Shloka 49
विधूय तान् बाणगणान् ये मुक्ता: पार्थिवोत्तमै: ४८ ।।
vidhūya tān bāṇagaṇān ye muktāḥ pārthivottamaiḥ | pāṇḍavānām adīnātma vyagāhat varūthinīm || cakre śaravighātaṃ ca krīḍann iva pitāmahaḥ |
Санджая сказал: Стряхнув с себя тучи стрел, выпущенных лучшими из царей, Бхишма — неколебимый духом — вломился в огромное боевое построение Пандавов. Там праотец, словно играючи, своими стрелами начал сокрушать оружие и метательные снаряды воинов, являя высшее мастерство войны, но внутренне оставаясь ведомым сдержанностью и памятью о прежних обетах.
संजय उवाच
Educational Q&A
Even amid righteous warfare, mastery is not merely force but disciplined restraint: Bhīṣma’s prowess is paired with an inner governance shaped by memory of vows and ethical limits, showing that dharma operates through self-control as much as through courage.
Bhīṣma brushes aside the arrows shot by leading warriors and boldly enters the Pandavas’ formation. He then disables their weapons and missiles with his own arrows, fighting with effortless skill, ‘as if playing,’ while remaining mindful of constraints that temper his actions.