Ramayana Ayodhya Kanda Sarga 18
Ayodhya KandaSarga 1841 Verses

Sarga 18

अष्टादशः सर्गः — Kaikeyī Discloses the Boons: Exile to Daṇḍaka and Bharata’s Consecration

अयोध्याकाण्ड

Рама входит во внутренние покои и видит Дашаратху, лежащего на благом ложе: он бледен, сокрушён, а рядом сидит Кайкейи. Поклонившись сперва отцу, затем Кайкейи, Рама замечает, что царь не в силах ни взглянуть на него, ни говорить — лишь произносит «Рама», захлёбываясь слезами и тяжело дыша. Рама с почтительной последовательностью расспрашивает, словно устанавливая причину: не совершил ли он невольно проступка, не страдает ли царь телом или умом, не постигло ли несчастье Бхарату, Шатругхну или цариц, и не сказала ли Кайкейи суровых слов, поколебавших царское сердце. Кайкейи объясняет молчание страхом открыть любимому сыну горькую истину и требует, чтобы Рама исполнил обещание, некогда дарованное ей в виде двух даров. Рама утверждает непреклонное послушание: он войдёт в огонь, выпьет яд или утонет, если так повелит отец — его гуру и благодетель, — и просит назвать царский приказ. Тогда Кайкейи объявляет свои требования: коронацию Бхараты и уход Рамы в лес Дандака на четырнадцать лет, с отказом от намеченной абхишеки и жизнью подвижника — с джата и в аджине. Сарга завершается противопоставлением стойкости Рамы перед жестокими речами и невыразимой муки Дашаратхи от бедствия, обрушившегося на сына, — так обнажается дхармический кризис вокруг истины, обетов и престолонаследия.

Shlokas

Verse 1

स ददर्शासने रामो निषण्णं पितरं शुभे।कैकेयीसहितं दीनं मुखेन परिशुष्यता।।।।

Там Рама увидел отца, сидящего на благом ложе; рядом была Кайкейи, а царь казался несчастным — лицо его побледнело и иссохло от скорби.

Verse 2

स पितुश्चरणौ पूर्वमभिवाद्य विनीतवत्।ततो ववन्दे चरणौ कैकेय्या स्सुसमाहितः।।।।

Смиренно и с собранным умом он прежде всего почтительно поклонился стопам отца; затем приветствовал стопы Кайкейи.

Verse 3

रामेत्युक्त्वा तु वचनं बाष्पपर्याकुलेक्षणः।शशाक नृपतिर्दीनो नेक्षितुं नाभिभाषितुम्।।।।

Произнеся лишь слово «Рама», царь, с глазами, затуманенными слезами, был так сокрушён горем, что не мог ни взглянуть на него, ни продолжить речь.

Verse 4

तदपूर्वं नरपतेर्दृष्ट्वा रूपं भयावहम्।रामोऽपि भयमापन्नः पदा स्पृष्ट्वेव पन्नगम्।।।।

Увидев отца-царя в невиданном прежде, грозном облике, даже Рама был охвачен страхом — словно наступил ногой на змею.

Verse 5

इन्द्रियैरप्रहृष्टैस्तं शोकसन्तापकर्शितम्।निश्श्वसन्तं महाराजं व्यथिताकुलचेतसम्।।।।ऊर्मिमालिनमक्षोभ्यं क्षुभ्यन्तमिव सागरम्।उपप्लुतमिवादित्यमुक्तानृतमृषिं यथा।।।।

С чувствами, лишёнными радости, великий царь — истощённый скорбью и жгучей мукой — тяжело вздыхал; ум его был потрясён и смятён. Хотя по природе он был непоколебим, он казался взволнованным, как море, увенчанное валами; как солнце, затмённое тенью; как риши, униженный произнесённой неправдой.

Verse 6

इन्द्रियैरप्रहृष्टैस्तं शोकसन्तापकर्शितम्।निश्श्वसन्तं महाराजं व्यथिताकुलचेतसम्।।2.18.5।।ऊर्मिमालिनमक्षोभ्यं क्षुभ्यन्तमिव सागरम्।उपप्लुतमिवादित्यमुक्तानृतमृषिं यथा।।2.18.6।।

С чувствами, лишёнными радости, великий царь — истощённый скорбью и жгучей мукой — тяжело вздыхал; ум его был потрясён и смятён. Хотя по природе он был непоколебим, он казался взволнованным, как море, увенчанное валами; как солнце, затмённое тенью; как риши, униженный произнесённой неправдой.

Verse 7

अचिन्त्यकल्पं हि पितुस्तं शोकमुपधारयन्।बभूव संरब्धतर स्समुद्र इव पर्वणि।।।।

Размышляя о непостижимой скорби отца, Рама ещё сильнее смутился — как океан, вздымающийся в прилив полнолуния.

Verse 8

चिन्तयामास च तदा रामः पितृहिते रतः।किं स्विदद्यैव नृपतिर्न मां प्रत्यभिनन्दति।।।।

Тогда Рама, преданный благу отца, задумался: «Почему же сегодня царь не отвечает на моё приветствие?»

Verse 9

अन्यदा मां पिता दृष्ट्वा कुपितोऽपि प्रसीदति।तस्य मामद्य संप्रेक्ष्य किमायासः प्रवर्तते।।।।

«В иные дни, даже если отец разгневан, увидев меня, он умиротворяется; но сегодня, хотя он и смотрит на меня, отчего в нём поднимается эта мука?»

Verse 10

स दीन इव शोकार्तो विषण्णवदनद्युतिः।कैकेयीमभिवाद्यैव रामो वचनमब्रवीत्।।।।

Рама, словно сокрушённый горем, с потускневшим от печали лицом, прежде приветствовал Кайкейи с почтением, а затем заговорил.

Verse 11

कच्चिन्मया नापराद्धमज्ञानाद्येन मे पिता।कुपितस्तन्ममाचक्ष्व त्वं चैवैनं प्रसादय।।।।

Не совершил ли я, сам того не ведая, какого-либо проступка, из-за которого мой отец разгневан? Скажи мне это — и ты же сам умилостивь его.

Verse 12

अप्रसन्नमनाः किन्नु सदा मां प्रति वत्सलः।विवर्णवदनो दीनो न हि मामभिभाषते।।।।

Он, всегда ко мне ласковый, отчего ныне его сердце нерадует? Отчего лицо его побледнело и поникло, и почему он не говорит со мной?

Verse 13

शरीरो मानसो वापि कच्चिदेनं न बाधते।सन्तापोवाऽभितापो वा दुर्लभं हि सदा सुखम्।।।।

Не мучит ли его недуг телесный или скорбь душевная — какое-либо страдание или тяжкая тоска? Ибо постоянное счастье поистине трудно обрести.

Verse 14

कच्चिन्न किञ्चिद्भरते कुमारे प्रियदर्शने।शत्रुघ्ने वा महासत्त्वे मात्रूणां वा ममाशुभम्।।।।

Да не постигло никакое несчастье прекрасного юного Бхарату, или могучего Шатругхну, или кого-либо из моих матерей.

Verse 15

अतोषयन्महाराजमकुर्वन्वा पितुर्वचः।मुहूर्तमपि नेच्छेयं जीवितुं कुपिते नृपे।।।।

Если я когда-либо огорчил великого царя — моего отца — или не исполнил его повеление, и царь разгневался, я не пожелал бы жить даже мгновение.

Verse 16

यतोमूलं नरः पश्येत्प्रादुर्भावमिहात्मनः।कथं तस्मिन्नवर्तेत प्रत्यक्षे सति दैवते।।।।

Когда человек воочию видит перед собой самый исток, из которого он возник в этом мире, как может он не поступать согласно этой явленной божественности?

Verse 17

कच्चित्ते परुषं किञ्चिदभिमानात्पतिता मम।उक्तो भवत्या कोपेन यत्रास्य लुलितं मनः।।।।

Не сказала ли ты моему отцу, из уязвлённой гордости, в гневе чего-нибудь резкого, отчего его ум был потрясён?

Verse 18

एतदाचक्ष्व मे देवि तत्त्वेन परिपृच्छतः।किं निमित्तमपूर्वोयं विकारो मनुजाधिपे।।।।

Скажи мне, о царица, поистине, раз я спрашиваю: по какой причине на владыку людей, царя, пришла эта небывалая перемена?

Verse 19

एवमुक्ता तु कैकेयी राघवेण महात्मना।उवाचेदं सुनिर्लज्जा धृष्टमात्महितं वचः।।।।

Так обращённая к ней великодушным Рагхавой, Кайкейи, совершенно бесстыдная, произнесла дерзкие слова, направленные к собственной выгоде.

Verse 20

न राजा कुपितो राम व्यसनं नास्य किञ्चन।किञ्चिन्मनोगतंत्वस्य त्वद्भयान्नाभिभाषते।।।।

О Рама, царь не разгневан, и никакое несчастье его не постигло. Но, страшась тебя, он не может произнести того, что у него на сердце.

Verse 21

प्रियं त्वामप्रियं वक्तुं वाणी नास्योपवर्तते।तदवश्यं त्वया कार्यं यदनेनाश्रुतं मम।।।।

Поскольку ты ему дорог, речь не позволяет ему сказать тебе неприятное. Потому ты непременно должен исполнить то, что он некогда обещал мне.

Verse 22

एष मह्यं वरं दत्त्वा पुरा मामभिपूज्य च।स पश्चात्तप्यते राजा यथाऽन्यः प्राकृतस्तथा।।।।

Этот царь, прежде почтив меня и даровав мне дар-обет, теперь раскаивается — как всякий простой человек.

Verse 23

अतिसृज्य ददानीति वरं मम विशांपतिः।स निरर्थं गतजले सेतुं बन्धितुमिच्छति।।।।

Щедро даровав мне обет, сказав: «Я дам», владыка людей теперь желает — тщетно — воздвигнуть плотину там, где вода уже ушла.

Verse 24

धर्ममूलमिदं राम विदितं च सतामपि।तत्सत्यं न त्यजेद्राजा कुपितस्त्वत्कृते यथा।।।।

О Рама, это самый корень дхармы, известный и праведным: царь не должен оставлять ту истину, даже разгневавшись, из-за тебя.

Verse 25

यदि तद्वक्ष्यते राजा शुभं वा यदि वाऽशुभम्।करिष्यसि ततस्सर्वमाख्यास्यामि पुनस्त्वहम्।।।।

Если ты исполнишь всё, что провозгласит царь — благоприятное или неблагоприятное, — тогда после этого я снова расскажу тебе всё.

Verse 26

यदि त्वभिहितं राज्ञा त्वयि तन्न विपत्स्यते।ततोऽहमभिधास्यामि न ह्येष त्वयि वक्ष्यति।।।।

Если ты не нарушишь сказанного тебе царём, тогда я скажу; ведь он сам тебе этого не скажет.

Verse 27

एतत्तु वचनं श्रुत्वा कैकेय्या समुदाहृतम्।उवाच व्यथितो रामस्तां देवीं नृपसन्निधौ।।।।

Услышав эти слова, произнесённые Кайкейи, Рама, смятённый, обратился к той царице в присутствии царя.

Verse 28

अहो धिङ्नार्हसे देवि वक्तुं मामीदृशं वचः।अहं हि वचनाद्राज्ञः पतेयमपि पावके।।।।भक्षयेयं विषं तीक्ष्णं मज्जेयमपि चार्णवे।नियुक्तो गुरुणा पित्रा नृपेण च हितेन च।।।।

О, стыд и позор! О царица, тебе не подобает говорить мне такие слова. Ибо по повелению царя я прыгнул бы даже в огонь; я выпил бы смертельный яд или утонул бы в океане — если так велит он, мой отец, почитаемый наставник и царь, желающий мне блага.

Verse 29

अहो धिङ्नार्हसे देवि वक्तुं मामीदृशं वचः।अहं हि वचनाद्राज्ञः पतेयमपि पावके।।2.18.28।।भक्षयेयं विषं तीक्ष्णं मज्जेयमपि चार्णवे।नियुक्तो गुरुणा पित्रा नृपेण च हितेन च।।2.18.29।।

О, стыд и позор! О царица, тебе не подобает говорить мне такие слова. Ибо по повелению царя я прыгнул бы даже в огонь; я выпил бы смертельный яд или утонул бы в океане — если так велит он, мой отец, почитаемый наставник и царь, желающий мне блага.

Verse 30

तद्ब्रूहि वचनं देवि राज्ञो यदभिकाङ्क्षितम्।करिष्ये प्रतिजाने च रामो द्विर्नाभिभाषते।।।।

Поэтому, о царица, скажи мне прямо, чего желает царь. Я исполню это, я клянусь; Рама не меняет своего слова.

Verse 31

तमार्जवसमायुक्तमनार्या सत्यवादिनम्।उवाच रामं कैकेयी वचनं भृशदारुणम्।।।।

Тогда Кайкейи, низкая в своем поведении, обратилась к Раме, преданному прямоте и истине, со словами крайней жестокости.

Verse 32

पुरा दैवासुरे युद्धे पित्रा ते मम राघव।रक्षितेन वरौ दत्तौ सशल्येन महारणे।।।।

В прошлом, о Рагхава, в великой войне между богами и демонами, когда твой отец был ранен и я защитила его, он даровал мне два благословения.

Verse 33

तत्र मे याचितो राजा भरतस्याभिषेचनम्।गमनं दण्डकारण्ये तव चाद्यैव राघव।।।।

Поэтому я попросила царя о коронации Бхараты и о твоем уходе сегодня же в лес Дандака, о Рагхава.

Verse 34

यदि सत्यप्रतिज्ञं त्वं पितरं कर्तुमिच्छसि।आत्मानं च नरश्रेष्ठ मम वाक्यमिदं शृणु।।।।

Если ты желаешь, чтобы твой отец был верен своей клятве — и ты сам также, о лучший из людей, — выслушай мои слова.

Verse 35

सन्निदेशे पितुस्तिष्ठ यथा तेन प्रतिश्रुतम्।त्वयाऽरण्यं प्रवेष्टव्यं नव वर्षाणि पञ्च च।।।।

Стой при повелении отца, как он и обещал: тебе надлежит войти в лес на девять лет и ещё на пять.

Verse 36

भरतस्त्वभिषिच्येत यदेतदभिषेचनम्।त्वदर्थे विहितं राज्ञा तेन सर्वेण राघव।।।।

И этими самыми приготовлениями к помазанию — устроенными царём ради тебя, о Рагхава, — пусть будет помазан Бхарата.

Verse 37

सप्त सप्त च वर्षाणि दण्डकारण्यमाश्रितः।अभिषेकमिमं त्यक्त्वा जटाजिनधरो वस।।।।

Отринув это помазание, укройся в лесу Дандака и живи там семь лет и ещё семь — с спутанными волосами и в оленьей шкуре.

Verse 38

भरतः कोसलपुरे प्रशास्तु वसुधामिमाम्।नानारत्न समाकीर्णां सवाजिरथकुञ्जराम्।।।।

«Пусть Бхарата правит этой землёй из города Косалы, Айодхьи — царством, изобилующим разными драгоценностями и богатым конями, колесницами и слонами.»

Verse 39

एतेन त्वां नरेन्द्रोऽयं कारुण्येन समाप्लुतः।शोकसंक्लिष्ट वदनो न शक्नोति निरीक्षितुम्।।।।

Потому этот царь, захлёстнутый состраданием, с лицом, омрачённым скорбью, не в силах вынести взгляда на тебя.

Verse 40

एतत्कुरु नरेन्द्रस्य वचनं रघुनन्दन।सत्येन महता राम तारयस्व नरेश्वरम्।।।।

Сделай это: исполни данное царём слово, о радость рода Рагху. Своей великой верностью истине, о Рама, спаси владыку людей.

Verse 41

इतीव तस्यां परुषं वदन्त्यांन चैव रामः प्रविवेश शोकम्।प्रविव्यथे चापि महानुभावोराजा तु पुत्रव्यसनाभितप्तः।।।।

Даже когда она произносила столь суровые слова, Рама не погрузился в печаль. Но благородный царь, опалённый бедой, постигшей сына, был изнурён страданием.

Frequently Asked Questions

The sarga presents a dharma-sankat where Daśaratha’s prior promise (two boons) collides with the planned coronation; Rāma must choose whether vow-keeping and filial obedience override personal and political entitlement to kingship.

Truth is treated as dharma’s root: Rāma models maryādā by committing to fulfill the father’s word even under manipulation, illustrating that ethical legitimacy arises from self-governed restraint and fidelity to pledged speech.

Daṇḍakāraṇya is named as the exile destination, while Ayodhyā/Kosala is framed as the seat of royal consecration (abhiṣeka); ascetic markers—jaṭā and ajina—signal the cultural transition from courtly life to forest discipline.

Read Valmiki Ramayana in the Vedapath app

Scan the QR code to open this directly in the app, with audio, word-by-word meanings, and more.

Continue reading in the Vedapath app

Open in App