Shloka 31
Yuddha-yajña-vyākhyāna (The Battle as Sacrifice): Ambarīṣa–Indra Saṃvāda
विगाहा[ वाहिनीमध्यं तस्य लोका यथा मम । जो विजयके लिये युद्धमें डटा रहकर शत्रुकी सेनामें घुस जाता है और दूसरे किसी भी सहायककी अपेक्षा नहीं रखता, उसे मेरे समान ही लोक प्राप्त होते हैं ।।
ambarīṣa uvāca |
vigāhya vāhinī-madhyaṁ tasya lokā yathā mama |
yo vijayāya yuddhe daṭvā śatru-senāṁ praviśati na ca anyam upakāram apekṣate, sa mamaiva lokān avāpnoti ||
yasya śoṇita-saṅghātā bherī-maṇḍūka-kacchapā nadī yodhasya saṅgrāme, tad asyāvabhṛthaṁ smṛtam |
Амбариша сказал: «Тот, кто, стремясь к победе, стоит твёрдо в бою и врывается в самую середину вражеского войска, не ища иной опоры, — такой человек достигает миров, подобных моим. И для воина, в чьём “жертвоприношении битвы” течёт река крови, — где боевые барабаны подобны лягушкам и черепахам, — вступление в этот страшный поток считается для него омовением авабхритха (avabhṛtha), заключительным очистительным погружением жертвы. Потому стойкая храбрость и самодостатимая решимость в праведном, согласном с дхармой сражении восхваляются как жертвенный подвиг, приносящий духовный плод.»
अम्बरीष उवाच
Educational Q&A
The verse frames steadfast, self-reliant valor in battle—entering the enemy host without depending on external aid—as a dharmic act that yields exalted posthumous realms. It also interprets the horrors of combat through sacrificial symbolism, suggesting that for a righteous warrior the ordeal functions like the purificatory completion (avabhṛtha) of a sacrifice.
Ambarīṣa is speaking within Śānti Parva’s ethical discourse, praising the warrior who stands firm for victory and describing battle through a vivid metaphor: a river of blood with war-drums likened to frogs and tortoises. This imagery recasts the battlefield as a ritual arena, linking martial duty to sacrificial merit.