Shloka 34
Dvaītavana: Brahmaghoṣa, Rṣi-saṅgha, and Baka Dālbhyā’s Upadeśa to Yudhiṣṭhira
द्रुपदस्य कुले जातां स्नुषां पाण्डोर्महात्मन:,मैं द्रपदके कुलमें उत्पन्न हुई महात्मा पाण्डुकी पुत्रवधू, वीर धृष्टद्युम्नकी बहिन तथा वीरशिरोमणि पाण्डवोंकी पतिव्रता पत्नी हूँ। महाराज! मुझे इस प्रकार वनमें कष्ट उठाती देखकर भी आप शशत्रुओंके प्रति क्षमाभाव कैसे धारण करते हैं?
drupadasya kule jātāṁ snuṣāṁ pāṇḍor mahātmanaḥ |
Вайшампаяна сказал: «Она (Драупади), рождённая в роду царя Друпады и невестка великодушного Панду, говорит с позиции чести и дхармы: будучи верной, целомудренной супругой Пандавов и сестрой героя Дхриштадьюмны, она всё же обречена страдать в лесу. Видя, как она переносит такие тяготы, она спрашивает, как царь может и дальше хранить снисхождение к врагам, — намекая, что терпение, которое попускает несправедливости, становится изменой праведному долгу.»
वैशम्पायन उवाच
Educational Q&A
The verse frames a dharmic tension: personal and royal forbearance (kṣānti) is virtuous, but if it shelters wrongdoing and prolongs injustice, it can become adharma. Draupadī’s appeal urges that righteous duty may require firm action when honor and justice are violated.
In the forest-exile setting, Draupadī identifies herself by lineage and relationships—Drupada’s daughter, Pāṇḍu’s daughter-in-law, sister of Dhṛṣṭadyumna, devoted wife of the Pāṇḍavas—and challenges the king’s continued tolerance toward their enemies despite her visible suffering in exile.