाजनवन्ति च।अस्मात्त्यक्तानि वेश्मानि कैकेयी प्रतिपद्यताम्।।2.33.21।।
Пусть Кайкейи вступит во владение домами, которые мы оставляем: домами с разорёнными дворами, с выкопанными тайными кладами, с унесённым богатством и зерном, повсюду оголёнными и опустошёнными. Пусть они стоят в пыли, покинутые богами, кишащие крысами и покрытые их норами; без воды и без кухонного дыма, не подметённые, где умолкли подношения, богослужение, мантры, огненные возлияния и чтения,—словно жилища, сломленные голодом, усыпанные разбитой утварью. Пусть такие дома достанутся ей.
Verse 20
समुद्धृतनिधानानि परिध्वस्ताजिराणि च।उपात्त धनधान्यानि हृतसाराणि सर्वशः।।2.33.18।।रजसाभ्यवकीर्णानि परित्यक्तानि दैवतैः।मूषकैःपरिधावद्भिरुद्बिलैरावृतानि च।।2.33.19।।अपेतोदकधूमानि हीनसम्मार्जनानि च।प्रणष्टबलिकर्मेज्यामन्त्रहोमजपानि च।।2.33.20।।दुष्कालेनेव भग्नानि भिन्नभाजनवन्ति च।अस्मात्त्यक्तानि वेश्मानि कैकेयी प्रतिपद्यताम्।।2.33.21।।
Пусть все звери с клыками оставят свои норы, а птицы и звери — горные склоны; пусть слоны и львы, устрашённые страхом перед нашим присутствием, покинут свои леса. Тогда пусть они войдут в то, что мы оставили, и освободят места, которые ныне занимаем мы.
Verse 21
समुद्धृतनिधानानि परिध्वस्ताजिराणि च।उपात्त धनधान्यानि हृतसाराणि सर्वशः।।2.33.18।।रजसाभ्यवकीर्णानि परित्यक्तानि दैवतैः।मूषकैःपरिधावद्भिरुद्बिलैरावृतानि च।।2.33.19।।अपेतोदकधूमानि हीनसम्मार्जनानि च।प्रणष्टबलिकर्मेज्यामन्त्रहोमजपानि च।।2.33.20।।दुष्कालेनेव भग्नानि भिन्नभाजनवन्ति च।अस्मात्त्यक्तानि वेश्मानि कैकेयी प्रतिपद्यताम्।।2.33.21।।
Пусть Кайкейи вместе с сыном и роднёй возьмёт ту землю, полную змей, хищных зверей и птиц — существ, питающихся травой, мясом и плодами. А мы все будем жить в лесу с Рагхавой, в довольстве и покое.
Verse 22
वनं नगरमेवास्तु येन गच्छति राघवः।अस्माभिश्च परित्यक्तं पुरं सम्पद्यतां वनम्।।।।
Куда бы ни направился Рагхава, пусть тот самый лес станет нашим городом; а город, оставленный нами, пусть обратится в лес.
Verse 23
बिलानि दंष्ट्रिण स्सर्वे सानूनि मृगपक्षिणः।त्यजन्त्वस्मद्भयाद्भीता गजास्सिंहा वनानि च।।।।अस्मत्त्यक्तं प्रपद्यन्तां सेव्यमानं त्यजन्तु च।
Пусть все звери с клыками оставят свои норы, а птицы и звери — горные склоны; пусть слоны и львы, устрашённые страхом перед нашим присутствием, покинут свои леса. Тогда пусть они войдут в то, что мы оставили, и освободят места, которые ныне занимаем мы.
Verse 24
तृणमांस फलादानां देशं व्यालमृगद्विजम्।।।।प्रपद्यतां हि कैकेयी सपुत्रा सह बान्धवैः।राघवेण वने सर्वे वयं वत्स्याम निर्वृताः।।।।
Пусть Кайкейи вместе с сыном и роднёй возьмёт ту землю, полную змей, хищных зверей и птиц — существ, питающихся травой, мясом и плодами. А мы все будем жить в лесу с Рагхавой, в довольстве и покое.
Verse 25
तृणमांस फलादानां देशं व्यालमृगद्विजम्।।2.33.24।।प्रपद्यतां हि कैकेयी सपुत्रा सह बान्धवैः।राघवेण वने सर्वे वयं वत्स्याम निर्वृताः।।2.33.25।।
Пусть Кайкейи вместе с сыном и роднёй возьмёт ту землю, полную змей, хищных зверей и птиц — существ, питающихся травой, мясом и плодами. А мы все будем жить в лесу с Рагхавой, в довольстве и покое.
Verse 26
इत्येवं विविधा वाचो नानाजनसमीरिताः।शुश्राव रामः श्रुत्वा च न विचक्रेऽस्य मानसम्।।।।
Так Рама услышал многие речи, произнесённые разными людьми; но, выслушав их, он не поколебал в сердце своём принятого решения.
Verse 27
स तु वेश्म पितुर्दूरात्कैलासशिखरप्रभम्।अभिचक्राम धर्मात्मा मत्तमातङ्गविक्रमः।।।।
Но тот праведнодушный, могучий, как опьяневший слон, направился к дворцу отца, который издали сиял, словно вершина горы Кайласа.
Verse 28
विनीतवीरपुरुषं प्रविश्य तु नृपालयम्।ददर्शावस्थितं दीनं सुमन्त्रमविदूरतः।।।।
Войдя в царский дворец, где стояли и служили хорошо обученные воины, он увидел неподалёку Сумантру, стоящего в унынии.
Verse 29
प्रतीक्षमाणोऽपि जनं तदार्तमनार्तरूपः प्रहसन्निवाथ।जगाम रामः पितरं दिदृक्षुःपितुर्निदेशं विधिवच्चिकीर्षुः।।।।
Хотя он видел тогда народ в скорби, Рама не выказал собственной боли; словно с улыбкой, он пошёл увидеть отца, желая по всем правилам исполнить отцовское повеление.
Verse 30
तत्पूर्वमैक्ष्वाकसुतो महात्मारामो गमिष्यन्वनमार्तरूपम्।व्यतिष्ठत प्रेक्ष्य तदा सुमन्त्रंपितुर्महात्मा प्रतिहारणार्थम्।।।।
Впервые великий духом Рама, потомок Икшваку, собираясь уйти в лес с лицом, отмеченным скорбью, остановился, увидев Сумантру, чтобы тот возвестил отцу о его прибытии.
Verse 31
पितुर्निदेशेन तु धर्मवत्सलःवनप्रवेशे कृतबुद्धिनिश्चयः।स राघवः प्रेक्ष्य सुमन्त्रमब्रवीन्निवेदयस्वागमनं नृपाय मे।।।।
Но Рагхава, преданный дхарме и твёрдо решивший войти в лес по повелению отца, увидев Сумантру, сказал: «Возвести царю о моём прибытии».
The civic community confronts the legitimacy of exiling Rāma: they argue a king should not banish a beloved son and interpret the decree as moral disorder, while Rāma models obedience to paternal command without retaliatory speech or public agitation.
Dharma is portrayed as stabilizing social reality: Rāma’s inner restraint and steadfastness become the ‘root’ sustaining the world, and public speech functions as ethical testimony that virtue—especially self-control and compassion—grounds legitimate authority.
Ayodhyā’s royal road and palace spaces frame the public spectacle; the forest is reimagined as an alternative ‘city’ for the loyal populace; Mount Kailāsa is invoked as a simile for the palace’s splendor, and domestic ritual markers (cchatra, garlands, offerings) signal cultural order under strain.
Read Valmiki Ramayana in the Vedapath app
Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.