Shloka 236
Rāmopākhyāna—Rāma–Sītā Origins and the Opening of Rāvaṇa’s Genealogy
अनुस्मरंश्व॒ संक्लेशान् न शान्तिमुपयाति स: । राजन्! यह सब सुनकर धर्मपुत्र युधिष्ठिर उद्विग्न हो उठे। वे विचारने लगे--“कर्णका कवच अभेद्य है और उसका पराक्रम भी अद्भुत है।' यह मानकर तथा वनके क्लेशोंका स्मरण करके उन्हें शान्ति नहीं प्राप्त होती थी
anusmaran saṅkleśān na śāntim upayāti saḥ | rājan!
Вайшампаяна сказал: «О царь, тот, кто вновь и вновь вспоминает прежние бедствия, не достигает покоя». Услышав всё это, Дхармопутра Юдхиштхира глубоко встревожился. Размышляя о том, что защитный панцирь Карны неодолим и что его доблесть необычайна, и вспоминая тяготы лесной жизни, Юдхиштхира не мог обрести умиротворения в душе.
वैशम्पायन उवाच
Educational Q&A
The verse highlights a psychological-ethical insight: fixation on past suffering (saṅkleśa) obstructs śānti (inner peace). Dharma here includes self-governance—training the mind not to be ruled by fear, grievance, or obsessive recollection.
After hearing the account, Yudhiṣṭhira becomes unsettled. He broods over Karṇa’s seemingly invincible armor and extraordinary valor, and the remembered pains of forest exile intensify his worry, preventing him from attaining calm.