
त्रिजटास्वप्नवर्णनम् (Trijata’s Dream-Omens and the Rakshasis’ Reversal)
सुन्दरकाण्ड
После твёрдого упрёка Ситы одни разгневанные ракшаси отправляются донести Раване, а другие возвращаются, чтобы вновь запугивать её немедленной расправой. Тогда вмешивается престарелая ракшаси Триджата и останавливает нарастание жестокости, поведав сон — страшный по образам, но благой по смыслу. В её видении Рама и Лакшмана являются сияющими, в белых одеждах, прибывая на небесных средствах: сперва на слоновой паланкине, влекомом лебедями, затем на Пушпаке-вимане. Сита предстает воссоединённой с Рамой, вознесённой на великом слоне; в космической игривости она касается Луны и Солнца, знаменуя восстановление миропорядка. Затем сон обращается к зловещим знамениям для Раваны: вымазанный маслом, опьяневший, он падает с Пушпаки, его тащат на юг — в сторону Ямы, он едет на низких животных (кабане или осле) и погружается в грязь и тьму. Дурные предвестия касаются и Кумбхакарны, и сыновей Раваны; лишь Вибхишана отмечен белыми благими знаками и царскими регалиями, вознесён на слоне с четырьмя бивнями среди торжественных звуков. Триджата истолковывает эти нимитты как близкое исполнение для Вайдэхи, гибель царя ракшасов и победу Рамы; она призывает ракшаси оставить жестокость, просить прощения и говорить примирительно. В конце проявляются благие телесные признаки у Ситы — дрожь, пульсация глаза и членов, трепет бедра — и птица повторяет сладкие напевы, словно побуждая к радости. Так повествование поворачивает от принуждения к ответственности под давлением приближающегося воздаяния дхармы.
Verse 1
इत्युक्तास्सीतया घोरं राक्षस्यः क्रोधमूर्छिताः।काश्चिज्जग्मुस्तदाख्यातुं रावणस्य तरस्विनः।।5.27.1।।
После этих слов Ситы некоторые из ужасных ракшаси, обезумев от ярости, пошли доложить об этом стремительному Раване.
Verse 2
ततः सीतामुपागम्य राक्षस्यो घोरदर्शनाः।पुनः परुषमेकार्थमनर्थार्थमथाब्रुवन्।।5.27.2।।
Тогда ракшаси с ужасным обликом вновь приблизились к Сите и заговорили грубо, изрекая прямую угрозу, сулящую тяжкие последствия.
Verse 3
अद्येदानीं तवानार्ये सीते पापविनिश्चये।राक्षस्यो भक्षयिष्यन्ति मांसमेतद्यथासुखम्।।5.27.3।।
«О Сита, недостойная, утвердившаяся в греховном решении! Сегодня, сейчас же, эти ракшаси пожрут твою плоть, как им будет угодно.»
Verse 4
सीतां ताभिरनार्याभिर्दृष्टवा सन्तर्जितां तदा।राक्षसी त्रिजटा वृद्धा शयाना वाक्यमब्रवीत्।।5.27.4।।
Тогда, увидев, как Ситу запугивают те недостойные ракшаси, старая ракшаси Триджата, лежа там, произнесла такие слова.
Verse 5
आत्मानं खादतानार्या न सीतां भक्षयिष्यथ।जनकस्य सुतामिष्टां स्नुषां दशरथस्य च।।5.27.5।।
Пожрите самих себя, о низкие, если уж так хотите; но Ситу вы не пожрёте — любимую дочь Джанаки и невестку Дашаратхи.
Verse 6
स्वप्नो ह्यद्य मया दृष्टो दारुणो रोमहर्षणः।राक्षसानामभावाय भर्तुरस्या भवाय च।।5.27.6।।
Сегодня я увидела сон страшный, до дрожи пробирающий: он предвещает гибель ракшасов и торжество её супруга.
Verse 7
एवमुक्तास्त्रिजटया राक्षस्यः क्रोधमूर्छिताः। सर्वा एवाब्रुवन्भीतास्त्रिजटां तामिदं वचः।।5.27.7।।
Так, услышав слова Триджаты, ракшаси, ослеплённые гневом, но всё же объятые страхом, все разом сказали ей такие слова.
Verse 8
कथयस्व त्वया दृष्टः स्वप्नोऽयं कीदृशो निशि।तासां श्रुत्वा तु वचनं राक्षसीनां मुखाच्युतम्।।5.27.8।।उवच वचनं काले त्रिजटा स्वप्नसंश्रितम्।
«Расскажи: какой сон ты видела ночью, каков он был?» Услышав слова, сорвавшиеся с уст ракшаси, Триджата в надлежащее время произнесла речь, основанную на том сне.
Verse 9
गजदन्तमयीं दिव्यां शिबिकामन्तरिक्षगाम्।।5.27.9।।युक्तां हंससहस्रेण स्वयमास्थाय राघवः।शुक्लमाल्याम्बरधरो लक्ष्मणेन सहागतः।।5.27.10।।
Рагхава сам взошёл на дивный паланкин из слоновой кости, плывущий по небу и запряжённый тысячей лебедей; в белых гирляндах и белых одеждах он прибыл вместе с Лакшманой.
Verse 10
गजदन्तमयीं दिव्यां शिबिकामन्तरिक्षगाम्।।5.27.9।।युक्तां हंससहस्रेण स्वयमास्थाय राघवः।शुक्लमाल्याम्बरधरो लक्ष्मणेन सहागतः।।5.27.10।।
Сам Рагхава, облаченный в белые одежды и с белой гирляндой, взошел на паланкин, запряженный тысячей лебедей, и прибыл вместе с Лакшманой.
Verse 11
स्वप्ने चाद्य मया दृष्टा सीता शुक्लाम्बरावृता।सागरेण परिक्षिप्तं श्वेतं पर्वतमास्थिता।।5.27.11।।
И сегодня во сне я увидел Ситу, облачённую в белые одежды, стоящую на белой горе, окружённой океаном.
Verse 12
रामेण सङ्गता सीता भास्करेण प्रभा यथा।राघवश्च मया दृष्टश्चतुर्दष्ट्रं महागजम्।।5.27.12।।आरूढ श्शैलसङ्काशं चचार सहलक्ष्मणः।
Как сияние неразлучно с солнцем, так Сита была соединена с Рамой. Я также увидел Рагхаву вместе с Лакшманой, едущих на огромном, гороподобном слоне с четырьмя бивнями, шествующем вперёд.
Verse 13
ततस्तौ नरशार्दूलौ दीप्यमानौ स्वतेजसा।।5.27.13।।शुक्लमाल्याम्बरधरौ जानकीं पर्युपस्थितौ।
Затем те двое — тигры среди людей, сияющие собственным величием, в белых гирляндах и белых одеждах — приблизились к Джанаки.
Verse 14
ततस्तस्य नगस्याग्रे ह्याकाशस्थस्य दन्तिनः।।5.27.14।।भर्त्रा परिगृहीतस्य जानकी स्कन्धमाश्रिता।
Затем, перед той горой, Джанаки устроилась на плече слона, пребывающего в небе, которого её супруг держал и поддерживал.
Verse 15
भर्तुरङ्कात्समुत्पत्य ततः कमललोचना।।5.27.15।।चन्द्रसूर्यौ मया दृष्टा पाणिना परिमार्जती।
Тогда я увидел лотосоокую госпожу: она поднялась с колен супруга и своей рукой нежно погладила Луну и Солнце.
Verse 16
ततस्ताभ्यां कुमाराभ्यामास्थित: स गजोत्तमः।।5.27.16।।सीतया च विशालाक्ष्या लङ्काया उपरिस्थितः।
Затем тот лучший из слонов, несущий двух царевичей и большеглазую Ситу, остановился над Ланкой.
Verse 17
पाण्डुरर्षभयुक्तेन रथेनाष्टयुजा स्वयम्।।5.27.17।।इहोपयातः काकुत्स्थ स्सीतया सह भार्यया।
Сам Кākутстха прибыл сюда вместе со своей супругой Ситой на колеснице, запряжённой восемью бледно-белыми быками.
Verse 18
लक्ष्मणेन सह भ्रात्रा सीतया सह वीर्यवान्।।5.27.18।।आरुह्य पुष्पकं दिव्यं विमानं सूर्यसन्निभम्।उत्तरां दिशमालोक्य जगाम पुरुषोत्तमः।।5.27.19।।
Доблестный Рāма, лучший из людей, вместе с братом Лакшманой и с Ситой взошёл на дивный Пушпаку — небесную виману, сияющую как Солнце, — и, взглянув на север, отправился в путь.
Verse 19
लक्ष्मणेन सह भ्रात्रा सीतया सह वीर्यवान्।।5.27.18।।आरुह्य पुष्पकं दिव्यं विमानं सूर्यसन्निभम्।उत्तरां दिशमालोक्य जगाम पुरुषोत्तमः।।5.27.19।।
Доблестный Рāма, лучший из людей, вместе с братом Лакшманой и с Ситой взошёл на дивный Пушпаку — небесную виману, сияющую как Солнце, — и, взглянув на север, отправился в путь.
Verse 20
एवं स्वप्ने मया दृष्टो रामो विष्णुपराक्रमः।लक्ष्मणेन सह भ्रात्रा सीतया सह राघवः।।5.27.20।।
Так, во сне я узрел Рāгхаву Рāму, могучего в доблести, как Вишну, вместе с братом Лакшманой и с Ситой.
Verse 21
न हि रामो महातेजाश्शक्यो जेतुं सुरासुरैः।राक्षसैर्वापि चान्यैर्वा स्वर्गः पापजनैरिव।।5.27.21।।
Ибо Рама, сияющий великим блеском, непобедим — ни богами, ни асурами, ни ракшасами, ни кем-либо иным, как и небеса не достигаются людьми грешными.
Verse 22
रावणश्च मया दृष्टः क्षितौ तैलसमुक्षितः।रक्तवासाः पिबन्मत्तः करवीरकृतस्रजः।।5.27.22।।
«Я видел Равану, лежащего на земле, умащённого маслом, в красных одеждах, с гирляндой из цветов каравиры и пьяного от питья.»
Verse 23
विमानात्पुष्पकादद्य रावणः पतितो भुवि।कृष्यमाणः स्त्रिया दृष्टो मुण्डः कृष्णाम्बरः पुनः।।5.27.23।।
«И снова, сегодня я видел Равану: он пал с воздушной колесницы Пушпака на землю — с обритой головой, в чёрных одеждах, и его тащила женщина.»
Verse 24
रथेन खरयुक्तेन रक्तमाल्यानुलेपनः।पिपंस्तैलं हसन्नृत्यन् भ्रान्तचित्ताकुलेन्द्रियः।।5.27.24।।
Он ехал на колеснице, запряжённой ослами, украшенный красными гирляндами и умащённый благовониями; пил масло, смеялся и плясал — ум его был смятён, а чувства расстроены.
Verse 25
गर्दभेन ययौ शीघ्रं दक्षिणां दिशमास्थितः।पुनरेव मया दृष्टो रावणो राक्षसेश्वरः।।5.27.25।।पतितोऽ वाक्चिरा रा भूमौ गर्दभाद्भयमोहितः।
Он быстро направился на юг, верхом на осле. Я вновь увидел Равану, владыку ракшасов; и вскоре он пал на землю, опустив голову, одурманенный страхом перед тем ослом.
Verse 26
सहसोत्थाय संभ्रान्तो भयार्तो मदविह्वलः।।5.27.26।।उन्मत्त इव दिग्वासा दुर्वाक्यं प्रलपन्बहु।दुर्गन्धं दुस्सहं घोरं तिमिरं नरकोपमम्।।5.27.27।।मलपङ्कं प्रविश्याशु मग्नस्तत्र स रावणः।
Он внезапно вскочил — в смятении, терзаемый страхом и одурманенный хмелем. Как безумец, нагой, он изрыгал множество скверных речей; затем бросился в зловонную, нестерпимую, страшную тьму, подобную аду, вошёл в грязь и нечистоты — и там Равана погрузился.
Verse 27
सहसोत्थाय संभ्रान्तो भयार्तो मदविह्वलः।।5.27.26।।उन्मत्त इव दिग्वासा दुर्वाक्यं प्रलपन्बहु।दुर्गन्धं दुस्सहं घोरं तिमिरं नरकोपमम्।।5.27.27।।मलपङ्कं प्रविश्याशु मग्नस्तत्र स रावणः।
Он внезапно вскочил — в смятении, терзаемый страхом и одурманенный хмелем. Как безумец, нагой, он изрыгал множество скверных речей; затем бросился в зловонную, нестерпимую, страшную тьму, подобную аду, вошёл в грязь и нечистоты — и там Равана погрузился.
Verse 28
कण्ठे बद्ध्वा दशग्रीवं प्रमदा रक्तवासिनी।।5.27.28।। काली कर्दमलिप्ताङ्गी दिशं याम्यां प्रकर्षति।
Женщина в красном, тёмного облика, с телом, измазанным грязью, связала Дашагриву за шею и потащила его к югу — в область Ямы.
Verse 29
एवं तत्र मया दृष्टः कुम्भकर्णो निशाचरः।।5.27.29।।रावणस्य सुतास्सर्वे दृष्टास्तैलसमुक्षिताः।
Так же там я увидел Кумбхакарну, ночного странника; и увидел всех сыновей Раваны — их тела были умащены маслом.
Verse 30
वराहेण दशग्रीवश्शिंशुमारेण चेन्द्रजित्।।5.27.30।।उष्ट्रेण कुम्भकर्णश्च प्रयाता दक्षिणां दिशम्।
Дашагрива выступил верхом на вепре; Индраджит — на шишумаре; а Кумбхакарна — на верблюде, направляясь к южной стороне света.
Verse 31
एकस्तत्र मया दृष्टः श्वेतच्छत्रो विभीषणः।।5.27.31।।शुक्लमाल्याम्बरधरः शुक्लगन्धानुलेपनः।
Там я увидел Вибхишану одного под белым зонтом — в белых гирляндах и одеждах, умащённого белой сандаловой пастой.
Verse 32
शङ्खदुन्धुभिनिर्घोषैर्नृत्तगीतैरलङ्कृतः।।5.27.32।।आरुह्य शैलसङ्काशं मेघस्तनितनिस्स्वनम्।चतुर्दन्तं गजं दिव्यमास्ते तत्र विभीषणः।।5.27.33।।चतुर्भिस्सचिवैः सार्थं वैहायसमुपस्थितः।
Его чествовали гулом раковин и барабанов, украшая торжество пляской и песнопением.
Verse 33
शङ्खदुन्धुभिनिर्घोषैर्नृत्तगीतैरलङ्कृतः।।5.27.32।।आरुह्य शैलसङ्काशं मेघस्तनितनिस्स्वनम्।चतुर्दन्तं गजं दिव्यमास्ते तत्र विभीषणः।।5.27.33।।चतुर्भिस्सचिवैः सार्थं वैहायसमुपस्थितः।
Вибхишана взошёл на дивного слона с четырьмя бивнями — огромного, как гора, и гремящего, словно громовые тучи; в сопровождении четырёх советников он поднялся в небеса.
Verse 34
समाजश्च मया दृष्टो गीतवादित्रनिःस्वनः।।5.27.34।। पिबतां रक्तमाल्यानां रक्षसां रक्तवाससाम्।
Я также увидел собравшуюся толпу ракшасов, шумную от песен и музыки: они пили, носили красные гирлянды и красные одежды.
Verse 35
लङ्का चेयं पुरी रम्या सवाजिरथकुञ्जराः।।5.27.35।।सागरे पतिता दृष्टा भग्नगोपुरतोरणा।
Эту прекрасную Ланку, с её конями, колесницами и слонами, я увидел павшей в море, с разрушенными надвратными башнями и арками.
Verse 36
लङ्का दृष्टा मया स्वप्ने रावणेनाभिरक्षिता।।5.27.36।। दग्धा रामस्य दूतेन वानरेण तरस्विना।
Во сне я увидел Ланку: хоть и охраняемую Раваной, она была сожжена могучим ванарой — посланником Рамы.
Verse 37
पीत्वा तैलं प्रनृत्ताश्च प्रहसन्त्यो महास्वनाः।।5.27.37।। लङ्कायां भस्मरूक्षायां सर्वा राक्षसस्त्रियः।
В Ланке, ставшей сухой и пепельной, все женщины-ракшаси, выпив масла, плясали, хохотали и громко кричали.
Verse 39
अपगच्छत नश्यध्वं सीतामाप्नोति राघवः।।5.27.39।।घातयेत्परमामर्षी युष्मान्सार्थं हि राक्षसैः।
Уйдите немедля, иначе погибнете. Рагхава вернёт Ситу и, в высшей ярости, истребит вас вместе с ракшасами.
Verse 40
प्रियां बहुमतां भार्यां वनवासमनुव्रताम्।।5.27.40।।भर्त्सितां तर्जितां वापि नानुमंस्यति राघवः।
Рагхава этого не стерпит — будь она обругана или даже запугана: его возлюбленная, глубоко чтимая супруга, последовавшая за ним в лесное изгнание.
Verse 41
तदलं क्रूरवाक्यैश्च सान्त्वमेवाभिधीयताम्।।5.27.41।।अभियाचाम वैदेहीमेतद्धि मम रोचते।
Довольно жестоких речей; пусть звучат лишь слова утешения. Попросим прощения у Вайдэхи — таков путь, который я одобряю.
Verse 42
यस्यामेवंविधः स्वप्नो दुःखितायां प्रदृश्यते।।5.27.42।।सा दुःखैर्विविधैर्मुक्ता प्रियं प्राप्नोत्यनुत्तमम्।
Когда скорбящая женщина видит такой сон, она освобождается от многих печалей и достигает несравненного счастья.
Verse 43
भर्त्सितामपि याचध्वं राक्षस्यः किं विवक्षया।।5.27.43।।राघवाद्धि भयं घोरं राक्षसानामुपस्थितम्।
О ракшаси, даже если вы её запугивали, теперь просите её — к чему колебаться? Ибо от Рагхавы на ракшасов надвинулся ужасный страх.
Verse 44
प्रणिपातप्रसन्ना हि मैथिली जनकात्मजा।।5.27.44।।अलमेषा परित्रातुं राक्षस्यो महतो भयात्।
Ибо Майтхили, дочь Джанаки, благосклонна к тому, кто смиренно простирается ниц; она способна, о ракшаси, спасти вас от великого страха.
Verse 45
अपि चास्या विशालाक्ष्या न किंचिदुपलक्षये।।5.27.45।।विरूपमपि चाङ्गेषु सुसूक्ष्ममपि लक्षणम्।
И к тому же в этой широкоокой госпоже я не замечаю ни малейшего дурного признака: ни уродства, ни злого знамения — даже самого тонкого — на её членах.
Verse 46
छायावैगुण्यमात्रं तु शङ्के दुःखमुपस्थितम्।।5.27.46।। अदुःखार्हामिमां देवीं वैहायसमुपस्थिताम्।
Я подозреваю лишь лёгкое померкновение сияния — знак того, что скорбь приблизилась; эта благородная госпожа, недостойная страдания, изменилась в лице от горя.
Verse 47
अर्थसिद्धिं तु वैदेह्याः पश्याम्यहमुपस्थिताम्।।5.27.47।।राक्षसेन्द्रविनाशं च विजयं राघवस्य च।
Я вижу, что исполнение дела Вайдэхи близко; и вижу также гибель владыки ракшасов и победу Рагхавы.
Verse 48
निमित्तभूतमेतत्तु श्रोतुमस्या महत्प्रियम्।।5.27.48।।दृश्यते च स्फुरच्चक्षुः पद्मपत्रमिवायतम्।
Это, воистину, стало предзнаменованием того, что она услышит великую радостную весть; и видно, как подрагивает её глаз, длинный, словно лепесток лотоса.
Verse 49
ईषच्छ हृषितो वास्या दक्षिणाया ह्यदक्षिणः।।5.27.49।।अकस्मादेव वैदेह्या बाहुरेकः प्रकम्पते।
И словно слегка обрадовавшись, левая рука Вайдэхи —хотя она женщина благого знамения— внезапно задрожала.
Verse 50
करेणुहस्तप्रतिम स्सव्यश्चोरुरनुत्तमः।।5.27.50।।वेपमानः सूचयति राघवं पुरतः स्थितम्।
Её превосходное левое бедро, подобное хоботу слонихи, дрожит, словно указывая, что Рагхава (Рама) стоит перед нею.
Verse 51
पक्षी च शाखानिलयं प्रविष्टःपुनः पुनश्चोत्तमसान्त्ववादी।सुस्वागतां वाचमुदीरयानः पुनःपुनश्चोदयतीव हृष्टः।।5.27.51।।
И птица, снова и снова влетая в своё лиственное убежище среди ветвей, издавала превосходные, утешительные звуки; произнося как бы слова приветствия, она, радостная, словно вновь и вновь побуждала её воспрянуть духом.
The rākṣasīs face a dharma-crisis: whether to execute coercive violence against a captive (Sītā) or restrain themselves. Trijaṭā’s intervention redirects them from cruelty to conciliation and seeking pardon, framing violence as self-destructive under approaching moral consequence.
Nimitta (omens) functions as ethical cognition: signs are meaningful when they prompt right action—restraint, accountability, and alignment with dharma. Even antagonists are urged to choose repentance over escalation when confronted with the inevitability of just outcomes.
Laṅkā and the sāgara (ocean) appear as key spatial markers; the southern direction (Yama-dik) operates as a cultural map of inauspicious destiny. Iconic objects—Puṣpaka vimāna, ivory palanquin, four-tusked elephant, conches and drums—encode royal legitimacy and its reversal.
Read Valmiki Ramayana in the Vedapath app
Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.