
The Extent of Questions: Deathbed Rites, Kāla (Time), and Karma-Vipāka Rebirths
Продолжая диалог Вишну и Гаруды о том, что следует совершать для существ после смерти (ūrdhva-dehika), глава сначала утверждает учение как глубоко сокровенное и направленное на благо. Затем она переходит к практической защите у смертного одра: подготовить освящённую землю в виде maṇḍala, обмазать коровьим навозом, окропить водой, использовать траву darbha/kuśa и кунжут (tilā) как очистители и обереги от тревожащих существ. Текст связывает продолжение рода и действенность обряда с ролью сына/внука в погребальных действиях и возвышает пять (и шесть) «перевозчиков» через saṁsāra — бхакти к Вишну, соблюдение Экадаши (Ekādaśī), почитание Бхагавад-гиты, туласи (tulasī), служение брахманам и коровам — наряду с очистителями tilā и darbha. Далее даётся яркая феноменология умирания под властью Kāla: угасание чувств, страх, посланцы Ямы, восходящее движение udāna-vāyu и нравственные качества, ведущие к мирной смерти либо к суровым последствиям. Наконец, на «второй вопрос» о различии посмертного опыта глава отвечает через karma-vipāka: конкретные грехи порождают определённые болезни, социальные унижения и перерождения в животных, птиц и людей низкого положения, закладывая основу последующих доктринально-ритуальных рассуждений на принципе моральной причинности.
Verse 1
प्रश्रप्रपञ्चो नाम प्रथमो ऽध्यायः श्रीकृष्ण उवाच / साधु पृष्टं त्वया भद्र मानुषाणां हिताय वै / शृणुष्वावहितो भूत्वा सर्वमेवौर्ध्वदैहिकम्
Это первая глава, именуемая «Пространство вопросов». Шри Кришна сказал: «О благородный, ты спросил хорошо — воистину ради блага людей. Потому слушай со всем вниманием, пока я излагаю всё о посмертных обрядах и обязанностях (урдхва-дэһика).»
Verse 2
सम्यग्विभेदरहितं श्रुतिस्मृतिसमुद्धृतम् / यन्न दृष्टं सुरैः सेन्द्रैर्योगिभिर्योगचिन्तकैः
Та Реальность, совершенно свободная от всяких различий и утверждённая как сущность, извлечённая из Шрути и Смрити, не была непосредственно узрена ни богами во главе с Индрой, ни йогинами, созерцающими йогу.
Verse 3
गुह्यद्गुह्यतरं तच्च नाख्यातं कस्यचित्क्वचित् / भक्तस्त्वं हि महाभाग वैनतेयं ब्रवीमि ते
Это учение сокровеннее самого сокровенного и никогда, ни в какое время, не было открыто кому-либо. Но поскольку ты — преданный, о великосчастливый Вайнатея (Гаруда), я скажу это тебе.
Verse 4
अपुत्रस्य गतिर्नास्तु स्वर्गो नैव च नैव च / येन केनाप्युपायेन कार्यं जन्म सुतस्य हि
О том, у кого нет сына, говорят: нет для него дальнейшего пути — нет и достижения небес вовсе. Потому любым возможным способом следует устроить рождение сына.
Verse 5
तारयेन्नरकात्पुत्त्रो यदि मोक्षो न विद्यते / स्कन्धः पुत्रेण कर्तव्यो ह्यग्निदाता च पौत्रकः
Если освобождение (мокша) не достигнуто, сын должен спасти отца из ада. Поэтому сын совершает обряд скандха, а внук должен поднести погребальный огонь (агни-дана).
Verse 6
तिलदर्भैश्च भूम्यां वै कुटी ऋतुमती भवेत् / पञ्च रत्नानि वक्त्रे तु येन जीवः प्ररोहति
Если на землю положить кунжут и траву дарбха, то хижина для обряда становится освящённой и уместной по времени. И пять драгоценностей следует вложить в уста — благодаря этому джива (jīva) может восходить и продолжать путь.
Verse 7
यदा पुष्पं प्रनष्टं हि क्व तदा गर्भधारणम् / आदराच्च ततो भूमौ येन गर्भं प्रधार्यते
Когда «месячный цветок» (плодный период) исчезает, как тогда может удержаться зачатие? Потому с должным почтением следует вступать в союз в надлежащее время на земле — так зародыш прочно утверждается и вынашивается.
Verse 8
लेप्या तु गोमयैर्भूमिस्तिलान्दर्भान्विनिः क्षिपेत् / तस्यामेवातुरो मुक्तः सर्वं दहति किल्बिषम्
Следует обмазать землю коровьим навозом и затем рассыпать кунжут и траву дарбха. Когда страдающего кладут на это место, говорится, что оно сжигает все грехи.
Verse 9
दर्भतूली नयेत्स्वर्गमातुरस्य न संशयः / दर्भांस्तत्र क्षिपेद्वाथ तूलीगेन्दुकमध्यतः
Пучковатый шарик из травы дарбха несомненно ведёт умирающего на небеса. Поэтому следует положить туда стебли дарбха — в самую середину этого шара из дарбхи.
Verse 10
सर्वत्र वसुधापूता यत्र लेपो न विद्यते / यत्र लेपः स्थितस्तत्र पुनर्लेपेन शुध्यति
Земля по своей природе чиста повсюду, где нет оскверняющего пятна. А где такое пятно возникло, то самое место вновь очищается, когда его снова обмазывают чистой землёй.
Verse 11
यातुधानाः पिशाचाश्च राक्षसाः क्रूरकर्मिणः / अलेपं ह्यातुरं मुक्तं विशन्त्येते वियोनयः
Ятудханы, пишачи и ракшасы — существа жестоких деяний — входят в того, кто оставлен без защиты, страдает и покинут; это «безутробные», нечеловеческие сущности.
Verse 12
नित्यहोमस्तथा श्राद्धं पादशौचं द्विजे तथा / मण्डलेन विना भूम्यामातुरो मुच्यते न हि
Ежедневная хома, шраддха предкам и омовение стоп — поистине обязанности дважды-рождённого. Но если не поместить больного на земле внутри освящённой мандалы, то страждущий или умирающий не освобождается от уз и тягостных воздействий.
Verse 13
ब्रह्मा विष्णुश्च रुद्रश्च श्रीर्हुताशस्तथैव च / मण्डले चोपतिष्ठन्ति तस्मात्कुर्वीत मण्डलम्
В ритуальной мандале пребывают Брахма, Вишну и Рудра, а также Шри (Лакшми) и Хуташa (Агни). Потому следует приготовить и утвердить мандалу.
Verse 14
अन्यथा म्रियते वालो वृद्धस्तार्क्ष्ययुवाथवा / योन्यन्तरं न गच्छेत्स क्रीडते वायुना सह
Иначе — будь то ребёнок, старец или даже юноша, о Таркшья, — если кто умирает не по должному порядку, он не переходит в иное лоно; вместо этого он блуждает, словно играя, уносимый ветром.
Verse 15
मिश्रितं लोहितामिश्रं तदेवं जन्म जीयते / तस्यैव वायुभूतस्य न श्राद्धं नोदकक्रिया
Когда оно составлено — смешано с кровью и также без крови — так поддерживается рождение и длится жизнь. Но для того, кто стал подобен воздуху, существом vāyu (vāyu-bhūta), нет ни шраддхи (śrāddha), ни обряда водного возлияния (udaka-kriyā).
Verse 16
मम स्वेदसमुद्भूतास्तिलास्तार्क्ष्य पवित्रकाः / असुरा दानवा दैत्या विद्रवन्ति तिलैस्तथा
О Таркшья (Гаруда), семена кунжута рождены из моего пота и по природе своей очищают; потому, когда кунжут употребляют в обрядах, асуры, данавы и дайтьи также обращаются в бегство.
Verse 17
तिलाः श्वेतास्तिला कृष्णास्तिला गोमूत्रसंन्निभाः / दहन्तु ते मे पापानि शरीरेण कृतानि वै
Да сожгут эти семена кунжута — белые, черные и подобные цвету коровьей мочи — мои грехи, воистину грехи, совершенные телом.
Verse 18
एक एव तिलो दत्तो हेमद्रोणतिलैः समः / तर्पणे दानहोमेषु दत्तो भवति चाक्षयः
Даже одно семя кунжута, поднесённое в дар, равно по заслуге золотой мере (drona), наполненной кунжутом. Когда кунжут приносят в тарпане (tarpaṇa), в милостыне и в огненных подношениях (homa), дар становится неистощимым в плоде (akṣaya).
Verse 19
दर्भा रोमसमुद्भूतास्तिलाः स्वेदेषु नान्यथा / देवता दानवास्तृप्ताः श्राद्धेन पितरस्तथा
Говорят, что трава куша (darbha) возникла из волос (священного существа), а семена кунжута — из пота; иного происхождения нет. Обрядом шраддхи (śrāddha) удовлетворяются боги и даже данавы, и так же удовлетворяются питри (Pitṛs), предки.
Verse 20
प्रयोगविधिना ब्रह्मा विश्वं चाप्युपजीवनाम् / अपसव्यादितो ब्रह्मा पितरो देवदेवताः
По надлежащему обрядовому способу Брахма привёл вселенную в движение и поддерживает её, а также средства к жизни. Начиная с обряда апасавья (налево) пребывают Брахма, Питры (предки) и божества, владычествующие над богами.
Verse 21
तेन ते पितरस्तृप्ता अपसव्ये कृते सति / दर्भमूले स्थितो ब्रह्मा मध्ये देवो जनार्दनः
Тем деянием Питры (предки) бывают удовлетворены, когда подношение совершается при ношении священного шнура в апасавья‑положении. У корня травы дарбха восседает Брахма, а посередине пребывает божественный Джанардана (Вишну).
Verse 22
दर्भाग्रे शङ्करं विद्यात्त्रयो देवाः कुशे स्मृताः / विप्रा मन्त्राः कशा वह्निस्तुलसी च खगेश्वर
Знай: на острие травы дарбха присутствует Шанкара (Шива), а три божества поминаются как пребывающие в куше. Брахманы, мантры, обрядовый жезл/плеть (каша), священный огонь (вахни) и также Туласи — о владыка птиц — должны почитаться как действенные святые присутствия в ритуале.
Verse 23
नैते निर्माल्यतां यान्ति क्रियमाणाः पुनः पुनः / तुलसी ब्राह्मणा गावो विष्णुरेकादशी खग
О птица (Гаруда), это никогда не становится «отбросами‑остатками», даже при многократном употреблении: Туласи, брахманы, коровы, Господь Вишну и Экадаши.
Verse 24
पञ्च प्रवहणान्ये भवाब्धौ मज्जतां नृणाम् / विष्णुरेकादशी गीता तुलसी विप्रधेनवः
Для людей, тонущих в океане мирского бытия, есть пять средств переправы: преданность Вишну, соблюдение Экадаши, «Бхагавад‑гита», Туласи и служение/дары брахманам и коровам.
Verse 25
असारे दुर्गसंसारे षट्पदी मुक्तिदायिनी / तिलाः पवित्रमतुलं दर्भाश्चापि तुलस्यथ
В этом трудном и лишённом сущности круговороте сансары шесть священных средств становятся дарующими освобождение. Кунжут — несравненный очиститель; таковы же трава дарбха и туласи.
Verse 26
निवारयन्ति चैतानि दुर्गतिं यान्तमातुरम् / हस्ताभ्यामुद्धरेद्दर्भांस्तोयेन प्रोक्षयेद्भुवि
Эти обряды отвращают тяжкую участь от страждущего, уходящего к несчастью. Обеими руками следует поднять траву дарбха и окропить землю водой.
Verse 27
मृत्युकाले क्षिपेद्दर्भान्करयोरातुरस्य च / दर्भैस्तु क्षिप्यते यो ऽसौ दर्भैस्तु परिवेष्टितः
В час смерти следует вложить траву дарбха в руки умирающего. Ибо уходящий направляется и охраняется дарбхами — положенный с ними и словно окружённый ими.
Verse 28
विष्णुलोके स वै याति मन्त्रहीनो ऽपि मानवः / तूलीं कृत्वा कृतौ पादौ संस्थितौ क्षितिपृष्ठतः
Этот человек воистину достигает мира Вишну, даже без мантр, — сделав подстилку (тӯлӣ) и поставив на неё обе ступни, стоя на поверхности земли.
Verse 29
प्रायाश्चित्तं विशुद्धाग्नौ संसारे ऽसारसागरे / गोमयेनोपलिम्पेत्तु दर्भास्तरणसंस्थिते
Искупление (прая́шчитта) следует совершать перед очищенным священным огнём, ибо эта сансара — океан без подлинной сущности. Место обряда надо обмазать коровьим навозом и сесть на расстеленную траву дарбха.
Verse 30
यने दत्तेन दानेन सर्वं पापं व्यपोहति / लवणं तद्रसं दिव्यं सर्वकामप्रदं नृणाम्
Даянием, принесённым в дар, изгоняется всякий грех. Соль — с её божественным вкусом в этом подношении — становится дарующей людям исполнение всех желаний.
Verse 31
यस्मादन्नरसाः सर्वे नोत्कटा लवणं विना / पितॄणां च प्रियं भव्यं तस्मात्स्वर्गप्रदं भवेत्
Поскольку все вкусы пищи не раскрываются полностью без соли, и поскольку она приятна и дорога Питрам (духам предков), потому соль и называется дарующей небеса, то есть заслугу.
Verse 32
विष्णुदेहसमुद्भूतो यतो ऽयं लवणो रसः / एतत्सलवणं दानं तेन शंसन्ति योगिनः
Поскольку говорится, что эта солёная сущность — соль — произошла из тела Вишну, йогины восхваляют дар пищи, поднесённой вместе с солью (са-лаваṇa-дана).
Verse 33
ब्राह्मणक्षत्त्रियविशां स्त्रीणां शूद्रजनस्य च / आतुरस्य यदा प्राणा न यान्ति वसुधातले
Для брахманов, кшатриев, вайшьев, женщин и шудр — одинаково: когда человек тяжко болен и жизненные дыхания (прана) ещё не покинули его, пока он пребывает на поверхности земли.
Verse 34
लवणं तु तदा देयं द्वारस्योद्वाटनं दिवः / अन्यच्च शृणु पक्षीन्द्र मृत्यो रूपं प्रपञ्चतः
В то время следует непременно дать соль — она словно открывает врата небес. И ещё, о царь птиц (Гаруда), слушай, как я подробно опишу сам облик Смерти.
Verse 35
यस्य कालेन नो यायाद्वियोगः प्राणदेहयोः / प्राणिनश्च स्वसमये मृत्युरत्यन्तविस्मृतिः
Кто же в назначенный час не испытает разлучения праны и тела? Для каждого живого существа смерть приходит в своё время, и в тот миг наступают полное смятение и совершенное забвение.
Verse 36
यथा वायुर्जलधरान्विकर्षति यतस्ततः / तद्वज्जलदवत्तार्क्ष्य कालस्यैव वशानुगाः
Как ветер увлекает дождевые тучи во все стороны, так и ты, о Таркшья (Гаруда), знай: существа, подобно облакам, движимы лишь под властью Времени (Кала).
Verse 37
सात्त्विका राजसाश्चैव तामसा ये च केचन / भावाः कालात्मकाः सर्वे प्रवर्तन्ते हि जन्तुषु
Саттвические, раджасические и тамасические состояния — какими бы они ни были — все имеют природу Времени; воистину, эти состояния действуют в живых существах.
Verse 38
आदित्यश्चन्द्रमाः शम्भुरापो वायुः शतक्रतुः / अग्निः खं पृथिवी मित्र ओषध्यो वसवस्तथा
Адитья (Солнце), Луна, Шамбху (Шива), Воды, Ветер, Шатакрату (Индра), Огонь, Пространство (эфир), Земля, Митра, целебные травы и также Васу — все они признаются и призываются как божественные силы и священные свидетели.
Verse 39
सरितः सागराश्चैव भावाभावौ च सर्पहन् / सर्वे कालेन सृज्यन्ते संक्षिप्यन्ते यथा पुनः
О губитель змея, реки и океаны, равно как бытие и небытие — воистину всё — порождается Временем и Временем же вновь стягивается, изымается и растворяется.
Verse 40
कालेन संह्रियन्ते च नृनं मृत्यावुपस्थिते / दैवयोगात्त्दा व्याधिः कश्चिदुत्पद्यते खग
Когда приходит срок и смерть приближается к людям, тогда — по силе судьбы — возникает некая болезнь, о Птица (Гаруда), и Время уносит их прочь.
Verse 41
वैकल्यमिन्द्रियाणां च बलौ जोरंहसां भवेत् / युगपद्वश्चिककोटिशूकदंशो भवेद्यदि
Возникает расстройство чувств и утрата силы и бодрости — словно в одно мгновение тебя жалят и кусают кроры скорпионов и острые шипы.
Verse 42
तदानुमीयते तेन पीडा मृत्युभवा खग / ततः क्षणेन चैतन्ये विकले जडतां गते
По этому, о Птица (Гаруда), можно заключить о муке, возникающей в час смерти; затем, в одно мгновение, когда сознание ослабевает, человек впадает в бесчувствие.
Verse 43
प्रिचाल्यन्ते ततः प्राणा याम्यैर्निकटवर्तिभिः / बीभत्सं तु तदा रूपं प्राणैः कण्ठगतैर्भवेत्
Затем жизненные дыхания (прана) сотрясаются и гонимы слугами Ямы, стоящими рядом; и тогда, когда дыхание поднимается к горлу, облик человека становится ужасным.
Verse 44
फेमुद्गिरते सो ऽथ मुखं लालाकुलं भवेत् / अङ्गुष्ठमात्रपुरुषो हाहा कुर्वंस्ततस्तनोः
Тогда он изрыгает пену, и рот наполняется слюной. Затем тонкое существо, величиной с большой палец, покидает тело, восклицая: «ха-ха».
Verse 45
तदैव नीयते द्वतैर्याम्यैर्वोक्षन्स्वकं गृहम् / भूय एव हिते तात मृत्युकालदशामिमाम्
В то же мгновение посланники Ямы хватают его и уводят, ведя к своему обиталищу. И снова, о дорогой, ради твоего блага я опишу это состояние, возникающее в час смерти.
Verse 46
अष्मा प्रकुपितः काये तीव्रवायुसमीरितः / भिनत्ति मर्मस्थानानि दीप्यमानो निरिन्धनः
Сгусток, подобный камню, когда он возбуждается в теле и гоним свирепыми ветрами, пронзает жизненно важные узлы; он пылает, словно огонь, даже без топлива.
Verse 47
उदानो नाम पवनस्ततश्चोर्ध्वं प्रवर्तते / भक्तानामबुभुक्षाणामधोगतिनिरोधकृत्
Затем жизненный ветер, именуемый Удана, устремляется вверх; у преданных, свободных от жажды пищи, он пресекает нисходящий путь (в низшие миры).
Verse 48
यैर्नानृतानि चोक्तानि प्रीतिभेदः कृतो न च / आस्तिकः श्रद्दधानश्च स सुखं मृत्युमृच्छति
Тот, кто не говорит лжи и не вносит раскола в узы любви, кто верует и исполнен веры, — тот встречает смерть спокойно.
Verse 49
यो न कामान्न संरंभान्न द्वेषाद्धर्ममुत्सृजेत् / यथोक्तकारी सौम्यश्च स सुखं मृत्युमृच्छति
Тот, кто не оставляет дхарму из-за желаний, порывистой смуты или ненависти, кто поступает как предписано и остаётся кротким, — тот встречает смерть мирно и легко.
Verse 50
मोहज्ञानप्रदातारः प्राप्नुवन्ति महत्तमः / कूटसाक्षी मृषावादी ये च विश्वासघातकाः
О лучший из великих, те, кто распространяет обманчивое и ложное «знание», а также лжесвидетели, закоренелые лгуны и предатели доверия, после смерти обретают тяжкие последствия.
Verse 51
ते मोहं मृत्युमृच्छन्ति तथा ये वेदनिन्दकाः / विभीषकाः पूतिगन्धा यष्टिमुद्गरपाणयः
Так же и те, кто поносит Веды, впадают в омрачение и в гибель, подобную смерти. Они становятся устрашающими, зловонными существами, с дубинами и молотами в руках.
Verse 52
आगच्छन्ति दुरात्मानो यमस्य पुरुषास्तदा / प्राप्ते त्वीदृक्पथे घोरे जायते तस्य वेपथुः
Тогда грозные слуги Ямы приходят за злой душой. Когда достигается тот страшный путь, в нём поднимается дрожь.
Verse 53
क्रन्दत्यविरतं सो ऽपि पितृमातृसुतानपि / सास्य वागस्फुटा यत्नेनैकवर्णा विभासते
Он тоже непрестанно рыдает, зовя даже отца, мать и сыновей; но речь его невнятна — лишь с великим усилием вырывается один-единственный слог.
Verse 54
दृष्टिर्वै भ्राम्यते त्रासाच्छ्वासाच्छुष्यति चाननम् / स ततो वेदनाविष्टस्तच्छरीरं विमुञ्चति
От страха его взгляд начинает кружиться; от тяжёлого дыхания пересыхает рот. Затем, охваченный сильнейшей болью, он оставляет то тело.
Verse 55
अस्पृश्यं कुत्सनीयं च तत्क्षणादेव जायते / उक्तं मृत्योः स्वरूपं तु प्रसङ्गादन्यदप्यथ
С того же мгновения человек становится «неприкасаемым» и предметом порицания. Так описана природа Смерти; и в той же связи следует поведать ещё нечто.
Verse 56
वैचित्र्यस्योत्तरं प्रश्रे द्वितीयस्य वदामि ते / कर्मणां प्राक्तनानां तु तदसत्त्वेनं भदेतः
Теперь я скажу тебе ответ на второй вопрос о многообразии (посмертных переживаний): оно обусловлено прежними кармами; и в зависимости от наличия или отсутствия их действенной силы плоды различаются.
Verse 57
भवेद्भोगस्य वैचित्र्यं भ्राम्यतां प्राणिनामिह / देवत्वमसुरत्वं च यक्षत्वादिसुखप्रदम्
У существ, блуждающих здесь в круговороте перерождений, переживания наслаждения бывают различны: они даруют состояния божества (дева), асура, якши и тому подобные, и каждое приносит свой особый вид удовольствия.
Verse 58
मानुषत्वं पशुत्वं च पक्षित्वाद्यतिदुः खदम् / कर्मणां तारतम्येन भवतीह खगेश्वर
Рождение человеком, рождение животным и даже рождение птицей и тому подобное — каждое здесь может стать источником тяжких страданий, о Владыка птиц, согласно градациям и различиям карм.
Verse 59
अत्र ते कीर्तयिष्यामि विपाकं कर्मणामहम् / वैचित्र्यस्य स्पुटत्वाययैर्जोवः संसरत्ययम्
Здесь я поведаю тебе созревший плод (випаку) деяний, чтобы многообразие (переживаний) стало ясно понято; благодаря этому индивидуальная душа продолжает странствовать в сансаре.
Verse 60
महापातकजान्घोरान्नरकान्प्राप्य दारुणान् / कर्मक्षयात्प्रजायन्ते महापातकिनः क्षितौ
Достигнув страшных и жестоких адов, рожденных великими грехами, великие грешники вновь рождаются на земле, когда иссякает плод той кармы.
Verse 61
जायन्ते लक्षणैर्यैस्तुतानि मे शृणु सत्तम / मृगाश्वसूकरोष्ट्राणां ब्रह्महा योनिमृच्छति
«Выслушай меня, о лучший из добродетельных, о признаках, по которым узнаются такие перерождения. Убийца брахмана получает рождение среди животных — оленем, конём, свиньёй или верблюдом».
Verse 62
कृमिकीटपतङ्गत्वं स्वर्णहारी समाप्नुयात् / तृणगुल्मतात्वं च क्रमशो गुरुतल्पगः
Похититель золота получает рождение червём, насекомым и молью. Нарушивший ложе учителя (прелюбодействующий с женой гуру) становится по порядку травой, а затем кустарником.
Verse 63
ब्रह्महा क्षयरोगी स्यात्सुरापः श्यावदन्तकः / हेमहारी तु कुनखी दुश्चर्मा गुरुतल्पगः
Убийца брахмана становится больным чахоткой; пьющий хмельное — с почерневшими зубами. Похититель золота страдает болезнью ногтей; а нарушивший ложе гуру поражается гнусной кожной болезнью.
Verse 64
यो येन संवसत्येषां स तल्लिङ्गो ऽभिजायते / संवत्सरेण पतति पतितेन सहाचरन्
С кем человек живёт, того же нрава и признака он и достигает. Тот, кто общается с падшим (патита) и поступает вместе с ним, становится падшим в течение года из‑за такого общения.
Verse 65
संलापस्पर्शनिः श्वाससहयानाशनासनात् / याजनाध्यापनाद्यौनात्पापं संक्रमते नृणाम्
Через разговор, прикосновение, выдох, совместное путешествие, совместную трапезу и сидение рядом—а также через совершение яджны, обучение и половое соединение—грех переходит от одного человека к другому среди людей.
Verse 66
गत्वा दारान्परेषाञ्च ब्रह्मस्वमपहृत्य च / अरण्ये निर्जने देशे जायते ब्रह्मराक्षसः
Тот, кто ходит к чужим женам и похищает имущество брахмана, рождается брахма-ракшасой в глухой, пустынной лесной местности.
Verse 67
हीनजातौ प्रजायेत रत्नानामपहारकः / पत्रं च शाखिनो हृत्वा गन्धांश्छुच्छुन्दरी पुमान्
Похититель драгоценных камней рождается в низком сословии. А мужчина, срывающий листья с дерева и крадущий благовония, перерождается в мускусную крысу (чуччхундари).
Verse 68
मूषको धान्यहारी स्याद्यानमुष्ट्रः फलं कपिः / निर्मन्त्रभोजनात्काको गृध्रो हृत्वा ह्युपस्करम्
Кто крадёт зерно, становится мышью; кто крадёт повозку или средство передвижения, становится верблюдом; кто крадёт плоды, становится обезьяной. Кто ест пищу, не освящённую мантрой и обрядом, становится вороной; а кто крадёт домашнюю утварь, становится грифом.
Verse 69
मधुदंशः फलं गृध्रो गां गोधाग्निं बकस्तथा / स्याच्छ्वेतकुष्ठी स्त्रीवस्त्र ह्यरुची रसहारकः
Кто крадёт мёд, перерождается жалящим насекомым; вор плодов — грифом; вор коровы — ящерицей; вор огня — журавлём. Похититель женской одежды поражается белой проказой; а тот, кто крадёт или лишает других вкуса и питания, страдает утратой аппетита.
Verse 70
कांस्यहारी तु हंसः स्यात्परस्वस्य च हारकः / अपस्मारी गुरोर्हन्ता क्रूरकृद्वामनो भवेत्
Похитивший бронзу рождается лебедем; похититель чужого имущества становится отнимающим — и сам будет ограблен. Наведший падучую болезнь рождается с падучей; убийца гуру рождается калекой; а творящий жестокость — карликом.
Verse 71
धर्मपत्नीं त्यजञ्छब्दवेधी प्राणी भवेत्क्षितौ / देवविप्रस्वापहारी पाण्डुरः परमांसभुक्
Оставивший законную жену по дхарме рождается на земле существом, поражающим по звуку (охотником по звуку). А похитивший имущество девов или брахманов становится бледным, болезненным и живёт как пожиратель мяса.
Verse 72
भक्ष्याभक्ष्यो गण्डमाली महारोगी प्रजायते / न्यासापहारी काणः स्यास्त्रीजीवः खञ्जको भवेत्
Тот, кто ест дозволенное вперемешку с запретным, рождается со скрофулой (опухшими железами) и тяжкой болезнью. Похитивший доверенный вклад рождается одноглазым; а живущий за счёт женщины, как паразит, рождается хромым.
Verse 73
कौमारदारत्यागी च दुर्भगो ऽथै कमिष्टभुक् / वातगुल्मी विप्रयोषिद्गामी वा जम्बुको भवेत्
Оставивший жену, взятую в юности, или человек злой доли, или питающийся запретным; страдающий ветровой болезнью живота; или ходящий к жёнам брахманов — такой рождается шакалом.
Verse 74
शय्याहर्ता क्षपणकः पतङ्गो वस्त्रहारकः / मात्सर्यादपि जात्यन्धो कपाली दीपहारकः
Похитивший постель становится кшапанакой (kṣapaṇaka); похитивший одежду — патангой (pataṅga). Даже слепота от рождения бывает от зависти (mātsarya). А похитивший светильник становится капали (kapālī), носителем черепа, изгоем.
Verse 75
कौशिको मित्रहन्ता च क्षयी पित्रादिनिन्दकः / स्खलद्वागनृतवादी कूटसाक्षी जलोदरी
Лицемер, подобный цапле, убийца друга, истощённый чахоткой, хулитель Питров и иных почитаемых—тот, чья речь запинается, лжец, дающий ложное свидетельство, и страдающий водянкой—все они причисляются здесь к видам грешников.
Verse 76
मशकः सो ऽथ चछिन्नोष्ठो विवाहे विघ्नकृद्भवेत् / स्याद्वाथ वृषलः सो ऽयं चत्वरे वै विण्मूत्रकृत्
Он рождается комаром; или же — с рассечённой губой, становясь тем, кто чинит препятствия на свадьбах. Или рождается вришалой (vṛṣala — низкорождённым, вне варны), и на перекрёстках оскверняет место калом и мочой.
Verse 77
मूत्रकृच्छ्री दूषकस्तु कन्यायाः क्लीबतामियात् / द्वीपी स्याद्वेदविक्रेता वराहो ऽयाज्ययाजकः
Страдающий болезненным мочеиспусканием становится порочащим деву; а порочащий деву достигает бессилия. Продающий Веду рождается леопардом, а совершающий жертвоприношения для тех, кому не подобает служить в обрядах, рождается вепрем.
Verse 78
यतस्ततो ऽश्रन्मार्जारो खद्योतो वहदाहकः / कृमिः पर्युषितादः स्यान्मत्सरी भ्रमरो भवेत्
Кто ест без разбора то тут, то там, рождается кошкой; кто поджигает и сжигает, рождается светляком. Кто ест залежалую, нечистую пищу, рождается червём; а завистливый рождается пчелой.
Verse 79
अग्न्युत्सादी तु कुष्ठी स्याददत्ताऽदानतो वृषः / सर्पो गोहारको ऽन्नस्य हारकः स्यादजीर्णवान्
Тот, кто гасит или портит священный огонь, становится прокажённым. Тот, кто берёт не данное, рождается быком. Похититель коров рождается змеёй; а похититель пищи страдает несварением.
Verse 80
जलहारी तु मत्स्यः स्यात्क्षीरहारी बलाकिका / अन्नं पर्युषितं विप्रे प्रददत्कुब्जतां व्रजेत्
Крадущий воду становится рыбой, крадущий молоко — журавлем. Тот же, кто дает брахману несвежую пищу, рождается горбатым.
Verse 81
फलानि हरते यस्तु सन्ततिर्म्रियते खग / अदत्त्वा भक्ष्यमश्राति ह्यनपत्यो भवेन्नरः
О Птица, род того, кто крадет фрукты, погибает. Человек же, который ест, не поделившись пищей, становится бездетным.
Verse 82
प्रवज्यागमनाद्राजन् भवेन्मरुपिशाचकः / चातको जलहर्ता स्याज्जन्मान्धः पुंस्तकं हरन्
О Царь, вернувшийся к мирской жизни после отречения становится пустынным духом. Вор воды рождается птицей чатака, а крадущий книги — слепым от рождения.
Verse 83
प्रतिश्रुत्य द्विजेभ्योर्ऽथमददज्जम्बुको भवेत् / परिवादादिजातीनां लभते काच्छपीं तनुम्
Пообещав богатство дваждырожденным и не дав его, человек становится шакалом. Те, кто занимается клеветой, получают тело черепахи.
Verse 84
दुर्भगः फलविक्रेता वृकश्च वृषलीपतिः / मार्जारो ऽग्निं पदा स्पृष्ट्वा रोगवान्परमांसभुक्
Несчастный торговец фруктами становится волком, как и муж низкородной женщины. Тот же, кто касается огня ногой, рождается больной кошкой.
Verse 85
जलप्रस्त्रवणं यस्तु भिन्द्यान्मत्स्यो भवेन्नरः / हरेः कथां न शृण्वन्ति ये न साधुजनस्तवम्
Тот, кто разрушает водосток или водный канал, в будущем рождении становится рыбой. А те, кто не слушает священные повествования о Хари и не прославляет праведных святых, отпадают от пути дхармы.
Verse 86
तान्नरान्कर्णमूलो ऽयं व्याप्नुयान्नेतराञ्जनान् / परस्याननसंस्थं यो ग्रासं हरि मन्दधीः
Эта напасть, доходящая до корня уха, поражает лишь тех людей — и не иных, — кто по тупоумию вырывает у другого кусок пищи, уже поднесённый ко рту.
Verse 87
देवोपकरणान्येनं गण्डमालिनमीहते / दम्भेनाचरते धर्मं गजचर्मा भवेत्तु सः
Тот, кто алчно посягает на принадлежности и подношения, предназначенные богам, и исполняет дхарму лишь напоказ, в лицемерии, поражается болезнью опухших желёз; а затем оказывается облачённым в слоновью кожу — как знак позора и страдания.
Verse 88
शिरो ऽर्तिप्रमुखा रोगा यान्ति विश्वासघातकम् / लिङ्गपीडी शिवस्वं च शिवनिर्माल्यमेव च
У предателя доверия возникают болезни, во главе которых — сильные головные боли. Так же мучение, называемое Линга-пид̣и, постигает того, кто берёт принадлежащее Шиве или присваивает подношения и гирлянды, посвящённые Шиве.
Verse 89
स्त्रियो ऽप्यनेन मार्गेण हृत्वा दोषमवाप्नुयुः / एतेषामेव जन्तूनां भार्यात्वमुपजायते
Даже женщины, если тем же способом отнимают чужое, навлекают на себя грех. Затем они рождаются жёнами тех самых существ, которым причинили зло.
Verse 90
भोगान्ते नरकस्यैतत्सर्वमित्यवधारय / खघ प्रदर्श्यमेतत्तु मयोक्तं ते समासतः / द्रव्यप्रकारा हि यथा तथैव प्राणिजातयः
Уразумей несомненно: это — полное изложение Нараки (ада), как она переживается в конце вкушения плодов кармы, когда их действие уже испытано. О Птица Гаруда, я показал и поведал тебе это вкратце. Как много видов веществ, так же много и родов живых существ.
Verse 91
एवं विचित्रैर्निजकर्मभिर्नृणां सुखस्य दुः खस्य च जन्मनामपि / वैचित्र्यमुक्तं शुभकर्मतः शुभं तथाशुभाच्चाशुभमीरयन्ति
Так, благодаря многообразию собственных деяний, люди испытывают соответствующее многообразие счастья и страдания, а также различие самих рождений. Провозглашается: благоприятное рождается из благих дел, а неблагоприятное — из неблагих.
Verse 92
एतत्ते सर्वंमाख्यातं यत्पृष्टो ऽहमिह त्वया
Здесь я полностью разъяснил тебе всё, о чём ты меня спрашивал.
The chapter presents the maṇḍala as a consecrated ritual field in which Brahmā, Viṣṇu, Rudra, Lakṣmī, and Agni are invoked as presences. Without placing the afflicted person within this purified and protected space, the text states the person is not properly ‘released’ from distressing bindings, and harmful entities may intrude; thus the maṇḍala functions as both purification and protection at the threshold of death.
It explicitly attributes diversity of post-death experience to former karmas and their effective force (karma-vipāka). Accordingly, beings attain varied enjoyments (e.g., deva, asura, yakṣa states) or sufferings (human/animal/bird births, diseases, impairments), with specific transgressions mapped to specific rebirth-forms and bodily marks.
Tilā is described as inherently purifying and as causing hostile beings (asuras/dānavas/daityas) to flee; offerings of sesame in tarpaṇa, dāna, and homa are said to yield imperishable merit. Darbha/kuśa is treated as a sacred substrate inhabited by the triad (Brahmā at the root, Viṣṇu in the middle, Śiva at the tip), and as a practical protective guide for the departing person when placed in the hands and used as a ritual cushion/encirclement.
Read Garuda Purana in the Vedapath app
Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.