Adhyaya 9

Сканда повествует о времени перевёрнутого дхармического порядка (dharma-viparyāsa), вызванного силой времени: процветание—Шри (Śrī)—отступает из трёх миров, и даже божественные обители кажутся умалёнными. Иссякают опоры благополучия—пища, лекарства, молочные продукты, сокровища и удобства,—что приводит к голоду и общественному разладу. В нужде многие существа начинают убивать животных и есть мясо; однако некоторые мудрецы, верные саддхарме (saddharma), отвергают такую пищу, даже умирая. Старшие риши (ṛṣi) учат тогда “ападдхарме” (āpaddharma)—дхарме на случай бедствия,—ссылаясь на Веды, чтобы поддержать жизнь в чрезвычайных обстоятельствах. Но рассказ показывает, как возникает смысловой сдвиг: двусмысленные термины и косвенный ведийский язык понимают буквально, и жестокие жертвоприношения начинают считаться нормой. Ритуальные убийства расширяются, включая показательные “великие” обряды; остатки жертвы становятся оправданием для питания, а побуждения смещаются к богатству, домашним целям и выживанию. Далее следуют последствия: размывание социальных норм, смешанные браки из-за бедности и потрясений, рост адхармы (adharma) и появление позднейших текстов, которые по силе традиции признают эту кризисную этику авторитетной. Спустя долгое время царь богов вновь обретает процветание, поклоняясь Васудеве (Vāsudeva); по милости Хари (Hari) саддхарма восстанавливается, хотя некоторые продолжают предпочитать прежнюю “чрезвычайную” норму. Завершая, повествование утверждает, что распространение жертвоприношений с убийством было исторически обусловленным явлением, связанным с эпохами бедствий.