Varaha Purana - Adhyaya 149
Varaha PuranaAdhyaya 14998 Shlokas

Adhyaya 149: The Sacred Geography and Merit of Dvārakā

Dvārakā-māhātmya

Ancient-Geography (Tīrtha-Māhātmya) and Ritual-Manual

Глава начинается с того, что Пṛthivī (Dharaṇī), обретя глубокое умиротворение после прежнего восхваления Stutasvāmin, просит ещё более превосходного наставления. Varāha отвечает повествованием в рамке Dvāpara-yuga: возвышение рода Yādava, основание Dvārakā, описанной как божественно воздвигнутой, и грядущий кризис из‑за проклятия Durvāsas. Он раскрывает ближайшую причину проклятия — обман Sāmba с мнимой беременностью, что приводит к пророчеству о musala (палице) и к гибели групп Vṛṣṇi–Andhaka–Bhoja, тогда как Balarāma увлекает город к морю. Затем Varāha переходит к наставительному маршруту по святыням Dvārakā (tīrtha/kuṇḍa/деревья), предписывая омовения в установленные сроки, подношения piṇḍa и нравственные условия — чистоту вместо греха, — дарующие небеса или собственную loka Varāha, представляя земную святость как дисциплинированную, привязанную к месту экологию поведения.

Primary Speakers

VarāhaPṛthivī (Dharaṇī)

Key Concepts

Dvārakā-kṣetra as sacred geography (tīrtha network)Durvāsas-śāpa and lineage dissolution (Vṛṣṇi–Andhaka–Bhoja)Ritual bathing (snāna/abhiṣeka) with vrata-like time requirementsPiṇḍa-offering logic and moral visibility (puṇya vs. pāpa)Environmental sanctity: groves, trees, springs, sea-shores as ethical landscapesTithi-based observance (caturviṁśati-dvādaśī, ekādaśī) and calendrical discipline

Shlokas in Adhyaya 149

Verse 1

अथ द्वारकामाहात्म्यम्॥ सूत उवाच॥ श्रीस्तुतस्वामिमाहात्म्यं श्रुत्वा धर्मपरायणा॥ परितुष्टमना देवी वाक्यमेतदुवाच ह॥

Теперь — повествование о величии Двараки. Сута сказал: Услышав о величии Шри-Стутасвамина, богиня, преданная дхарме, с удовлетворённым сердцем произнесла такие слова.

Verse 2

धरण्युवाच॥ एतच्छ्रुत्वा तु माहात्म्यं देव देववर प्रभो॥ मम चित्तस्य परमा जाता शान्तिरनुत्तमा॥

Дхарани (Земля) сказала: «Услышав это повествование о величии, о Бог, лучший из богов, Владыка, в моём сердце возник высший, непревзойдённый покой».

Verse 3

नाराचधारावरणासिधारी सुररिपुवधकारी धरणीधरः ॥ धृतशङ्खगदाब्जचक्रपाणिः स्वयमिह शास्त्रमुदावहत्प्रधानम् ॥

Держа меч, словно заслон от ливня стрел,—убийца врагов богов, Держатель Земли,—с раковиной, булавой, лотосом и диском в руках, он сам здесь возвестил высочайшее учение (шастру).

Verse 4

एवं हि गुणमाहात्म्यं स्तुतस्वामिनि मच्छ्रुतम् ॥ अस्माच्छेदं परं श्रेष्ठं तन्मे वद कृपानिधे ॥

Так, о восхваляемый Владыка, я услышал о величии твоих качеств. Теперь скажи мне то, что выше и наилучшее,—о сокровищница сострадания,—за пределами этого повествования.

Verse 5

श्रीवराह उवाच ॥ एवं भूमे वरं श्रेष्ठे फुल्लपङ्कजमालिनि ॥ कथयिष्यामि चान्यत्ते गुह्यं पापभयापहम् ॥

Шри Вараха сказал: «Да будет так, о Земля,—о превосходная, украшенная гирляндами распустившихся лотосов. Я поведаю тебе и другое: тайное учение, устраняющее страх, рождающийся от греха».

Verse 6

द्वापरं युगमासाद्य यादवाणां कुलोद्वहः ॥ शौरीति तत्र विख्यातो भविष्यति पिता मम ॥

Когда наступит эпоха Двапара, опора рода Ядавов—там прославленный как «Шаури»—станет моим отцом.

Verse 7

द्वारकेति च विख्याता पुरी तत्र स्थिता अभवत् ॥ या च देवपुरी रम्या विश्वकर्मविनिर्मिता ॥

Там стоял город, известный как Дварака,—прекрасный, словно град богов,—воздвигнутый Вишвакарманом.

Verse 8

पञ्चयोजनविस्तारा दशयोजनमायता ॥ वसाम्यत्र वरारोहे शतपञ्चसमास्तथा ॥

Ширина её — пять йоджан, а длина — десять йоджан. Там пребываю я, о прекраснобёдрая, сто пять лет.

Verse 9

भारावतरणं कृत्वा देवानां सुमहत्प्रियम् ॥ पुनरप्यागमिष्यामि स्वर्लोकं प्रति सुन्दरि ॥

Совершив «нисхождение и снятие бремени» — деяние, весьма дорогое богам, — я вновь возвращусь к Сварге, о прекрасная.

Verse 10

तस्य शापाभिसन्तापाद्द्वारकावासिनो धरे ॥ वृष्ण्यन्धकाश्च भोजाश्च गमिष्यन्ति यमक्षयम् ॥

От страдания, вызванного тем проклятием, о Земля, жители Двараки — Вришни, Андхаки и Бходжи — отправятся в обитель Ямы.

Verse 11

चन्द्रपाण्डुरसङ्काशो वनमाली हलायुधः ॥ हलेनाकृष्य नगरं समुद्रं गमयिष्यति ॥

Подобный бледному сиянию луны, с лесной гирляндой, владыка плуга, волоча город плугом, отправит его в море.

Verse 12

नारायणवचः श्रुत्वा धर्मकामा वसुन्धरा ॥ उभौ तौ चरणौ गृह्य पुनः पप्रच्छ माधवी ॥

Услышав слова Нараяны, Васундхара, стремящаяся к дхарме, обхватила обе его стопы; затем Мадхави снова спросила его.

Verse 13

धरण्युवाच ॥ लोकनाथोऽसि सर्वेषां देव मायाकरण्डक ॥ शपिष्यति कथं तत्र दुर्वासास्तद्वदस्व मे ॥

Пṛthivī сказала: «Ты — Владыка всех миров, о Боже, словно ларец дивной силы. Как же в таком случае Дурвасас произнесёт проклятие? Скажи мне об этом».

Verse 14

श्रीवराह उवाच ॥ तत्र जाम्बवती नाम मम पत्नी भविष्यति ॥ रूपयौवनसम्पन्ना मम भोगसमन्विता ॥

Шри Вараха сказал: «Там женщина по имени Джамбавати станет моей супругой — наделённая красотой и юностью и сопричастная моему наслаждению и мирскому благополучию».

Verse 15

तस्याः पुत्रो महाभागो रूपयौवनदर्पितः ॥ साम्ब इत्यभिविख्यातो ममैव सततं प्रियः ॥

«Её сын будет весьма счастливым, гордым своей красотой и юностью; он прославится под именем Самба и всегда будет мне дорог».

Verse 16

तेनैव क्रीडमानेन कृत्वा गर्भमतथ्यतः ॥ स पृष्टः परमश्रेष्ठ ऋषिरेषा प्रसोष्यति ॥

«Когда он так забавлялся, он устроил ложную беременность. Тогда высшего риши спросили: “Родит ли эта женщина?”»

Verse 17

पुत्रकामा त्वियं बाला मुने तत्प्रब्रवीहि मे ॥ साम्बोऽयमिति च ज्ञात्वा स मुनिः कोपमूर्च्छितः ॥

«“Эта девушка желает сына, о муни, скажи мне”, — сказали они. И, узнав: “Это Самба”, муни был охвачен гневом».

Verse 18

उवाच तर्हि ते गर्भान्मुसलं कुलनाशनम् ॥ येन वृष्ण्यन्धकाः सर्वे गमिष्यन्ति यमक्षयम् ॥

Тогда он сказал: «Из твоего чрева выйдет палица (musala), губительница рода; ею все Вришни и Андхаки отправятся в обитель Ямы, то есть к смерти».

Verse 19

ततस्तानागतान्दृष्ट्वा कुमारान्पृष्टवानहम् ॥ ते च मामब्रुवन्सर्वे यथावृत्तं समुत्सुकाः ॥

Затем, увидев, что те юноши пришли, я расспросил их; и все они с нетерпением поведали мне, как всё произошло.

Verse 20

तच्च तेषां वचः श्रुत्वा प्रोक्तवानस्मि तच्छृणु ॥ भविष्यति न सन्देहो दुर्वासा यदुवाच ह ॥

Выслушав их слова, я сказал: «Слушайте. Несомненно, без всякого сомнения, сбудется то, что изрёк Дурвасас».

Verse 21

एवं ते कथितं भूमे वृष्ण्यादेः शापकाणम् ॥ तत्र स्थानानि मे भूमे कथ्यमानानि मे शृणु ॥

Так, о Земля, я поведал тебе причину проклятия, павшего на Вришни и прочих. Теперь же, о Земля, слушай, как я расскажу о моих священных местах там.

Verse 22

द्वारकायां महाभागे वैष्णवानां सुखावहे ॥ अस्ति पञ्चसरो नाम गुह्यं क्षेत्रं परं मम ॥

В Двараке, о весьма благословенная, приносящей благо вайшнавам, есть моё сокровенное и высочайше священное место паломничества, именуемое Панчасарас.

Verse 23

समुद्रतीरमुत्सृज्य मम कर्मसुखावहम् ॥ तत्र स्नानं तु कुर्वीत षष्ठकालोषितो नरः ॥

Достигнув морского берега —что в моей священной области приносит приятный плод деяний,— человек должен совершить там омовение, прожив там шесть ритуальных временных периодов.

Verse 24

मोदते नाकपृष्ठे तु अप्सरोगणसंकुले ॥ अथात्र मुञ्चते प्राणान्क्षेत्रे पञ्चसरे मम ॥

Он радуется на небесном уровне, полном сонмов апсар; и если он здесь оставит жизненное дыхание, в моём священном кшетре, именуемом Панчасара, то достигается тот же плод.

Verse 25

देवलोकं समुत्सृज्य मम लोके महीयते ॥ प्लक्षो वै तत्र सुश्रोणि शतशाखो महाद्रुमः ॥

Оставив позади мир богов, он почитаем в моём мире. И там, о прекраснобёдрая, воистину стоит плакша — великое дерево со ста ветвями.

Verse 26

सुफलैः शोभनैः कुम्भाकृतिभिर्बहुभिः फलैः ॥ बहवस्तत्र गच्छन्ति लाभलौल्‍येन मानवाः ॥

Там множество превосходных и прекрасных плодов, по форме подобным кувшинам; и многие люди идут туда, движимые жаждой наживы.

Verse 27

फलं न लभते कश्चिन्मुक्त्वा भागवतं नरम् ॥ लभन्ते ये फलं तत्र मुक्ताः पापेन कर्मणा ॥

Никто не обретает там (истинного) плода, кроме человека-бхагаваты, преданного Господу. Те же, кто обретает там плод, освобождаются от греховного деяния.

Verse 28

मनुजा यं न पश्यन्ति रागलोभसमन्विताः ॥ तत्र स्नानं प्रकुर्वीत पञ्चभक्तोषितो नरः ॥

То, чего люди не видят, будучи связаны страстью и алчностью, — там человеку следует совершить священное омовение, прожив там и соблюдая пятикратный обет преданности.

Verse 29

मोदते सप्तद्वीपेषु गुह्यानि च स गच्छति ॥ अथ चेन्मुञ्चते प्राणान्प्रभाते गतकिल्बिषः ॥

Он радуется на семи континентах и достигает также сокровенных миров. И если на рассвете, очистившись от греховной скверны, он оставит жизненные дыхания…

Verse 30

सर्वसङ्गं परित्यज्य मम लोकं स गच्छति ॥ तत्राश्चर्यं महाभागे कथ्यमानं मया शृणु ॥

Отринув всякую привязанность, он идет в мой мир. Теперь же, о весьма благословенный, выслушай диво, что там, пока я его излагаю.

Verse 31

प्रभासे यत्र शृण्वन्ति सागरे न म (ग) रं प्रति ॥ मकरास्तत्र दृश्यन्ते भ्रममाणा इतस्ततः ॥

В Прабхасе, у моря, слышат звучание, не обращённое к макаре; там видны макары, блуждающие туда и сюда.

Verse 32

॥ न किञ्चिदपराध्यन्ति स्नायमाना जले ततः ॥ अथात्र प्रक्षिपेत्पिण्डान्प्रसन्ने सलिले नरः ॥

Купающиеся там в воде не совершают никакой вины. Затем здесь человеку следует бросить пинды (piṇḍa) в чистую и спокойную воду.

Verse 33

असम्प्राप्ते च गृह्णन्ति एवमेतन्न संशयः ॥ पापकर्मरतस्यापि न गृह्णन्ति जलं प्रति ॥

Они принимают подношение, когда оно получено должным образом — в этом нет сомнения. Но у предающегося греховным деяниям они не принимают даже воду как подношение.

Verse 34

धर्मात्मनां च गृह्णन्ति पिण्डमेव न संशयः ॥ पञ्चपिण्डमिति ख्यातं तस्मिन्गुह्यं परं मम ॥

И у праведных сердцем они, несомненно, принимают подношение пинда. Это известно как «пять пинд»; в этом заключено мое высшее тайное наставление.

Verse 35

अगाधस्याप्यपारस्य क्रोशविस्तार एव च ॥ तत्राभिषेकं कुर्वीत पञ्चकालोषितो नरः ॥

Хотя (вода) бездонна и беспредельна, она простирается на один кроша. Там человек, соблюдавший пять временных периодов, должен совершить ритуальное омовение (абхишека).

Verse 36

मोदते शक्रलोके स एवमेतन्न संशयः ॥ अथात्र मुञ्चते प्राणान्पञ्चकुण्डे यशस्विनि ॥

Он радуется в мире Шакры (Индры) — в этом нет сомнения. А затем, о славная, в этом месте «пяти кунд» он оставляет жизненное дыхание.

Verse 37

न पश्येत्पापकर्मा वै शुभकर्मैव पश्यति ॥ चतुर्विंशतिद्वादश्यां मध्याह्ने च दिवाकरे ॥

Творящий греховные деяния не видит этого; напротив, видит лишь совершающий благие деяния. В двадцать четвертый (лунный день) и в двенадцатый, и в полдень, когда солнце стоит высоко…

Verse 38

रौप्यं सुवर्णकं पद्मं दृश्यते नात्र संशयः ॥ क्षेत्रं संगमनं नाम तस्मिंस्तीर्थे परं मम ॥

Там виден лотос из серебра и золота — в этом нет сомнения. Священное поле зовётся «Сангамана»; в том тиртхе пребывает моё высшее наставление.

Verse 39

चतुर्धाराः पतन्त्यत्र मणिपूरगिरिं श्रिताः ॥ तत्राभिषेकं कुर्वीत चतुर्भक्तोषितो नरः ॥

Здесь ниспадают четыре потока, прибегая к горе Манипура. Там человек, соблюдавший четыре срока преданного подвига, должен совершить абхишеку — ритуальное омовение.

Verse 40

वैखानसेषु लोकेषु मोदते नात्र संशयः ॥ अथात्र मुञ्चते प्राणान्मम भक्तिपरायणः ॥

Он наслаждается в мирах вайкханаса — в этом нет сомнения. Затем здесь он оставляет жизненное дыхание, будучи всецело предан бхакти ко мне.

Verse 41

त्यक्त्वा वैखानसान् लोकान्मम लोकं स गच्छति ॥ तत्रापि परमाश्चर्यं कथ्यमानं शृणुष्व मे ॥

Оставив миры вайкханаса, он идет в мой мир. И там тоже выслушай меня, когда я поведаю о высшем чуде.

Verse 42

दृश्यन्ते यानि कुण्डेषु मणिपूरगिरौ तथा ॥ प्रक्षीयमाणे पापे तु नयते तज्जलं भुवि ॥

Всё, что видится в кундах там, на горе Манипура,—когда грех истощается, та вода несёт своё действие по земле.

Verse 43

स्नायमानेषु पापेषु न पतॆत्तद्यथा पुरा ॥ हंसकुण्डेति विख्यातं तस्मिन्क्षेत्रे परे मम ॥

Когда грехи смываются омовением, человек уже не впадает в них, как прежде. То высшее священное место, принадлежащее Мне, известно под именем «Хамсакунда».

Verse 44

धारा चैका पतत्यत्र मणिपूरगिरौ श्रिता ॥ तत्राभिषेकं कुर्वीत षष्ठकालोषितो नरः ॥

Здесь ниспадает один поток, пребывающий на горе Манипурагири. Тот, кто пробыл там шесть ритуальных периодов, должен совершить там абхишеку — освящающее омовение.

Verse 45

मुक्तसङ्गो महाभागे मोदते वरुणालये ॥ अथात्र मुंचते प्राणान् हंसकुण्डे वरानने ॥

Освободившись от привязанностей, о счастливец, он радуется в обители Варуны. И если здесь, в Хамсакунде, он оставит жизненные дыхания, о прекрасноликая, то, как говорится, это ведёт к такому состоянию.

Verse 46

शुद्धाः पश्यन्ति मनुजाः पापकर्मा न पश्यति ॥ चतुर्विंशतिद्वादश्यां मध्याह्ने च दिवाकरे ॥

Чистые люди видят это, а совершающий греховные деяния не видит — в двадцать четвёртый титхи и в двенадцатый титхи, и в полдень, когда стоит солнце.

Verse 47

हंसाश्चैवात्र दृश्यन्ते चन्द्रकुण्डसमप्रभाः ॥ हंसान्पश्यति यस्तत्र भ्रममाणानितस्ततः ॥

И здесь воистину видны хамсы — лебеди, сиянием равные Чандра-кунде, Лунному пруду. Кто там увидит лебедей, странствующих то здесь, то там,—

Verse 48

लभन्ते ते परां सिद्धिं धरे नास्त्यत्र संशयः ॥ कदम्बमिति विख्यातं तस्मिन्क्षेत्रे परं मम ॥

Они достигают высшего совершенства; о Носитель земли, в этом нет сомнения. Эта высшая священная область, принадлежащая Мне, известна под именем «Кадамба».

Verse 49

मोदते ऋषिलोकॆषु पुण्यात्मा वै न संशयः ॥ अथात्र मुञ्चते प्राणान्कृत्वा कर्म सुदुष्करम् ॥

Человек, исполненный заслуг, радуется в мирах риши; воистину, в этом нет сомнения. И если здесь он оставляет жизненные дыхания, совершив крайне трудный подвиг,

Verse 50

वृष्णयो यत्र वै शुद्धाः संप्राप्ताश्च ममालयम् ॥ तत्राभिषेकं कुर्वीत चतुःकालोषितो नरः ॥

Там, где Вришни, воистину очищенные, достигли Моей обители, человек, пробывший четыре ритуальных периода, должен совершить абхишеку — освящающее омовение.

Verse 51

ऋषिलोकं परित्यज्य मम लोकं प्रपद्यते ॥ तत्राश्चर्यं महाभागे कथ्यमानं शृणुष्व मे ॥

Оставив мир риши, он достигает Моего мира. Теперь же, о счастливый, выслушай от меня диво, которое рассказывается об этом.

Verse 52

कदम्बात्पतते धारा तत्र पूर्वविनिःसृता ॥ स कदम्बो महाभागे माघमासस्य द्वादशी ॥

От Кадамбы ниспадает струя, издавна истекающая там. Эта Кадамба, о счастливый, особенно связана с двенадцатым лунным днём месяца Магха.

Verse 53

पुष्पाणि वै प्रकटयत्युदयस्थे दिवाकरे ॥ ये वा लभन्ते तत्पुष्पं मम मार्गानुसारिणः ॥

Когда восходит солнце, оно воистину являет распускание цветов. Те, кто обретает тот цветок — следующие Моему пути, — тем самым отмечены и отличимы.

Verse 54

ते लभन्ते परां सिद्धिमेवमेतन्न संशयः ॥ चक्रतीर्थमिति ख्यातं तस्मिन्क्षेत्रे परं मम ॥

Они достигают высшей сиддхи; таково это, без сомнения. То место известно как Чакратиртха (Cakratīrtha); в той священной области пребывает Моё высшее присутствие.

Verse 55

दशवर्षसहस्राणि स्वर्गलोके स मोदते ॥ अथात्र मुञ्चते प्राणाँल्लोभमोहविवर्जितः ॥

Десять тысяч лет он радуется в небесном мире. Затем, здесь в конце, свободный от алчности и омрачения, он отпускает жизненные дыхания (умирает).

Verse 56

सर्वान्स्वर्गान्समुत्सृज्य मम लोकं स गच्छति ॥ तत्राश्चर्यं प्रवक्ष्यामि कथ्यमानं शृणुष्व मे ॥

Оставив все небеса, он идёт в Мой мир. Там я поведаю диво — слушай то, что мною излагается.

Verse 57

अन्यथैतन्न पश्यन्ति मम कर्मपरायणाः ॥ चतुर्विंशतिद्वादश्यामर्द्धरात्रे यशस्विनि ॥

Преданные Мне, устремлённые к Моим деяниям, не видят этого иначе. В двадцать четвёртый и в двенадцатый титхи, в полночь, о славный, (это бывает).

Verse 58

श्रूयते तत्र निर्घोषो मनःकर्णसुखावहः ॥ सुगन्धो वहते वायुर्बहुमाल्यसमन्वितः ॥

Там слышится звучный гул, приносящий радость уму и слуху. Дует благоуханный ветер, словно несущий множество цветочных гирлянд и аромат подношений.

Verse 59

दुर्ल्लभः पापिनां चैव सुलभः पुण्यकर्मिणाम् ॥ तस्य चोत्तरपार्श्वेन अशोकश्च महाद्रुमः ॥

Это трудно обрести грешникам и легко — творящим благие, заслугоносные дела. А к северной стороне его стоит ашока — великое дерево.

Verse 60

पुष्प्यते सोऽथ तत्रापि सूर्ये चाभ्युदिते सति ॥ ये तत्र लभते पुष्पं मम मार्गानुसारिणः ॥

То дерево там также расцветает, когда восходит солнце. Те, кто получает там цветок — следующие Моему пути, — (обретают указанный плод).

Verse 61

ते लभन्ते परां सिद्धिं एवं भूमे न संशयः ॥ अस्ति रैवतकम् नाम तस्मिन्क्षेत्रे परं मम ॥

Они достигают высшей сиддхи; так, о Земля, без сомнения. Есть место, именуемое Райватака; в той священной области пребывает Моё высшее присутствие.

Verse 62

सर्वलोकेषु विख्यातं यत्र विक्रीडितं मया ॥ बहुगुल्मलताकीर्णं बहुपुष्पैश्च शोभितम् ॥

Он прославлен во всех мирах — там, где Я предавался играм. Он полон множества кустарников и лиан и украшен обилием цветов.

Verse 63

बहुवर्णशिलापङ्क्तिर्गुहाश्चापि दिशो दश ॥ वाप्यश्च कन्दराश्चैव देवानामपि दुर्लभाः

Там есть ряды камней многих цветов и пещеры, простирающиеся во все десять направлений; есть также пруды и горные ущелья — достояния, которые, как говорят, трудно обрести даже богам.

Verse 64

अथात्र मुञ्चते प्राणान्मम कर्मसु निष्ठितः ॥ सोमलोकं समुत्सृज्य मम लोकं प्रपद्यते

Затем здесь тот, кто тверд в предписанных мною деяниях и обетах, оставляет жизненные дыхания; превзойдя мир Сомы, он достигает моего мира.

Verse 65

तत्राश्चर्यं महाभागे कथ्यमानं मया शृणु ॥ पश्यन्ति मनुजाः सर्वे धर्मकामाः न संशयः

Там, о счастливый, выслушай чудо, о котором я говорю: все люди, стремящиеся к дхарме, видят его — без сомнения.

Verse 66

पतन्ति सर्ववृक्षाणां पत्राणि सुबहून्यपि ॥ एकं चापि न दृश्येत प्रसन्नं याति तज्जलम्

Падают листья со всех деревьев, и весьма многочисленные; однако не видно даже одного (на ней): та вода остается прозрачной.

Verse 67

स च पूर्वेण पार्श्वेन शोभते वै महाद्रुमः ॥ अपरो मम पार्श्वेन देवानामपि दुर्लभः

И на восточной стороне воистину красуется великое дерево; другое же, по мою сторону, редко даже среди богов.

Verse 68

पञ्चक्रोशसुविस्तारः शोभते वै महाद्रुमः ॥ पद्मैश्चैवोत्पलैश्छन्नं सुगन्धिकुसुमैः सह

Великое древо, простирающееся на пять кроша, воистину прекрасно—оно покрыто лотосами и водяными лилиями, вместе с благоухающими цветами.

Verse 69

बहुमत्स्यजलाकीर्णं सर्वतस्तु फलान्वितम् ॥ शिलातलगुहाच्छन्नं सुगन्धिकुसुमैः सह

Он наполнен множеством рыб и вод; со всех сторон он наделён плодами—покрыт каменистым грунтом и пещерами, вместе с благоухающими цветами.

Verse 70

तत्राभिषेकं कुर्वीत अष्टभक्तोषितो नरः ॥ मोदते नन्दने दिव्ये अप्सरोभिः समन्विते

Там человек, удовлетворённый восьмеричным установлением, должен совершить обряд омовения (абхишека); он радуется в божественном Нандане, в окружении апсар.

Verse 71

अत्राश्चर्यं महाभागे कथ्यमानं मया शृणु ॥ पश्यन्ति मनुजाः सर्वे धर्मकामाः न संशयः

Здесь, о счастливый, выслушай диво, о котором я говорю: все люди, стремящиеся к дхарме, видят его—без сомнения.

Verse 72

मध्याह्ने च पुनः पूर्णश्चार्धरात्रे समो वहेत् ॥ वर्धते क्षीयते चैव यथैव च महोदधिः

В полдень он вновь становится полным, а в полночь течёт ровно; он то возрастает, то убывает, подобно великому океану.

Verse 73

पश्येत् तु शुभकर्मा च पापकर्मा न पश्यति ॥ दृश्यते च महाभागे अस्तमेते दिवाकरे ॥

Тот, кто совершает благие, благоприятные деяния, способен узреть это; творящий греховные дела не узрит. И, о счастливый, это видимо при заходе солнца.

Verse 74

यस्तत्र लभते पुष्पं मम मार्गानुसारकः ॥ स लभेत परां सिद्धिमेवं भूमे न संशयः ॥

Кто там обретёт цветок, следуя Моему пути, тот достигнет высшего совершенства; так, о Земля, в этом нет сомнения.

Verse 75

विष्णुसंक्रमणं नाम तस्मिन्क्षेत्रे परे मम ॥ विद्धोऽस्मि यत्र व्याधेन स्वमूर्त्तिं चास्थितः पुनः ॥

В том высшем священном поле, принадлежащем Мне, есть место, называемое «Вишну-санкрамана». Там Я был пронзён охотником и затем вновь принял Свою собственную форму.

Verse 76

तत्र कुण्डं महाभागे मणिपूरगिरा श्रुतम् ॥ धारा चैका पतत्यत्र लाभालाभविवर्जितः ॥

Там, о счастливый, есть пруд, известный под именем «Манипурагера (Maṇipūragirā)». И там ниспадает один поток, а (преданный) свободен от забот о прибыли и утрате.

Verse 77

सूर्यलोकं समुत्सृज्य मम लोके महीयते ॥ तत्राश्चर्यं प्रवक्ष्यामि विष्णुं शत्रुगणेश्वरम् ॥

Оставив мир солнца, человек почитается в Моём мире. Там Я поведаю чудо: Вишну, владыка над сонмами противников.

Verse 78

पापिनां यस्तु दुर्दर्शः सुदृश्यः पुण्यचारिणाम् ॥ तस्य दक्षिणपार्श्वेन अश्वत्थो वै महाद्रुमः ॥

То диво, которое грешникам трудно узреть, ясно видят те, кто следует пути заслуги. На его южной стороне стоит ашваттха (aśvattha) — поистине великое древо.

Verse 79

चतुर्विंशतिद्वादश्यां मध्याह्ने तु दिवाकरे ॥ फलते स यथान्यायं सर्वभागवतप्रियम् ॥

В двадцать четвёртый титхи — в Двадаши (Dvādaśī) — в полдень, когда солнце стоит в зените, оно приносит плод по должному порядку, дорогой всем преданным Господа.

Verse 80

उच्चश्चैव विशालश्च मनोज्ञश्चैव शीतलः ॥ ये लभन्ते फलं तत्र मम मार्गानुसारिणः ॥

Высокое и широкое, приятное и прохладное; те, кто получает там плод, — последователи моего пути.

Verse 81

ते लभन्ते परां सिद्धिमेवमेतन्न संशयः ॥ तस्मिन् क्षेत्रे महाभागे तिष्ठामि चोत्तरामुखः ॥

Они достигают высшей сиддхи — таково это, без сомнения. В том священном кшетре, о благодатный, я пребываю, обращённый лицом на север.

Verse 82

त्रयस्तत्रैव तिष्ठामो द्वारकायां यशस्विनि ॥ तस्मिन् क्षेत्रे महाभागे त्रयो मोदामहे वयम् ॥

Мы трое пребываем там воистину — в Двараке (Dvārakā), о славная. В том священном кшетре, о благодатная, мы трое радуемся.

Verse 83

त्रिंशद्योजनविस्तारः सर्वतस्तु दिशो दश ॥ तत्र गत्वा वरारोहे ये मां द्रक्ष्यन्ति भक्तितः ॥

(Это простирается) на тридцать йоджан в ширину, во всех десяти направлениях. Придя туда, о прекраснобёдрая, те, кто узрит Меня с преданностью…

Verse 84

अदीर्घेणैव कालेन प्राप्नुवन्ति परां गतिम् ॥ आख्यानानां महाख्यानं शान्तीनां शान्तिरुत्तमा ॥

В самом непродолжительном времени они воистину достигают высшей обители. Это — великое сказание среди сказаний, высший мир среди состояний мира.

Verse 85

धर्माणां परमो धर्मो द्युतिनां परमा द्युतिः ॥ लाभानां परमो लाभः क्रियाणां परमा क्रिया ॥

Среди дхарм — это высшая дхарма; среди сияний — высшее сияние; среди приобретений — высшее приобретение; среди обрядов и деяний — высшее деяние.

Verse 86

यदीच्छेत्परमां सिद्धिं मम लोकं स गच्छति ॥ य एतत्पठते भद्रे कल्यमुत्थाय मानवः ॥

Если кто желает высшей сиддхи, тот идет в Мой мир. О благостная, человек, который читает это, поднявшись на рассвете, (обретает тот плод).

Verse 87

सकुल्यास्तारितास्तेन सप्त सप्त च सप्त च ॥ एतत्ते कथितं भद्रे द्वारकायाः सुनिश्चितम् ॥

Вместе со своими родичами он переносит их через (океан сансары) — семь, и семь, и семь (поколений). Это поведано тебе, о благостная, как твердо установленный вывод о Двараке.

Verse 88

उचितेनोपचारेण किमन्यत्परिपृच्छति ॥

С должным почтением и надлежащей внимательностью — о чём ещё спрашивать?

Verse 89

श्रुतीनां परमं श्रेष्ठं तपसा च परं तपः ॥ एतन्मरणकालेऽपि मा कदाचित्तु विस्मरेत् ॥

Среди откровенных учений это — высшее превосходство; и среди аскез — наивысшая аскеза. Даже в час смерти пусть никто никогда не забывает этого.

Verse 90

भविष्यति वरारोहे ईश्वरः सदृशो मम ॥ दुर्वासा इति विख्यातः शपिष्यति कुलं मम ॥

Будет, о прекраснобёдрая, владыка, подобный мне, прославленный как Дурваса; он проклянёт мой род.

Verse 91

श्रुत्वा दुर्वाससः शापं ते च सर्वे कुमारकाः ॥ शापेन संतप्तधियो मामूचुर्भयसंयुताः ॥

Услышав проклятие Дурвасы, все те юноши — с умами, опалёнными проклятием, — обратились ко мне, объятые страхом.

Verse 92

ते लभन्ते परां सिद्धिं मम कर्मणि संस्थिताः ॥ प्रभासमिति विख्यातं तस्मिंस्तीर्थे परे मम ॥

Утвердившиеся в моём обряде и практике достигают высшей сиддхи. Есть у меня первейшая тиртха, известная как Прабхаса.

Verse 93

शक्रलोकं परित्यज्य मम लोकं स गच्छति ॥ तत्राश्चर्यं महाभागे कथ्यमानं मया शृणु ॥

Оставив мир Шакры (Индры), он идет в Мою обитель. Теперь же, о благодатная, выслушай чудо, что там, как Я поведаю о нем.

Verse 94

वारुणं लोकमुत्सृज्य मम लोके महीयते ॥ तत्राश्चर्यं प्रवक्ष्यामि हंसकुण्डे यशस्विनि ॥

Оставив царство Варуны, он почитаем в Моем мире. Я поведаю о чуде там, о славная, у Хамсакунды.

Verse 95

पञ्च धाराः पतन्त्यत्र मणिपूरसमाश्रिताः ॥ तत्राभिषेकं कुर्वीत पञ्चकालोषितो नरः ॥

Здесь ниспадают пять потоков, связанных с Манипурой. Человек, пробывший пять ритуальных периодов, должен совершить там абхишеку — обряд омовения.

Verse 96

तत्राभिषेकं कुर्वीत षष्ठकालोषितो नरः ॥ गच्छेत्तु सोमलोकं तु कृतकृत्यो न संशयः ॥

Человек, пробывший шесть ритуальных периодов, должен совершить там абхишеку; он отправится в мир Сомы, достигнув цели, — в этом нет сомнения.

Verse 97

तस्य पश्चिमपार्श्वे तु बिल्वश्चैव महाद्रुमः ॥ चतुर्विंशतिद्वादश्यां स पुष्यति च निष्कलम् ॥

На его западной стороне стоит дерево бильва, поистине великое дерево. В двадцать четвертую Двадаши оно расцветает полностью и без изъяна.

Verse 98

सर्वभागवतप्रीतिं समुद्रतटमाश्रितः ॥ अहं रामेण सहितः सा चाप्येकादशी शुभा ॥

Пребывая на морском берегу, это место радует всех преданных Блаженного Господа. Я нахожусь там вместе с Рамой; и та Экадаши также благоприятна.

Frequently Asked Questions

The text links moral disposition to ritual efficacy and perceptibility: those characterized as puṇyakarman (ethically disciplined) can access the chapter’s promised ‘visions’ and fruits of tīrtha practice, while pāpakarman are described as unable to perceive or obtain certain results. The instruction is framed as disciplined conduct expressed through regulated pilgrimage, restraint from raga/lobha, and correct performance of snāna/abhiṣeka and offerings within designated sacred ecologies (trees, kuṇḍas, sea-shores).

Multiple rites are keyed to caturviṁśati-dvādaśī (the 24th dvādaśī) and specific times such as madhyāhna (midday), ardharātra (midnight), and astamita divākara (sunset). A māsika marker appears with Māgha-māsa dvādaśī in connection with the Kadamba site. Ekādaśī is also mentioned in association with Varāha’s presence with Rāma (Balarāma) at the sea-shore.

Pṛthivī’s role as interlocutor frames sacred space as an ethical landscape: the narrative maps merit onto specific ecological features—springs (dhārā), ponds/kuṇḍas, groves and keystone trees (plakṣa, aśoka, bilva, aśvattha), and the sea margin—treating them as regulated zones where human action (bathing, offering, restraint) yields social and cosmic outcomes. The city’s movement toward the sea and the emphasis on clean, calm waters also encode a discourse of terrestrial vulnerability and place stewardship through disciplined use.

The chapter references the Yādava lineage and the groups Vṛṣṇi, Andhaka, and Bhoja; the sage Durvāsas as the agent of the curse; Jāmbavatī as Varāha’s future wife in the narrative frame; Sāmba as their son and the catalyst for the curse episode; and Balarāma (Halāyudha) as the figure who draws the city toward the sea. Viśvakarman is named as the divine architect associated with Dvārakā’s construction.

Read Varaha Purana in the Vedapath app

Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.

Continue reading in the Vedapath app

Open in App