Shloka 26
अथेन्द्रस्य महाघोरं सोडसृजच्छत्रुमेव हि
atha indrasya mahāghoraṃ so 'sṛjac chatrum eva hi | agnāv āhutim ādhāya munir indrasya vai ripum || tasya nāma mada iti | sa mukham prasārya tiṣṭhaty āsīt | tasya adhoṣṭhaḥ pṛthivyāṃ saṃspṛṣṭaḥ, ūrdhvoṣṭha ākāśaṃ spṛśati | tasya mukhe sahasraṃ dantāḥ, te ca śata-śata-yojanocchritāḥ | tasya dāḍhā bhīṣaṇā dve-dve-śata-yojanāyāmāḥ | atha devaḥ sendrāḥ sarve tasya jihvā-mūle samāpatanta, yathā mahāsāgare bahavo matsyāḥ timi-nāmnaḥ mahāmatsyasya mukhe patanti ||
Чьявана сказал: Тогда великий мудрец, возлив возлияния в огонь, породил для Индры поистине ужасного врага — по имени Мада (Опьянение/Гордыня). Он стоял, разинув пасть: нижняя губа прижата к земле, а верхняя касается неба. В его пасти было тысяча зубов, каждый высотой в сто йоджан, а страшные клыки тянулись на двести йоджан. В тот миг все боги вместе с Индрой были втиснуты к самому корню его языка — как в великом океане множество рыб попадает в пасть исполинской рыбы по имени Тими.
च्यवन उवाच
Educational Q&A
The verse dramatizes mada—intoxication and pride—as a devouring force that can overwhelm even the gods. Ethical strength requires humility and self-restraint; otherwise power itself becomes the cause of downfall.
Cyavana performs a fire-offering and manifests a terrifying being named Mada as Indra’s enemy. Mada’s colossal mouth and teeth are described, and the gods with Indra are shown as being driven into its tongue-root, like fish swallowed by the great sea-creature Timi.