Shloka 39
त्वया क्षिप्तांश्षाग्रसद् बाणसंघा- नाश्चर्यमेतत् प्रतिभाति मेडद्य । कृष्णापरिक्लेशमनुस्मर त्वं यथाब्रवीत् षण्ढतिलान् सम वाच:
sañjaya uvāca |
tvayā kṣiptāṁś cāgrasad bāṇasaṅghān āścaryam etat pratibhāti me 'dya |
kṛṣṇāparikleśam anusmara tvaṁ yathābravīt ṣaṇḍhatilān samaṁ vācaḥ ||
Санджая сказал: «То, что он уничтожил густые залпы стрел, которые ты выпускал, — сегодня кажется мне поистине удивительным. Вспомни, о Савьясачин Арджуна, страдания, причинённые Кришне (Драупади) в собрании кауравов. Вспомни, как этот сын су́ты, с греховным умом и злой душой, без страха называл нас “бессильными, как пустые зёрна кунжута”, и осыпал множеством резких, режущих слов. Держа всё это в памяти, поскорее срази в бою грешника Карну.»
संजय उवाच
Educational Q&A
The verse frames remembrance of past injustice—especially Draupadī’s humiliation—as a moral spur to decisive action in a dharma-conflict. It highlights how dishonor and cruel speech are not trivial; they create ethical debts that, within the epic’s kṣatriya framework, demand accountability on the battlefield.
Sañjaya reports and intensifies the moment: Arjuna’s arrow volleys have been countered, which astonishes the speaker. He urges Arjuna to recall Karṇa’s earlier insults and the suffering inflicted on Draupadī in the Kuru court, and to use that memory to resolve to kill Karṇa swiftly in the ongoing battle.