Shloka 13
Cāturāśramya-dharma—Marks of the Four Āśramas (चातुराश्रम्यधर्मः)
मान्धातोवाच यवना: किराता गान्धाराक्षीना: शबरबर्बरा: | शकास्तुषारा: कड्काश्च पह्लवाश्चान्ध्रमद्रका:
māndhātovāca—yavanāḥ kirātā gāndhārāḥ cīnāḥ śabarabarbarāḥ | śakās tuṣārāḥ kaṅkāś ca pahlavāś cāndhramadrakāḥ ||
Мандхата сказал: «О благословенный Владыка! В пределах моего царства со всех сторон живут многие племена млеччхов — яваны, кираты, гандхары, чины, шабары и барбары; шаки, тушары, канки, пахлавы, а также андхры и мадраки. Среди них есть и потомки брахманов и кшатриев, и некоторые вайшьи и шудры, отпавшие от дхармы. Все они кормятся воровством и разбоем. Как таким людям следовать дхарме? И как царям вроде меня установить их в должных пределах и под надлежащей дисциплиной?»
इन्द्र उवाच
Educational Q&A
The verse frames a classic rāja-dharma problem: when diverse communities—including those seen as outside Vedic norms and those who have ‘fallen’ from proper conduct—live within a kingdom and survive by crime, the king must find a way to bring them under maryādā (disciplined limits) so that social order and dharma can function.
King Māndhātā addresses Indra, describing the presence of many frontier/foreign peoples and socially degraded groups in his realm, noting their reliance on theft and robbery, and asks how they can be made to practice dharma and how a ruler should regulate and reform them.