Shloka 4
गान्धारी-प्रशमनम् — Pacification of Gāndhārī and Kṛṣṇa’s Counsel at Hāstinapura
ततस्ते प्राविशन् पार्था हतत्विट्कं हतेश्वरम् | दुर्योधनस्य शिबिरं रड्भवद्धिसृते जने
tatas te prāviśan pārthā hatatviṭkaṁ hateśvaram | duryodhanasya śibiraṁ raṅgavad dhiśṛte jane ||
Санджая сказал: Затем сыновья Притхи вошли в стан Дурьодханы — его владыка был убит, и блеск его угас. Когда толпа разошлась, он стал подобен пустому театру после ухода зрителей: без празднества и сияния, как город без торжеств или озеро, лишённое нагов. Внутри же большинство оставшихся составляли женщины и евнухи, а престарелые министры стояли надзирателями, охраняя то, что ещё оставалось от стана.
संजय उवाच
Educational Q&A
The verse underscores the fragility of worldly power: when the ruler falls, the camp’s glory collapses at once. It evokes vairāgya-like reflection—splendor depends on dharma-backed leadership and living order, and war’s outcome leaves emptiness rather than triumph.
After Duryodhana’s fall, the Pāṇḍavas enter his camp. Sañjaya describes it as desolate and joyless, like a theatre after the audience has left—guarded mainly by elderly ministers, with most remaining inhabitants being non-combatants.