Shloka 14
Kāma–Mamatā–Upadeśa
Discourse on Desire, Possessiveness, and Ritual Duty
यो मां प्रयतते हन्तुं यजैविविधदक्षिणै: । जड़मेष्विव धर्मात्मा पुन: प्रादुर्भवाम्यहम्,जो नाना प्रकारकी दक्षिणावाले यज्ञोंद्वारा मुझे मारनेका यत्न करता है, उसके चित्तमें मैं उसी प्रकार उत्पन्न होता हूँ, जैसे उत्तम जंगम योनियोंमें धर्मात्मा
yo māṁ prayatate hantuṁ yajñair vividha-dakṣiṇaiḥ | jaḍeṣu iva dharmātmā punaḥ prādurbhavāmy aham ||
Ваю сказал: «Кто бы ни пытался “убить” меня жертвоприношениями с множеством видов дакшины (даров жрецам), в уме этого человека я вновь возникаю — как праведное существо рождается снова среди высших, подвижных форм жизни. Так попытки связать или уничтожить космическую силу ритуалом лишь вызывают её к новому проявлению.»
वायुदेव उवाच
Educational Q&A
Ritual power without right understanding cannot negate a fundamental cosmic principle; hostile or manipulative intent in sacrifice rebounds, and the very force one tries to suppress manifests again—highlighting the primacy of dharma and inner intention over mere ritual performance.
Vāyudeva speaks about those who attempt to ‘kill’ or neutralize him through elaborate sacrifices with varied dakṣiṇās. He declares that in such a person’s mind he reappears, emphasizing that divine/cosmic forces are not eliminated by external rites, especially when driven by antagonistic intent.