Skanda Purana — Brahma Khanda, Shloka 37
चलदलदललीलाचंचले जीवलोके तृणलवलघुसारे सर्वसंसारसौख्ये । अपहरति दुराशः शासनं ब्राह्मणानां नरकगहनगर्त्तावर्तपातोत्सुको यः
caladaladalalīlācaṃcale jīvaloke tṛṇalavalaghusāre sarvasaṃsārasaukhye | apaharati durāśaḥ śāsanaṃ brāhmaṇānāṃ narakagahanagarttāvartapātotsuko yaḥ
В этом мире живых — мерцающем, как игра дрожащих лепестков лотоса, — где все удовольствия сансары ничтожны, как травинка, тот, кого влечёт дурная жажда и кто похищает письменную грамоту брахманов, стремглав несётся к вихревому падению в глубокую яму ада.
Sūta (Lomaharṣaṇa) to the sages (deduced)
Scene: A poetic moral vision: shimmering lotus pond with trembling petals overlays a bustling human world; a greedy man snatches a copperplate grant from brāhmaṇas; beneath him opens a spiraling whirlpool leading into a dark, cavernous hell-pit.
FAQs
Worldly gain is fleeting; violating dharma by confiscating brāhmaṇa grants leads to grave karmic downfall.
No tīrtha is specified; the verse functions as a moral-theological warning within the Dharmāraṇya discourse.
It implies a prohibition: do not seize or invalidate brāhmaṇa śāsanas (legal/religious land grants).