Ramayana Ayodhya Kanda Sarga 11
Ayodhya KandaSarga 1129 Verses

Sarga 11

कैकेयीवरप्रार्थना — Kaikeyi Demands the Two Boons

अयोध्याकाण्ड

В Сарге 11 Кайкейи, видя, что Дашаратха одолеваем желанием и слабостью, вынуждает его произнести ясную клятву. Царь снова и снова клянётся—призывая даже жизнь и достоинство Рамы—что исполнит любое её желание. Чтобы придать обету высшую торжественность, Кайкейи призывает в свидетели Солнце и Луну, стороны света, планеты, гандхарвов, ракшасов, домашних божеств и всех существ, превращая частное обещание в почти публичный завет. Она напоминает о прежнем эпизоде войны дайва-асура, когда спасла царя и получила два дара, «хранимые как вклад», и теперь требует их как должное. Её два требования сформулированы с процедурной точностью: (1) возвести Бхарату на престол теми же принадлежностями, что были приготовлены для коронации Рамы; (2) отправить Раму в Дандакаранью на четырнадцать лет, чтобы он жил как отшельник в коре и оленьей шкуре, с спутанными волосами. Кайкейи представляет это испытанием царского satya и охраны рода; Дашаратха же, связанный собственными словами, выглядит как человек, попавший в сеть, сплетённую им самим.

Shlokas

Verse 1

तं मन्मथशरैर्विद्धमं कामवेगवशानुगम्।उवाच पृथिवीपालं कैकेयी दारुणं वचः।।।।

К владыке земли — словно пронзённому стрелами Манматхи и увлекаемому напором страсти — Кайкейи обратилась с суровыми и страшными словами.

Verse 2

नास्मि विप्रकृतादेव केनचिन्नावमानिता।अभिप्रायस्तु मे कश्चित्तमिच्छामि त्वया कृतम्।।।।

О царь, никто не причинил мне зла и не унизил меня; но есть у меня намерение, и я желаю, чтобы ты его исполнил.

Verse 3

प्रतिज्ञां प्रतिजानीष्व यदि त्वं कर्तुमिच्छसि।अथ तद्व्याहरिष्यामि यदभिप्रार्थितं मया।।।।

Если ты вправду желаешь исполнить моё желание, прежде дай обет и обещание; лишь тогда я скажу, о чём прошу.

Verse 4

तामुवाच महातेजाः कैकेयीमीषदुत्स्मितः।कामी हस्तेन संगृह्य मूर्धजेषु शुचिस्मिताम्।।।।

Царь, исполненный великого сияния, чуть улыбнувшись, в порыве нежности мягко взял Кайкейи за волосы и обратился к ней, чья улыбка была чиста и светла.

Verse 5

आवलिप्ते न जानासि त्वत्तः प्रियतरो मम।मनुजो मनुजव्याघ्राद्रामादन्यो न विद्यते।।।।

О гордая госпожа, разве ты не знаешь? Для меня нет женщины дороже тебя; а среди мужчин нет иного, кроме Рамы — тигра среди людей.

Verse 6

तेनाजय्येन मुख्येन राघवेण महात्मना।शपे ते जीवनार्हेण ब्रूहि यन्मनसेच्छासि।।।।

Клянусь тебе тем Рагхавой — непобедимым, первейшим, великодушным, достойным долгой жизни: скажи, чего желает твоё сердце?

Verse 7

यं मुहूर्तमपश्यंस्तु न जीवेयमहं ध्रुवम्।तेन रामेण कैकेयि शपे ते वचनक्रियाम्।।।।

О Кайкейи, верно: я не прожил бы и мгновения, не видя его. Тем самым Рамой клянусь исполнить твоё слово, твоё желание.

Verse 8

आत्मना वात्मजैश्चान्यैर्वृणेयं मनुजर्षभम्।तेन रामेण कैकेयि शपे ते वचनक्रियाम्।।।।

Даже если я изберу Раму, лучшего из людей, выше себя, выше своих сыновей и выше всех иных,—о Кайкейи,—тем самым Рамой клянусь исполнить твою просьбу.

Verse 9

भद्रे हृदयमप्येतदनुमृशोद्धरस्व मे।एतत्समीक्ष्य कैकेयि ब्रूहि यत्साधु मन्यसे।।।।

О благородная госпожа, и само моё сердце в смятении; коснись его и выведи меня из этой муки. Обдумав всё, о Кайкейи, скажи, что ты считаешь правильным.

Verse 10

बलमात्मनि जानन्ती न मां शङ्कितुमर्हसि।करिष्यामि तव प्रीतिं सुकृतेनापि ते शपे।।।।

Зная, какую власть ты имеешь надо мной, тебе не следует сомневаться во мне. Клянусь своей заслугой: я сделаю то, что доставит тебе радость.

Verse 11

सा तदर्थमना देवी तमभिप्रायमागतम्।निर्माध्यस्थ्याच्च हर्षाच्च बभाषे दुर्वचं वचः।।।।

Та царица — умом устремлённая к своей цели — в радости и не видя середины, произнесла слова, которые тяжело вымолвить.

Verse 12

तेन वाक्येन संहृष्टा तमभिप्रायमागतम्।व्याजहार महाघोरमभ्यागतमिवान्तकम्।।।।

Обрадованная его словами, она высказала возникшее в ней намерение — ужасающе страшное, словно смерть, пришедшая внезапно.

Verse 13

यथा क्रमे शपसि वरं मम ददासि च।तच्छृण्वन्तु त्रयस्त्रिंशद्देवास्साग्निपुरोगमाः।।।।

Раз ты, шаг за шагом, клянешься и даруешь мне дар, пусть услышат это в свидетели Тридцать три бога во главе с Агни.

Verse 14

चन्द्रादित्यौ नभश्चैव ग्रहा रात्र्यहनी दिशः।जगच्च पृथिवी चेयं सगन्धर्वा सराक्षसा।।।।निशाचराणि भूतानि गृहेषु गृहदेवता।यानि चान्यानि भूतानि जानीयुर्भाषितं तव।।।।

Пусть Луна и Солнце, небо, планеты, ночь и день и стороны света; пусть мир и эта земля — вместе с гандхарвами и ракшасами — пусть ночные существа, домашние божества в жилищах и все прочие существа узнают твою произнесённую клятву.

Verse 15

चन्द्रादित्यौ नभश्चैव ग्रहा रात्र्यहनी दिशः।जगच्च पृथिवी चेयं सगन्धर्वा सराक्षसा।।2.11.14।।निशाचराणि भूतानि गृहेषु गृहदेवता।यानि चान्यानि भूतानि जानीयुर्भाषितं तव।।2.11.15।।

Пусть Луна и Солнце, небо, планеты, ночь и день, стороны света, мир и эта земля — вместе с гандхарвами и ракшасами — а также ночные существа, домашние божества и все прочие существа узнают твою произнесённую клятву.

Verse 16

सत्यसन्धो महातेजाः धर्मज्ञः सुसमाहितः।वरं मम ददात्येष तन्मे श्रृण्वन्तु दैवताः।।।।

Он верен истине, велик в сиянии, знающий дхарму и собранный духом; этот человек дарует мне дар. Пусть боги услышат это ради меня.

Verse 17

इति देवी महेष्वासं परिगृह्याभिशस्य च।ततः परमुवाचेदं वरदं काममोहितम्।।।।

Так сказала царица; обняв великого лучника и осыпая его лестью, она затем обратилась к дарующему милость, уже ослеплённому желанием.

Verse 18

स्मर राजन् पुरावृत्तं तस्मिन् दैवासुरे रणे।तत्र चाच्यावयच्छत्रुस्तव जीवितमन्तरा।।।।

Вспомни, о царь, давнее событие в той войне между девами и асурами: там враг сокрушил всё, что было твоим, оставив тебе лишь жизнь.

Verse 19

तत्र चापि मया देव यत्त्वं समभिरक्षितः।जाग्रत्या यतमानायास्ततो मे प्राददा वरौ।।।।

Там же, о царь, я также охраняла тебя; ибо я бодрствовала и старалась спасти тебя, и потому ты даровал мне два дара.

Verse 20

तौ तु दत्तौ वरौ देव निक्षेपौ मृगयाम्यहम्।तथैव पृथिवीपाल सकाशे सत्यसङ्गर।।।।

О царь, хранитель земли, стойкий в истине: ныне я требую те два дара, что ты мне дал, как бы оставленные у тебя на хранение до срока.

Verse 21

तत् प्रतिश्रुत्य धर्मेण न चेद्दास्यसि मे वरम्।अद्यैव हि प्रहास्यामि जीवितं त्वद्विमानिता।।।।

Если, пообещав согласно дхарме, ты не даруешь мне моего дара, то я — униженная тобою — оставлю жизнь уже сегодня.

Verse 22

वाङ्मात्रेण तदा राजा कैकेय्या स्ववशे कृतः।प्रचस्कन्द विनाशाय पाशं मृग इवात्मनः।।।।

Тогда царь, одними лишь словами приведённый Кайкейи под её власть, устремился к собственной погибели — словно олень, прыгающий в силок, что его же и губит.

Verse 23

ततः परमुवाचेदं वरदं काममोहितम्।वरौ यौ मे त्वया देव तदा दत्तौ महीपते।।।।तौ तावदहमद्यैव वक्ष्यामि शृणु मे वचः।

Затем она обратилась к царю, дарующему милости, ослеплённому желанием: «О владыка земли, о царь, два дара, что ты некогда мне даровал, я ныне назову. Выслушай мои слова».

Verse 24

अभिषेकसमारम्भो राघवस्योपकल्पितः।।।।अनेनैवाभिषेकेण भरतो मेऽभिषिच्यताम्।

Приготовления к помазанию Рагхавы уже завершены; этими же самыми принадлежностями коронации да будет помазан на царство мой сын Бхарата.

Verse 25

यो द्वितीयो वरो देव दत्तः प्रीतेन मे त्वया।।।।तदा दैवासुरे युद्धे तस्य कालोऽयमागत।

А второй дар, о царь, который ты в радости даровал мне тогда, во время войны богов и асуров, — ныне пришёл срок привести его в исполнение.

Verse 26

नव प़ञ्च च वर्षाणि दण्डकारण्यमाश्रितः।।।।चीराजिनजटाधारी रामो भवतु तापसः।

На четырнадцать лет пусть Рама удалится в лес Дандака; в одежде из коры и оленьей шкуры, с спутанными космами, пусть живёт как подвижник-аскет.

Verse 27

भरतो भजतामद्य यौवराज्यमकण्टकम्।।।।एष मे परमः कामो दत्तमेव वरं वृणे।अद्य चैव हि पश्येयं प्रयान्तं राघवं वनम्।।।।

Пусть Бхарата уже сегодня примет сан ювараджи, без соперника и без помех. Это моё высшее желание; я требую уже дарованный мне дар. И сегодня же пусть я увижу, как Рагхава уходит в лес.

Verse 28

भरतो भजतामद्य यौवराज्यमकण्टकम्।।2.11.27।।एष मे परमः कामो दत्तमेव वरं वृणे।अद्य चैव हि पश्येयं प्रयान्तं राघवं वनम्।।2.11.28।।

Пусть Бхарата сегодня же примет княжеское регентство без противодействия. Это моё высшее желание; я требую обещанный дар. И сегодня же пусть я стану свидетелем ухода Рагхавы в лес.

Verse 29

स राजराजः भव सत्यसङ्गरःकुलं च शीलं च हि रक्ष जन्म च।परत्रवासे हि वदन्त्यनुत्तमंतपोधनास्सत्यवचो हितं नृणाम्।।।।

Будь царём царей, стойким в истине. Храни свой род, своё благонравие и благородное происхождение. Ибо мудрецы, чьё богатство — подвижничество, говорят: для блага людей нет превосходства выше правдивости, ибо она дарует благополучие в мире ином.

Frequently Asked Questions

The central dharma-saṅkaṭa is Daśaratha’s collision between paternal affection and royal truthfulness: after swearing repeatedly to fulfill Kaikeyī’s desire, he becomes ethically bound to enact actions that destabilize succession—crowning Bharata and exiling Rāma—because the vow itself is treated as inviolable.

The sarga teaches that speech, especially oath-speech, is a moral instrument with real-world consequences: satya is upheld as a supreme virtue, yet the text also warns that unguarded promises made under passion can become traps that reorder personal, familial, and political realities.

Daṇḍakāraṇya is foregrounded as the destination of enforced ascetic exile, while the consecration setting in Ayodhyā is implied through the ‘abhiṣeka’ materials; culturally, the chapter highlights oath-witnessing practices by invoking cosmic forces and household deities as guarantors of a king’s promise.

Read Valmiki Ramayana in the Vedapath app

Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.

Continue reading in the Vedapath app

Open in App