Ramayana Bala Kanda Sarga 4
Bala KandaSarga 432 Verses

Sarga 4

कुशिलवगानप्रशंसा — The Commissioning and Public Performance of the Rāmāyaṇa

बालकाण्ड

В Сарге 4 «Рамаяна» утверждается как авторское, обучаемое и исполняемое itihāsa-kāvya. Вальмики, названный божественным риши, создает полное жизнеописание Рамы — как он вновь обретает царство — и прямо задает канонический масштаб поэмы: 24 000 стихов, шесть kāṇḍa и добавочный «Уттара». Затем поэт размышляет, кто достоин надлежащего исполнения. Приходят Куша и Лава в одеждах аскетов; их узнают как царских сыновей, знающих дхарму, и посвящают, чтобы поэма стала «питанием и укреплением Вед» (vedopabṛṃhaṇa). Их выступление описано техническими музыкальными признаками: речитатив и песнопение, три меры темпа, семь нот, ритмика струнного инструмента и множество рас (эстетических настроений), представляя эпос как многомодальный культурный дар. В собраниях мудрецов и на городских улицах их пение вызывает слезы и славословие; приносятся дары. Позднее Рама встречает их, принимает во дворце и просит торжественного исполнения в царской сабхе, где переживание становится непосредственным — словно события прошлого происходят сейчас.

Shlokas

Verse 1

प्राप्तराज्यस्य रामस्य वाल्मीकिर्भगवानृषि:।चकार चरितं कृत्स्नं विचित्रपदमात्मवान्।।1.4.1।।

Благословенный риши Вальмики, наделённый духовным прозрением, сложил в дивно разнообразных стихах полное повествование о Раме, вновь обретшем своё царство.

Verse 2

चतुर्विंशत्सहस्राणि श्लोकानामुक्तवानृषि:।तथा सर्गशतान्पञ्च षट्काण्डानि तथोत्तरम् ।।1.4.2।।

Риши произнёс двадцать четыре тысячи шлок и расположил их также в пятьсот сарг: шесть канд, а сверх того — часть Уттара.

Verse 3

कृत्वापि तन्महाप्राज्ञस्सभविष्यं सहोत्तरम्।चिन्तयामास कोन्वेतत्प्रयुञ्जीयादिति प्रभु:।।1.4.3।।

Сотворив то великое произведение — «Рамаяну» — вместе с тем, что предстояло, и с последующим продолжением (Уттара), мудрец, прозорливый и могучий, задумался: «Кто же сможет исполнить эту поэму как должно?»

Verse 4

तस्य चिन्तयमानस्य महर्षेर्भावितात्मन:।अगृह्णीतां तत: पादौ मुनिवेषौ कुशीलवौ ।।1.4.4।।

Когда великий риши, обуздавший себя и внутренне очищенный, ещё размышлял, Куша и Лава, в одеждах отшельников, подошли и с благоговением припали к его стопам.

Verse 5

कुशीलवौ तु धर्मज्ञौ राजपुत्रौ यशस्विनौ।भ्रातरौ स्वरसम्पन्नौ ददर्शाश्रमवासिनौ ।।1.4.5।।

Мудрец увидел двух братьев — Кушу и Лаву: славных царевичей, знающих дхарму, одарённых мелодичным голосом, живущих в ашраме.

Verse 6

स तु मेधाविनौ दृष्ट्वा वेदेषु परिनिष्ठितौ।वेदोपबृंहणार्थाय तावग्राहयत प्रभु:।।1.4.6।।

Увидев их разумными и прочно утвердившимися в ведическом знании, учитель наставил их, чтобы это произведение стало поддержкой и приумножением Вед.

Verse 7

काव्यं रामायणं कृत्स्नं सीतायाश्चरितं महत्।पौलस्त्यवधमित्येव चकार चरितव्रत:।।1.4.7।।

Вальмики, верный своему обету, создал целиком поэму «Рамаяна» — великое повествование о жизни Ситы — и также рассказ о гибели Паулатья (Раваны).

Verse 8

पाठ्ये गेये च मधुरं प्रमाणैस्त्रिभिरन्वितम्।जातिभिस्सप्तभिर्बद्धं तन्त्रीलयसमन्वितम्।।1.4.8।। रसैश्शृङ्गारकारुण्यहास्यवीरभयानकै:।रौद्रादिभिश्च संयुक्तं काव्यमेतदगायताम्।।1.4.9।। तौ तु गान्धर्वतत्त्वज्ञौ मूर्छनास्थानकोविदौ।भ्रातरौ स्वरसम्पन्नौ गन्धर्वाविव रूपिणौ।।1.4.10।। रूपलक्षणसम्पन्नौ मधुरस्वरभाषिणौ।बिम्बादिवोद्धृतौ बिम्बौ रामदेहात्तथाऽपरौ।।1.4.11।।

Та поэма была сладостна и для чтения, и для пения; она сообразована с тремя ритмическими мерами, связана семью музыкальными ладами и согласована с темпом струн и лая. Наделённая расами — любовью, состраданием, смехом, героизмом, страхом, а также гневом и прочими — её воспели два брата. Знающие сущность гандхарвской музыки, искусные в мелодических переходах и высотах звучания, одарённые прекрасным голосом, они казались гандхарвами в человеческом облике. Совершенные обликом и знаками, мягкие в речи и тоне, они были словно два отражения, извлечённые из самого тела Рамы.

Verse 9

पाठ्ये गेये च मधुरं प्रमाणैस्त्रिभिरन्वितम्।जातिभिस्सप्तभिर्बद्धं तन्त्रीलयसमन्वितम्।।1.4.8।। रसैश्शृङ्गारकारुण्यहास्यवीरभयानकै:।रौद्रादिभिश्च संयुक्तं काव्यमेतदगायताम्।।1.4.9।। तौ तु गान्धर्वतत्त्वज्ञौ मूर्छनास्थानकोविदौ।भ्रातरौ स्वरसम्पन्नौ गन्धर्वाविव रूपिणौ।।1.4.10।। रूपलक्षणसम्पन्नौ मधुरस्वरभाषिणौ।बिम्बादिवोद्धृतौ बिम्बौ रामदेहात्तथाऽपरौ।।1.4.11।।

Та поэма была сладостна и для чтения, и для пения; она сообразована с тремя ритмическими мерами, связана семью музыкальными ладами и согласована с темпом струн и лая. Наделённая расами — любовью, состраданием, смехом, героизмом, страхом, а также гневом и прочими — её воспели два брата. Знающие сущность гандхарвской музыки, искусные в мелодических переходах и высотах звучания, одарённые прекрасным голосом, они казались гандхарвами в человеческом облике. Совершенные обликом и знаками, мягкие в речи и тоне, они были словно два отражения, извлечённые из самого тела Рамы.

Verse 10

पाठ्ये गेये च मधुरं प्रमाणैस्त्रिभिरन्वितम्।जातिभिस्सप्तभिर्बद्धं तन्त्रीलयसमन्वितम्।।1.4.8।। रसैश्शृङ्गारकारुण्यहास्यवीरभयानकै:।रौद्रादिभिश्च संयुक्तं काव्यमेतदगायताम्।।1.4.9।। तौ तु गान्धर्वतत्त्वज्ञौ मूर्छनास्थानकोविदौ।भ्रातरौ स्वरसम्पन्नौ गन्धर्वाविव रूपिणौ।।1.4.10।। रूपलक्षणसम्पन्नौ मधुरस्वरभाषिणौ।बिम्बादिवोद्धृतौ बिम्बौ रामदेहात्तथाऽपरौ।।1.4.11।।

Те два брата, сведущие в законах гандхарвской музыки, искусные в ладовых построениях и высотных опорах, обладали прекрасным голосом — словно гандхарвы в человеческом облике.

Verse 11

पाठ्ये गेये च मधुरं प्रमाणैस्त्रिभिरन्वितम्।जातिभिस्सप्तभिर्बद्धं तन्त्रीलयसमन्वितम्।।1.4.8।। रसैश्शृङ्गारकारुण्यहास्यवीरभयानकै:।रौद्रादिभिश्च संयुक्तं काव्यमेतदगायताम्।।1.4.9।। तौ तु गान्धर्वतत्त्वज्ञौ मूर्छनास्थानकोविदौ।भ्रातरौ स्वरसम्पन्नौ गन्धर्वाविव रूपिणौ।।1.4.10।। रूपलक्षणसम्पन्नौ मधुरस्वरभाषिणौ।बिम्बादिवोद्धृतौ बिम्बौ रामदेहात्तथाऽपरौ।।1.4.11।।

Наделённые красотой и благими знаками, говорящие сладостным голосом, они казались двумя образами, извлечёнными из первообраза, — словно двумя отражениями, будто взятыми из самого тела Рамы.

Verse 12

तौ राजपुत्रौ कार्त्स्न्येन धर्म्यमाख्यानमुत्तमम्। वाचोविधेयं तत्सर्वं कृत्वा काव्यमनिन्दितौ।।1.4.12।। ऋषीणां च द्विजातीनां साधूनां च समागमे।यथोपदेशं तत्त्वज्ञौ जगतुस्सुसमाहितौ।।1.4.13।।

Те два царевича, безупречные, целиком облекли высочайшее повествование, основанное на дхарме, в поэму, подвластную слову, и в совершенстве выучили наизусть всё произведение.

Verse 13

तौ राजपुत्रौ कार्त्स्न्येन धर्म्यमाख्यानमुत्तमम्। वाचोविधेयं तत्सर्वं कृत्वा काव्यमनिन्दितौ।।1.4.12।। ऋषीणां च द्विजातीनां साधूनां च समागमे।यथोपदेशं तत्त्वज्ञौ जगतुस्सुसमाहितौ।।1.4.13।।

На собраниях риши, дважды-рождённых и праведников эти двое, знающие истину и пребывающие в полном сосредоточении, воспевали его в точности так, как были наставлены.

Verse 14

महात्मानौ महाभागौ सर्वलक्षणलक्षितौ। तौ कदाचित्समेतानामृषीणां भावितात्मनाम्।आसीनानां समीपस्थाविदं काव्यमगायताम्।।1.4.14।।

Два эти великодушные и весьма благословенные царевичи, отмеченные всеми благими знаками, однажды встали близ собрания почтенных риши, сидевших в сосредоточении, и воспели эту священную эпопею.

Verse 15

तच्छ्रुत्वा मुनयस्सर्वे बाष्पपर्याकुलेक्षणा:। साधुसाध्विति तावूचु: परं विस्मयमागता:।।1.4.15।।

Услышав это, все муни, с глазами, затуманенными слезами, пришли в величайшее изумление и воскликнули им обоим: «Превосходно! Превосходно!»

Verse 16

ते प्रीतमनसस्सर्वे मुनयो धर्मवत्सला:।प्रशशंसु: प्रशस्तव्यौ गायमानौ कुशीलवौ।।1.4.16।।

Все муни, любящие дхарму и радостные сердцем, восхваляли достойных хвалы певцов — Кушу и Лаву, пока те продолжали своё пение.

Verse 17

अहो गीतस्य माधुर्यं श्लोकानां च विशेषत:।चिरनिर्वृत्तमप्येतत्प्रत्यक्षमिव दर्शितम्।।1.4.17।।

Слушатели воскликнули: «О, как сладостно это пение, особенно эти шлоки! Хотя события давно минули, они явлены так, словно мы видим их собственными глазами».

Verse 18

प्रविश्य तावुभौ सुष्ठु भावं सम्यगगायताम्। सहितौ मधुरं रक्तं सम्पन्नं स्वरसम्पदा।।1.4.18।।

Полностью войдя в надлежащее настроение, они оба пели безупречно — вместе, в унисон, сладостно и пленительно, богато одарённые полнотой ладов и нот.

Verse 19

एवं प्रशस्यमानौ तौ तपश्श्लाघ्यैर्महात्मभि:।संरक्ततरमत्यर्थं मधुरं तावगायताम्।।1.4.19।।

Так, восхваляемые великими душами, прославленными подвигом аскезы, те двое продолжали петь — всё более пленительно и необычайно сладостно.

Verse 20

प्रीत: कश्चिन्मुनिस्ताभ्यां संस्थित: कलशं ददौ।प्रसन्नो वल्कलं कश्चिद्ददौ ताभ्यां महायशा:।।1.4.20।।

Один сидевший там муни, довольный, подал им обоим калашу — сосуд для воды; другой же славный муни, обрадованный, даровал им одежды из коры.

Verse 21

आश्चर्यमिदमाख्यानं मुनिना सम्प्रकीर्तितम्।परं कवीनामाधारं समाप्तं च यथाक्रमम्।।1.4.21।।

Это дивное сказание, возвещённое муни и завершённое в должной последовательности, является высшей опорой для поэтов.

Verse 22

अभिगीतमिदं गीतं सर्वगीतेषु कोविदौ।आयुष्यं पुष्टिजनकं सर्वश्रुतिमनोहरम्।।1.4.22।। प्रशस्यमानौ सर्वत्र कदाचित्तत्र गायकौ ।रथ्यासु राजमार्गेषु ददर्श भरताग्रज:।।1.4.23।।

Искусные во всех видах пения, те двое превосходно исполнили эту песнь — усладу для всякого слушателя, дарующую долголетие и приносящую питание, силу и благополучие.

Verse 23

अभिगीतमिदं गीतं सर्वगीतेषु कोविदौ।आयुष्यं पुष्टिजनकं सर्वश्रुतिमनोहरम्।।1.4.22।। प्रशस्यमानौ सर्वत्र कदाचित्तत्र गायकौ ।रथ्यासु राजमार्गेषु ददर्श भरताग्रज:।।1.4.23।।

Прославляемые повсюду, однажды там Рама, старший брат Бхараты, увидел двух певцов, когда они пели на улицах и на царских дорогах.

Verse 24

स्ववेश्म चानीय तदा भ्रातरौ स कुशीलवौ।पूजयामास पूजार्हौ रामश्शत्रुनिबर्हण:।।1.4.24।।

Тогда Рама, сокрушитель врагов, привёл братьев Кушу и Лаву в своё жилище и воздал им подобающие почести и гостеприимство, ибо они были достойны поклонения.

Verse 25

आसीन: काञ्चने दिव्ये स च सिंहासने प्रभु:।उपोपविष्टस्सचिवैर्भ्रातृभिश्च परन्तप:।।1.4.25।।

Рама, укротитель врагов, восседал на дивном золотом троне, а рядом с ним находились его советники и братья.

Verse 26

दृष्ट्वा तु रूपसम्पन्नौ तावुभौ नियतस्तथा।उवाच लक्ष्मणं रामश्शत्रुघ्नं भरतं तदा।।1.4.26।।

Увидев тех двух юношей, прекрасных обликом, Рама, спокойный и владеющий собой, тогда обратился к Лакшмане, Шатругхне и Бхарате.

Verse 27

श्रूयतामिदमाख्यानमनयोर्देववर्चसो:।विचित्रार्थपदं सम्यग्गायकौ तावचोदयत्।।1.4.27।।

«Да будет выслушано это сказание, воспетое этими двумя, сияющими, как девы, богатое разнообразием смысла и слов». Сказав так, он побудил обоих певцов начать.

Verse 28

तौ चापि मधुरं रक्तं स्वञ्चितायतनिस्वनम् ।तन्त्रीलयवदत्यर्थं विश्रुतार्थमगायताम् ।।1.4.28।।

И те двое также пели — сладостно и чарующе, с обильным, ровно выверенным звучанием; соблюдая лад струнного сопровождения, они ясно и мощно передавали смысл.

Verse 29

ह्लादयत्सर्वगात्राणि मनांसि हृदयानि च।श्रोत्राश्रयसुखं गेयं तद्बभौ जनसंसदि।।1.4.29।।

Та песнь засияла в собрании, радуя всё существо — чувства, ум и сердце; она была приятна слуху и умиротворяла тех, кто внимал ей.

Verse 30

इमौ मुनी पार्थिवलक्षणान्वितौकुशीलवौ चैव महातपस्विनौ।ममापि तद्भूतिकरं प्रवक्ष्यतेमहानुभावं चरितं निबोधत।।1.4.30।।

Рама обратился к собранию: «Эти двое — муни, наделённые царственными признаками; это Куша и Лава, великие подвижники и вместе с тем искусные певцы. Они поведают благородное и глубокое сказание, полезное даже для меня. Внимайте ему со всем усердием».

Verse 31

ततस्तु तौ रामवच:प्रचोदितावगायतां मार्गविधानसम्पदा।स चापि राम: परिषद्गतः शनैर्बुभूषयासक्तमना बभूव।।1.4.31।।

Тогда, побуждённые словами Рамы, они оба воспели, соблюдая совершенную дисциплину классического пути «марга». И сам Рама, сидя в собрании, постепенно сосредоточил ум — стремясь к внутренней тишине — и внимал их пению.

Verse 32

Тогда, побуждённые словами Рамы, они оба воспели, соблюдая совершенную дисциплину классического пути «марга». И сам Рама, сидя в собрании, постепенно сосредоточил ум — стремясь к внутренней тишине — и внимал их пению.

Frequently Asked Questions

The pivotal action is the ethical authorization of narration: Vālmīki seeks a competent performer for a dharmic history, then initiates Kuśa and Lava—royal by birth yet ascetic by discipline—showing that legitimacy to transmit sacred-cultural memory rests on conduct, training, and restraint rather than status alone.

The sarga teaches that itihāsa becomes living guidance when preserved through disciplined pedagogy and aesthetically precise performance; rasa and musical structure are not mere ornament but instruments that render dharma experientially intelligible to both ascetic and civic audiences.

Culturally, the sarga highlights the transition from hermitage instruction to public and royal dissemination—assemblies of ṛṣis, streets and royal roads, and the palace court—alongside classical performance markers such as mārga-gāna, seven notes, three tempo-measures, and string-instrument timing.

Read Valmiki Ramayana in the Vedapath app

Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.

Continue reading in the Vedapath app

Open in App