Shloka 27
एकैकशश्लोघबलानिमान् पुरुषसत्तमान् | को<न्य: प्रतिसमासेत कालान्तकयमादृते
vaiśaṃpāyana uvāca |
ekaikaśaḥ śloka-balān imān puruṣa-sattamān |
ko 'nyaḥ prati-samāseta kālāntaka-yamād ṛte ||
dharmaputro mahābāhur vilalāpa suvistaram ||
Вайшампаяна сказал: «Каждый из этих лучших мужей обладал силой без меры; кто иной мог бы противостоять им, кроме Ямы — Конца, назначенного Временем?» Увидев братьев павшими, могучерукий Дхармопутра Юдхиштхира погрузился в глубокую скорбь и долго рыдал.
वैशग्पायन उवाच
Educational Q&A
Even the greatest human strength is ultimately bounded by Time and Death; recognizing this frames grief within a larger moral and cosmic order (dharma), reminding one of impermanence and the limits of worldly power.
The narrator reports Yudhiṣṭhira’s extended lament as he beholds the foremost heroes fallen; he declares that no ordinary opponent could match them—only Yama, the death that comes by Time’s decree.