Shloka 48
नृगो ययातिर्नहुषो यदुः पूरुश्च॒ वीर्यवान्
bhīṣma uvāca | nṛgo yayātir nahuṣo yaduḥ pūruś ca vīryavān | atha rājaṛṣīṇāṃ nāmāni śṛṇu—rājā nṛgaḥ, yayātiḥ, nahuṣaḥ, yaduḥ, vīryavān pūruḥ, dhundhumāraḥ, dilīpaḥ, pratāpī sagaraḥ, kṛśāśvaḥ, yauvanāśvaḥ, citrāśvaḥ, satyavān, duṣyantaḥ, mahāyaśas cakravartī rājā bharataḥ, pavanaḥ, janakaḥ, rājā dṛṣṭarathaḥ, naraśreṣṭhaḥ raghuḥ, rājā daśarathaḥ, rākṣasahantā vīravaraḥ śrīrāmaḥ, śaśabinduḥ, bhagīrathaḥ, hariścandraḥ, maruttaḥ, rājā dṛḍharathaḥ, mahodaryaḥ, alarkaḥ, narādhipa ailāḥ (purūravāḥ), naraśreṣṭhaḥ karandhamaḥ, rājā kadhmoraḥ, dakṣaḥ, ambarīṣaḥ, kukuraḥ, mahāyaśā raivataḥ, kuruḥ, saṃvaraṇaḥ, satyaparākramaḥ māndhātā, rājaṛṣiḥ mucukundaḥ, gaṅgā-sevitaḥ rājā jahnuḥ, ādirājaḥ venanandanaḥ pṛthuḥ, sarvapriyakaras mitrabhānuḥ, rājā trasahasyuḥ, rājaṛṣiśreṣṭhaḥ śvetaḥ, prasiddhaḥ rājā mahābhiṣaḥ, rājā nimiḥ, aṣṭakaḥ, āyuḥ, rājaṛṣiḥ kṣupaḥ, rājā kakṣeyuḥ, pratardanaḥ, divodāsaḥ, kosalanareśaḥ sudāsaḥ, purūravāḥ, rājaṛṣiḥ nalaḥ, prajāpatiḥ manuḥ, havidhraḥ, pṛṣadhraḥ, pratīpaḥ, śāntanuḥ, ajaḥ, prācīnabarhiḥ, mahāyaśā ikṣvākuḥ, rājā anaraṇyaḥ, jānujaṅghaḥ, rājaṛṣiḥ kakṣasenaḥ, tathā ca anye ye purāṇeṣu bahuśo varṇitāḥ | ete sarve puṇyātmānaḥ rājānaḥ smaraṇīyāḥ | yaḥ kaścid manuṣyaḥ pratidinaṃ prātaḥ utthāya snātvā śuciḥ prātaḥkāle sāyaṃkāle ca etān nāmāni paṭhati, sa dharmaphalasya bhāgī bhavati |
Бхишма сказал: «Слушай же имена царей-риши: царь Нрига, Яяти, Нахуша, Яду, могучий Пуру; Дхундхумара, Дилипа; доблестный Сагара; Кришашва, Яуванашва, Читрашва, Сатьяван; Душьянта; Бхарата — славный чакравартин, вселенский владыка; Павана, Джанака; царь Дриштхарата; Рагху, лучший из людей; царь Дашаратха; герой Шри Рама, губитель ракшасов; Шашабинду; Бхагиратха; Харишчандра; Марутта; царь Дридхарата; Маходарья; Аларка; Айла (Пуруравас); Каран̣дхама, лучший из людей; царь Кадхмора; Дакша; Амбариша; Кукура; прославленный Райвата; Куру; Самварана; Мандхата, крепкий истиной; царский риши Мучукунда; Джахну, которому служит Ганга; Пṛтху — первоцарь, сын Вены; Митрабхану, любимый всеми; царь Трасахасью; величайший царский риши Швета; знаменитый царь Махабхиша; царь Ними; Аштака; Аю; царский риши Кшупа; царь Какшею; Пратардана; Диводаса; Судаса, владыка Косалы; Пуруравас; царский риши Нала; Праджапати Ману; Хавидхра; Пришадхра; Пратипа; Шантану; Аджа; Прачинбархи; славный Икшваку; царь Анаранья; Джануджангха; царский риши Какшасена — и другие, многократно воспетые в Пуранах. Все эти цари, исполненные святой заслуги, достойны памяти. Кто, вставая каждый день, очистившись омовением и чистотой, произносит эти имена утром и вновь вечером, тот становится причастным плодам дхармы.»
भीष्म उवाच
Educational Q&A
Remembering and reciting the names of exemplary kings—figures associated with righteous rule and merit—functions as a dharmic practice. When done with daily purity (after bathing) at morning and evening, it is said to make one a participant in the fruits of dharma, emphasizing moral memory, reverence for righteous exemplars, and disciplined routine.
Bhishma, instructing on dharma in the Anushasana Parva, enumerates a long roll of celebrated royal sages and renowned kings known from Itihasa and Purana traditions. He concludes with a phalaśruti-style statement: regular recitation of these names by a purified person yields religious merit.